Системный приручитель 1 (СИ)

Я заметил, что на меня с благодарностью смотрит Юля. Тоже переживает за мелкого? Ну, тут-то как раз ничего удивительного, она сердобольная девчонка. Сколько раз домой таскала кошек, к ужасу матери — не сосчитать.
Всех в итоге отмывали, откармливали. Кто-то так и оставался у них жить, кто-то отправлялся к друзьям-знакомым.
Когда я закончил, мои часы показывали половину восьмого. Полтора часа — и стемнеет, из-за гор сумерки короткие. Это вам не равнина — здесь климат иной.
  
Ничего, до избушки мы как раз впритык успеваем. Там тоже дел куча, но место спокойное, выставим постовых и быстренько раскидаемся с текучкой. Тем более, задачи будут в основном приятные: прокачка эссенциями, еда, немного алкоголя для успокоения нервишек (исключительно в медицинских дозах) и баня.
Составим график дежурства на ночь — и спать. Завтра день тяжёлый.
Надо будет керосинку найти, где-то должна быть. И лучинок ещё настругать, потому что керосин теперь — штука дефицитная, без толку жечь нельзя.
Я перед выходом проверил ногу Сметаны — всё было в порядке. Точнее, как: опухоль сохранилась, но хотя-бы не разрослась дальше, чернота же уступила ещё больше места живописным разноцветным синякам.
Что ж, девушка всё таки вне опасности. Хочется верить, что и моя первая помощь тут сыграла роль, но полезнее всего явно были эссенции и неожиданно выданный Системой навык.
К слову, Лена ведь сама всё равно не пойдёт, в бою, если таковой случится, пользы от неё тоже не будет — её всё ещё держит на носилках слабость. И эссенций у нас целая куча…
— Давай-ка мы тебя ещё раз прокачаем. Не знаю, как яд мог подействовать, и очень не хочу, чтобы тебе повыжигало сосуды или убило почки с печенью.
— Спасибо. Я сегодня ничего и не сделала толком, а эссенций съела больше всех. Да о чём говорить: их только я и ем, пока ребята трудятся.
— Без тебя Илья мог бы кровью истечь, так что это не так. Уверен, Система это оценит. Я оценил, не сомневайся.
— Блин, — пискнул рядом Илья. — Елена Ан… В смысле, Лен. Я же со всей этой фигнёй даже спасибо тебе не сказал. Когда кровищу эту увидел — думал, всё, честно. Так что, как бы… Спасибо тебе.
Она улыбнулась:
— Вам всем спасибо. Буду стараться для вас для всех. Хотя бы как наш отрядный доктор. А ещё я готовлю вкусно, тоже имейте в виду. Грибы знаю, травки для чая. И драться тоже научусь, вы-то все себя уже проявили.
— Всё будет, — прервал я её. — А пока — вот, держи.
Эссенций выносливости для Сметаны я выделил две штуки — чтобы она быстрее поправлялась. Дополнил одной на ловкость и одной на силу — для общего укрепления тела.
Лена начала с незнакомых эссенций, комментируя их вкус. Ребята тоже заинтересовались — пока что прокачкой мог похвастаться лишь Олег, втихую поднявший себе ловкость.
Лена проглотила последнюю эссенцию — на выносливость. И тут её глаза расширились от удивления.
— Это навык? — оживился я. — Регенерация?
Ничего другого мне в голову не пришло.
Девушка мотнула головой, сглотнула растворившуюся во рту эссенцию и торопливо выпалила:
— Читаю: «Внимание! Достигнут лимит характеристики выносливость для вашего уровня силы — десять. Энергия эссенции выносливости сверх лимита будет направлена на усвоение эссенций. Удачи, игрок!»
Ну охренеть теперь, есть ещё и лимит. При том, всего десятка. Выходит, мы не сможем сегодня обмазаться характеристиками на все деньги, а только поднимем до возможного максимума?
— Так, — я сходу начал вспоминать, сколько эссенций приняла Сметана. — Ты за сегодня съела семь эссенций на выносливость. Последняя была лишней — выходит, своей у тебя изначально было четыре.
— Несправедливо, что мы не знаем свои характеристики, — подал голос Шенг. — Так качаться очень неудобно. Почему они скрыты?
— У Системы спроси, — буркнул я. — А вообще, это интересно. Сейчас лимит — десять. Думаю, он ещё поднимется, иначе я вообще не понимаю, зачем нужны прокачка и все эти разговоры о силе. Пять, получается — средний результат, что-то типа стандарта. Лена — ты как раз рядом с этим значением изначально была.
