Побег с Шиэго II (СИ)
Глава 19
Ещё немного полежав в раздумьях, я зашёл в меню импланта и создал файл «Экипаж», в который внёс новые имена с кратким описанием внешности и расы тех, кто принимал участие в обсуждении до моей обратной отключки в реальность. Потом зашёл в файл восстановления:
{Статус регенерации частей коры головного мозга и процедуры восстановления памяти — стабильный, достигнуто 33 % от потенциально доступного уровня.
Происходит первостепенное восстановление:
А) владение старо-эльфийским языком — до 74 %, текущий вспоминаемый уровень — 56 %, слабый прирост.
Б) владение общим ново-эльфийским языком — до 100 %, текущий уровень — 99 %, восстановление завершено.
В) владение вампирским языком — до 53 %, текущий вспоминаемый уровень — 37 %, умеренный прирост.
Г) владение языком нэко — до 54 %, текущий вспоминаемый уровень — 35 %, резкий прирост.
Д) владение общеупотребительным орочьим языком — до 76 %, текущий вспоминаемый уровень — 53 %, средний прирост.
Е) владение общим англо-человеческим языком — до 30 %, текущий вспоминаемый уровень — 13 %, слабый прирост.
Ж) навыки рукопашного боя — до 62 %, текущий вспоминаемый уровень — 39 %, резкий прирост.
З) навыки перепрограммирования электронных устройств и кибернетических механизмов — до 41 %, текущий вспоминаемый уровень — 30 %, очень резкий прирост.
И) навыки пилотирования кораблей класса «учебный», «шлюпка», «челнок», «легкий межпланетный грузовоз», «мародёр», «истребитель» — до 100 %, текущий вспоминаемый уровень — 67 %, очень резкий прирост.
К) добавлен навык — пилотирование кораблей класса «фрегат», текущий уровень — 17 %.
Л) навыки шахтного минера-проходчика, текущий уровень — 19 %.
М) навыки оператора-механика шахтных кибернетических механизмов, текущий уровень — 13 %.
Н) навыки межклановый дипломат-переговорщик, текущий уровень — 35 %.
Необходимо ещё не менее пяти дней продолжать витаминный курс лечения и избегать сильных эмоций}.
«А прогресс очень ощутимый, даже добавилось умение пилотировать фрегат, а правильнее сказать, мою „Амальгаму“, с который мне просто позарез нужно как-нибудь связаться», — меня очень утешала мысль о наличии у меня личного космического корабля. Конечно, сейчас он недоступен, и может вообще будет уже недоступен, но сама потенциальная возможность не давала впасть в полное отчаяние. — «До полного восстановления ещё очень далеко, но в таких условиях, как у меня, даже такой прирост — это очень большой успех».
[Что такое «протокол ожидания приказов от капитана»], — поинтересовался я в меню запроса на всякий случай.
[По имеющимся неполным данным, предположительно означает, что корабль находится в надёжном месте в режиме ожидания. Автоматизированные бортовые системы или экипаж ожидают кодированного сообщения от капитана или владельца, или ждут определённого времени, заданного в протоколе, чтобы начать действовать по плану], — я особо и не рассчитывал на ответ, но он меня порадовал, подтвердив мою догадку.
[Как можно связаться с кораблём?] — самый главный мой вопрос.
[Связь можно осуществить через оборудование соответствующей мощности и назначения по протоколу шифрования, если известно точное или примерное местонахождение корабля], — ответил имплант.
[Какое для этого нужно оборудование?].
[На данный момент неизвестно. Требуются дальнейший прогресс в процедуре восстановления памяти или же заново приобретенные знания и навыки], — этот ответ был менее утешительным, хотя и ожидаемым.
После этого я задумался о той дискуссии, которая велась за тем столом. Насколько я понимал, экипаж «Амальгамы» был достаточно разношерстный, непростой и личности там подобрались своеобразные. Очевидно, каждый имел свой серьезный опыт — и криминальный, и политический, и боевой, и взаимоотношения внутри этой компактной команды не были гладкими, если сравнивать с обычным наемным экипажем или специалистами обслуживания. Вероятно, подобрались на корабле они явно не сразу, и подбирались мной с какой-то явной и конкретной политической или криминальной целью. Или по специализации, что тоже очень вероятно.
