Таймлин (СИ)

— Выходит, что Харрингтон просто отправлял свои части, никак не синхронизируя их между собой и не давая практически никакой информации? Они должны были найти то, что позволило бы им стать живыми.
— Или смогло бы убить, как наследие, — подтвердила Гея. — Вообще, я нашла очень много всего интересного, связанного с Харрингтоном уже после того, как он стал некроморфом. Но и при жизни он натворил достаточно.
  
Дальше я уже не слушал, что говорит Гея. Просто все конструкты разом подали сигнал тревоги. Это могло означать только одно — что-то происходит с коконом. Похоже, Боб решил появиться на свет. Что же, посмотрим, что там за бабочка получится.
  
Глава 16
 
— Не припомню, чтобы здесь рос лес, — произнёс я, когда оказался возле обустроенного кадавром выхода.
Да и остановился я за несколько метров до него, просто уже здесь начиналась буйная растительность, которая явно была не прочь попробовать перекусить мелким человечком, пустить его на удобрения.
Помимо того, что в мою сторону выстрелило несколько десятков лиан, усыпанных острыми шипами, так ещё вокруг начали раскрываться небольшие цветы самых невероятных расцветок и выбрасывать в мою сторону облачка пыльцы. Со слов Геи, очень ядовитой и способной усыпить практически любого обитателя Вериго, включая даже королеву висперов. Но это только в случае, если она будет столь беспечна и станет вдыхать эту гадость. А для тех, кто находится в броне, она совершенно безвредна.
— Похоже, что Боб окончательно ассимилировался со навыками Древесной Матери и даже усилил их, — отметила Гея. — Пришла пора пропалывать сорняки.
Чем я и занялся, призвав к себе в помощники несколько конструктов висперов. Их лапы-лезвия идеально подходили для резки растений. Странно, что конструкты, оставшиеся присматривать за наследием, не присылали сигналов тревоги. Лишь один раз, когда Боб вылупился. А сейчас они молчали, словно всё было в норме. При этом все точно были целы.
Много времени, чтобы пробиться до нужного места, не потребовалось. Это были обычные растения, так что меч и лапы-лезвия справлялись с ними без проблем. Да и возле места, где находился кокон, было свободное пространство. Я сперва даже не понял, когда срубил очередную партию толстых стеблей и больше не увидел их. Зато увидел очень интересную картину: в центре свободного пространства стоял ребёнок и играл с моими конструктами. Они, словно его верные собачонки, прыгали вокруг и добивались внимания хозяина.
Ребёнок сидел прямо на земле, спиной ко мне. Кожа была совершенно нормальной, а вот волосы всё такими же зелёными, как у Древесной Матери и объединённого Боба.
— Они очень забавные, — раздался голос Боба. Очень тонкий, но вполне мне знакомый. — Я решил не отвлекать тебя и дать время разобраться в оставленных мной материалах. Правда, там многое уже устарело и утрачено, многое не было зафиксировано, многое не соответствует действительности, но в основном информации достаточно, чтобы составить предварительное мнение насчёт того, чем я занимался до катастрофы и следующие циклы после неё. Сейчас я смогу восстановить все пробелы. И даже пересмотреть ранее заявленные аксиомы, которые казались незыблемыми. К тому же теперь я могу покинуть это место и заняться дальнейшей исследовательской работой.
— Хочешь продолжить создание суперсолдат?
Боб был от меня примерно в десяти метрах, и я точно видел, что он не двигался, но каким-то образом бывший некроморф уже сидел лицом ко мне и улыбался. Детское лицо, обрамлённое светло-зелёными волосами, худощавое тело без половых признаков, всё вполне пропорционально и естественно, и только глаза выдавали, что это давно не ребёнок. Тёмные, слегка подёрнутые белёсой пеленой, словно у слепца, бесконечно уставшие от знаний, что хранятся в разуме Боба, и одновременно горящие энтузиазмом.
