Побег с Шиэго II (СИ)

— А чем он знаменит? — доктор с интересом смотрела то на меня, то на эльфийку.
— Вы разве не слышали, Нори? Это же один из самых известных контрабандистов, пиратов и галактических реваншистов во всем эльфийском пространстве. Поговаривают, что он ещё ко всему прочему — с древнего аристократического рода, который был в верхушке власти Эльфийского Рейха. Этот негодяй — позор всех свободных, демократических и миролюбивых эльфов новой эпохи добрососедства. Он и его сообщники развернули деятельность такого масштаба, что подмяли под себя половину контрабанды оружия, топлива и лекарств в пространстве эльфов и орков. Это не считая грабительских налетов на инкассаторов и политических преступлений. Бандиты и пираты, которые прикрывались благородными мотивами борьбы с вампирами-кровопийцами и рапторами-сектантами, как они называют наших друзей и освободителей. У них десятки тайных баз в астероидных поясах и на необитаемых лунах. Поверьте, это очень страшный эльф, жалеть его не стоит, — начала взволнованно пояснять ей эльфийка.
— А почему его не оставили просто в тюрьме на ваших планетах, Лили? Или сразу не казнили?
— Я и сама задаю себе этот вопрос, и не нахожу вразумительного ответа, — вздохнула офицер. — У него и его организации много тайных политических сторонников в бюрократическом аппарате и на флоте, многих он подкупил за последние годы. Сейчас нарастает недовольство политикой вампиров, рапторов и нэко по одностороннему пересмотру торговых договоров, по кредитной политике, по производству и ценам на топливо, по репарациям и всему остальному.
«Хех, интересные дела. Поговорить бы с этой барышней тет-а-тет», — я ошеломленно слушал это всё, тупо глядя на эльфийку.
— Как интересно. Важная он фигура, оказывается, — приподняла брови доктор. — Пойдёмте, Лили, ему ещё недели две понадобится на минимально приемлемое восстановление. Дня через два буду учить его ходить.
Девушки вышли и заперли дверь, оставив меня размышлять над невольно сказанными этой эльфийкой сведениями.
Через пару дней кошкодевушка действительно пришла утром с традиционной порцией варева, которое уже стояло мне поперёк горла, вколола витамины и когда я поел, вернулась с одним из охранников.
— Возьмите его, и выведите в коридор, только не тащите, а чтобы он сам ступал, — разъяснила она парню-вампиру.
— Давайте спустим его с лестницы и скажем, что он сломал шею, — произнес этот вампирский гусь. Не все из слов я понял, но общий смысл уловил.
— Прекратите, капрал, и берите его, — рассердилась доктор.
Ходить я уже мог вполне нормально, я тренировался но ночам, делал приседания и даже легкую гимнастику, но когда он меня приподнял и закинул руку, я начал строить из себя совсем доходного и еле-еле пошевеливать ногами. Он вытащил меня в коридор, я налегал всем телом, чтоб служба медом не казалась. Шага через три он меня бросил, я сразу чуть подогнул колени и попытался облокотиться на стену.
— Не падаем, идем, двигаемся, — услышал я сзади голос докторши.
Я постарался передвигаться, обнимая стенку. Наверняка это выглядело забавно и комично со стороны. Сделав шагов восемь, я постепенно сполз и уселся. Девушка сделала жест и охранник снова меня поднял и вывел на середину коридора. Падать мне было уже в облом, поэтому я неуверенно стоял, подбадриваемый словами докторши:
— Не бойся! Иди вперед!
Я попытался ступать так, как будто у меня не сгибаются ноги. На каждый шаг я тратил по две-три минуты. В общем, вся эта комедия продолжалась битых полтора часа, пока я окончательно не сполз возле стены и не попросил пить.
— Хватит на сегодня, — махнула доктор и охранник оттащил меня в палату.
Подобная гимнастика теперь была ежедневной, и каждый день становилась дольше и дольше. Теперь меня тренировал этот охранник. Он настолько заколебал меня своими не самыми гуманными методами, что дня за четыре я, по мнению докторши, научился нормально передвигаться. Она очень радовалась этому факту и как я услышал, приписала себе это в заслугу. Зато я точно понял, что вампиров я жалеть не буду в последующем, если такая возможность представится.
   