— Десятка — максимум, — присоединился Олег. — Это уровень какого-нибудь профессионального марафонца, наверное. Спортсмены, военные, агенты спецслужб всякие, космонавты — ну, то есть, самые подготовленные люди.
— И я что, сейчас тоже среди таких? — выдавила Лена. — Ну вот: на мне пахать можно, а я валяюсь без сил. Так не честно.
У меня, скорее всего, выносливость тоже уже близка к верхушке, да и ловкость — я целых четыре эссенции съел. А может, лимит и вовсе достигнут, а со следующей витаминкой я получу такое же сообщение.
Надо же…
Юля тут же влезла с «рацпредложением»:
— Предлагаю посчитать, кому сколько надо эссенций интеллекта до максимума. Узнаем, кто из нас самый умный.
— Юль, — буркнул Илья. — Ты сейчас палишься. С такими предложениями — не ты точно.
— Эй!..
— Ладно, ребят, — я привычно привлёк к себе внимание громким хлопком в ладоши. — Новость полезная, но нам пора двигаться дальше. Собираем вещи — и вперёд.
А ещё…
— В разговоре слово «эссенции» звучит отвратно. Длинное и чужеродное какое-то. Просто представьте, как в бою кричите: «срочно хватай эссенцию!» В общем, предлагаю: называем их «эски». Коротко и понятно.
Новое слово приняли без проблем, как и мою личную классификацию мутантов.
— А ещё, вы уловили важную деталь? Эссенции могут дать энергию для прокачки, если съесть сверх лимита. Сейчас проверим, как это на голод влияет. Лен, извини, быть тебе подопытным кроликом. А ещё, возможно, они и при усталости тогда тоже могут помочь — но это пока просто предположение, ещё проверим. Теперь — в путь.
Добрались мы без проблем, в кои-то веки не найдя приключений на свои задницы.
Лена, когда эссенции начали устраиваться, совсем без еды не обошлась, но лютого обжорства, как у нас всех было при прокачке ранее, у неё не случилось.
Ну вот, как слепые котята тычемся наугад, а всё равно понемногу узнаём о Системе что-то новое. И сколько ещё будет таких открытий — чёрт его знает.
Скорее всего, сейчас мы все прокачаем характеристики до максимума, нам доступного, и это хорошо. Сказать бы, что завтрашний день будет легче, но есть нюанс: патронов осталось не так много.
Мэй в последнем бою, прикрывая нас, расстреляла полтора магазина, и осталось по итогу всего двадцать два патрона. То есть — двенадцать на один полный магазин и десять на второй.
С двенадцатым калибром чуть лучше: у меня полный патронташ на двадцать пять патронов, два — в стволах обреза. По три патрона у Ильи и Шенга, у Юли — два в ружье и девятнадцать из двадцати в патронташе.
Запаса — нет.
Радуют только когти мороков. С ними, доведя до ума оружие ближнего боя, мы станем эффективнее и на короткой дистанции. Тем более, после прокачки.
Ещё, конечно же — шкура медведицы. Даже если защитим только руки, шансы на выживание неплохо так поднимуться. Меня сегодня выручали обычные вьетнамки на руке, непробиваемая чешуя — это уже совершенно иной уровень.
Когда мы свернули с проклада к торчащей над лесом скале, солнце светило сквозь стену осколка на востоке уже над самой линией гор. Ещё чуть-чуть, и стемнеет.
По широкой, утоптанной множеством людей и лошадьми тропинке среди деревьев мы прошли к основанию скалы — там и стояла избушка.
— Нифига, — выдавил Илья. — Я думал, какой-нибудь сруб покосившийся будет.
— Почти так и было. Мы с мужиками договорились, что баблайку надо подновить — да как-то вот вошли во вкус и подняли уровень комфорта.
  
Путь к дому преграждала наша местная речушка — маленькая, но бурная и очень холодная. Имя у неё соответственное: Дурнуха. По весне она частенько разливается, но сейчас, в июля, уровень воды низкий.
Домик с баней, небольшим сарайчиком, погребом, уличным туалетом, коновязью и маленьким огородом плотно втиснуты на высокий кусок берега между рекой и практически отвесной стеной скалы.