— Для чего мне заниматься старыми проектами, которые погибли вместе с Первым Ударным Флотом? Я уверен, что мои прошлые наниматели уже давно мертвы, а значит, и я свободен от обязательств, что когда-то взял на себя. Теперь я могу заниматься исследованиями, которые мне действительно интересны. Тем более получив столько данных. Ты даже не представляешь, что мне дало объединение с частью, поглотившей того заражённого четвёртого порядка.
— Не представляю, — ответил я и сделал несколько шагов в сторону, разрубая бросившиеся ко мне лианы. До этого момента они словно опасались проникать в свободную зону. — Но надеюсь, что вместе с объединением ты не забыл, какие договорённости у нас были с тем Бобом?
— Мы полностью разделили наши знания. Все договорённости, что между вами были, остаются в силе. К тому же я больше не ощущаю утечки энергии из массива. Словно моё объединение послужило этому.
— В этом нет твоей заслуги, — появилась перед нами Гея. — Это Икар заткнул дыру в субпространственном массиве, через которую и утекала энергия. Тебе повезло, что у него оказался навык по работе с малыми массивами.
— Мне повезло? — рассмеялся Боб. — Это вам повезло. Теперь вы можете забрать отсюда все корабли, что я смог спасти. И я даже помогу вам, подскажу, как это можно провернуть без особых затрат. Всё же договорённости нужно выполнять. — Боб резко встал и потянулся, при этом застонав так, словно это было какое-то нереальное блаженство. — Но сперва мне нужно проверить кое-какую теорию.
Хоть интерфейс и инфополе здесь не работали, но все рефлексы и возможности, полученные с переходом на третий порядок, остались, поэтому я смог уловить движение и выставить защиту из звёздной стали, устроив перед собой круговерть мечей. Этого оказалось достаточно, чтобы сразу несколько детских пальцев упали мне под ноги. А в следующее мгновение Боб уже находился на прежнем месте и с интересом наблюдал, как отрастает отрубленная плоть.
— Эффект сильно замедлен. Даже не помогают гены Древесной Матери, которая была способна восстановиться себя из одной клетки. Что же, получается, что моя уязвимость никуда не исчезла, хоть и стала гораздо менее выражена. Выходит, что ты по-прежнему имеешь власть надо мной, — как-то совершенно не расстроившись, произнёс Боб. Похоже, что даже изменившись, он не способен говорить неправду, и это очень хорошо. — Что же, позволь представиться: меня зовут Боб Харрингтон. Профессор сразу в шести областях. Ведущий специалист проекта «Сверхновая». Руководитель научной лаборатории на линкоре «Гнев Господень». И ещё несколько сотен достижений, перечислять которые нет никакого смысла. Некогда владеющий второго порядка, а сейчас единственный человек, с успехом прошедший процедуру слияния с анти-та’ар.
— Я Икар Керос, владеющий третьего порядка, Творец, — одного этого хватило, чтобы глаза Боба радостно расширились, а на лице появилась улыбка. — А это Гея — старший Та’ар-интелект, управляющая программа линкора «Танатос», флагмана Первого Ударного Флота Земной Федерации, в который входил «Гнев Господень». Что ты там говорил по поводу помощи с извлечением кораблей из этого массива?
* * *
— Удивительно, но Маккинли отложила возвращение своих вершителей до того момента, пока ты не сможешь присоединиться к ним. Вернее, она прислала их сюда. Сейчас они обосновались на базе и ждут, когда ты появишься, — сообщил мне Ллойд, первым встретивший меня после выхода из аномалии.
Боб пока остался внутри, приводить в порядок всё, что он успел там натворить, и подчищать информацию, которая не должна была попасть в чужие руки. Нас с Геей это не касалось. Чёрная валькирия скопировала всё самое важное. Причём на большую часть указал сам Харрингтон.
  
После того как он узнал, что Гея в действительности — полноценный старший Та’ар-интелект, то сразу же стал относиться ко мне совершенно иначе. Он перестал видеть во мне практически единственную угрозу для себя. Теперь я стал для него кем-то вроде мессии, способного помочь с дальнейшей работой над проектами, которые он считал более перспективными. И работа с большими субпространственными массивами здесь была на первом месте.