Глава 5
 
После этих не самых веселых четырехдневных тренировок я еле продрал глаза следующим утром. А через несколько минут вместе с докторшей в палату зашла и офицер-эльфийка. Она принесла с собой потасканный планшет и небольшой динамик, положила их на столик, потом соединила кабелем. Достала из кармана и приложила красную инфокапсулу, держала несколько секунд, пока на планшете не загорелся зеленый датчик. Потом недолго что-то настраивала в планшете. Я постарался сделать пустой взгляд, пока смотрел на неё.
— Нори, когда он поест, пожалуйста, заприте его и включите воспроизведение этих записей на повтор, пусть работают весь день, — она показала докторше список на дисплее.
— Лили, а какой в этом смысл? Он всё равно не способен их осознавать, — возразила кошкодевушка.
— Госпожа Бьюсанне уже интересовалась, как проходит его восстановление. Раз он научился снова держаться на ногах благодаря вашему лечению, она велела включить ему записи по технике безопасности работы в шахтах и обращению с шахтными роботами и взрывчаткой, — разъяснила эльфийка.
— Вот оно что. Включить их можно, но это ничего не даст — он ещё не способен объективно воспринимать такие сложные сведения.
— Всё равно заняться ему нечем, пусть впитывает в свой голый мозг полезную информацию. Может, социализация начнёт проходить быстрее, — офицер посмотрела на меня, как на подопытного.
Я лежал и бессмысленно смотрел на них, слушая это всё.
— Хорошо, Лили, от этого хуже никому не будет, — решила доктор, — пусть лежит и слушает, посмотрим, что это даст.
— Отлично, — улыбнулась эльфийка, нажала кнопочку и они вышли из моей палаты, заперев дверь.
Я услышал, как полумеханический голос начал дотошно бубнеть на ново-эльфийском — началась лекция о самых общих сведениях про планету, её географию и геологию, и потом всё плавно перетекало к технике безопасности при добыче титановой руды, особенностям использования роботов, особенностям замеров уровня шахтного газа, основам работы со взрывчаткой и так далее. Я не рискнул подойти к планшету и осмотреть его, вдруг там была вмонтирована скрытая камера. Полная лекция от начала и до конца длилась три с половиной часа. Потом через пару минут она началась по новой, ещё минут через тридцать пришла доктор и принесла остоебеневшее мне варево-протеин.
— Ну как проходит обучение? — она явно была в хорошем настроении.
— Бееезопааасность, — промычал я и начал показывать дрожащим пальцем на планшет.
— Какой молодец, — она даже подошла и потрепала меня за ухо. Почему-то захотелось её немного уебать.
Кошкодевушка отошла к планшету, проверила запись и пока я ел, зачем-то решила поставить её сначала. Я чуть не поперхнулся, но вовремя сдержался.
— Скоро всё будет хорошо, мы вернем твои ментальные функции и ты сможешь начать работу, — заявила она, забрала миску и вышла.
«Охрененная перспектива», — я опять лёг и стал слушать лекцию по второму кругу. В общем — за этот день я прослушал эту лекцию три раза, пока мне не принесли ужин и не выключили планшет.
«Как всё-таки немного надо для счастья — просто тишина и чтобы никто не тревожил», — я был раздражен, но и в некотором роде доволен.
Как оказалось, планета эта была ограничено терраформирована более четырехсот лет назад, ещё во времена Галактического Рейха, и конечно же его силами и средствами. Эта система с солнцем класса G2 входила в эльфийские владения и планета использовалась для добычи сырья и транспортировки его в соседние системы для глубокой переработки. Впрочем, используется она так и по сей день. Про терраформирование не говорилось ничего конкретного, но из нескольких разбросанных в лекции фраз я сделал вывод, что подобное терраформирование означает сначала поиск воды, потом создание атмосферы. Проходил этот процесс пятнадцать лет и работали здесь чудовищной мощности и стоимости генераторы-терраформеры, которые из найденных подземных запасов воды и доставляемых газовозами специальных газовых концентратов создавали планетарную атмосферу, но без создания естественной флоры и фауны. Через десятилетие после окончания процесса дело ограничилось высадкой саженцев некоторых деревьев на искусственных удобрениях под нужды горных работ, что дало запасы древесины и даже некоторое разрастание леса с годами.