«Скорее всего, мой спор с этим орком, Игрином, означал, что существует какой-то мой план действий против каких-то конкретных корпораций и различных властей в разных системах и юрисдикциях. Судя по тому, что мы собирались ограбить какое-то банковское хранилище на одной из планет семьи Леттениаль, нас там и повязали, во всяком случае — конкретно меня. Дата совпадает. Всё это очень похоже на подставу — ослабленная охрана, отсутствие сил безопасности, код доступа — такое ощущение, что меня заманивали в ловушку. Все остальные, кто пошёл на дело, тоже или арестованы, или погибли. Возможно, они выдали местонахождение корабля и базы, а возможно и нет», — от таких мыслей в груди неприятно давило. — «Судя по новостям, обстановка в галактике очень нестабильная и взрывоопасная, и я явно приложил к этому руку, только неизвестно в какой степени, и явно планировал пользоваться дальше открывающимися возможностями. Но с какой целью? Нажива или политические изменения? Или всё вместе? Или ещё что-то?» — было ясно, что вообще ничего неясно.
Я лежал, терзаемый этими размышлениями, и уже начал ощущать почти невыносимый голод. Доктор Нори пришла, как мне показалось, с очень большим опозданием. Она зашла в палату, и я сразу отметил, что у неё сильные тени под глазами, а лицо расстроенное и очень уставшее.
— Нори устала?
— Да, Хакрис, я очень сильно устала и совсем не спала, — она села на край моей кровати и дала мне миску прямо на грудь, я толком и не успел сесть.
— Хакрис видел других эльфов, им больно, — произнёс я более сознательно, если можно так сказать.
— Это не эльфы, Хакрис, это орки. Они шахтёры, бывшие заключенные, которые остались работать в шахтах, потому что у них не было денег улететь на свои родные планеты, — вздохнула доктор и опустила голову.
«Час от часу не легче. Я смотрю, тут всё грамотно поставлено, и даже если откинешься — добирайся своим ходом, куда тебе надо, если есть за что. А если нет, изволь ишачить дальше, зарабатывать себе на проезд. Порядочки людоедские, конечно», — я даже не слишком удивился такому положению дел.
— Орки, — произнес я, вроде как пробуя словечко на вкус, — им больно, кричали.
— Да, им очень больно, но я дала им лекарства, и недавно уже прилетели опытные врачи и привезли ещё больше лекарств. Мы их всех спасем, — кошкодоктор произнесла это с большим оптимизмом в голосе. Ей явно хотелось выговориться.
— Нори хорошая! — констатировал я факт.
Она вздохнула, потом встала и помогла мне сесть на край кровати, чтобы я мог есть свой дежурный протеин.
— Хакрис, — сказала она через пару минут, — сегодня или завра тебя могут отправить в шахту.
Я чуть не поперхнулся, но еле-еле себя сдержал.
— Хакрис не хочет в шахту, там больно, там нет Нори, — я поднял на неё глаза.
— Там неприятно, конечно, но я дам запас витаминов для тебя и скажу охранникам, чтобы тебе их кололи ещё неделю.
— Витамины хорошо, Хакрис хочет витамины, — я кое-как доел варево и сидел с миской в руке.
— Да, я скоро тебе сделаю укол, а пока ложись давай, а потом встанешь и будешь пить воду, — кошкодоктор забрала миску, показала рукой на столик со стаканом воды, и вышла из палаты.
«Невеселые новостишки, но ожидаемые, две стервы вчера так и сказали, что засунут меня в самый зад со дня на день. К хорошему привыкаешь быстро, но здесь хорошее — тюремная палата, отвратное варево, мало воды и холодина по ночам. Что же будет плохое, я и представлять сейчас не хочу. Скоро всё узнаю», — я решил себя сильно не накручивать и немного расслабиться психологически.