Системный приручитель 1 (СИ)

В тело… В тело — просто не было смысла. Дядя Никита говорил, что увечья замедляют цзянши, поэтому выстрелила девушка по ногам.
Морок будто споткнулся, упал и на всей скорости проехал уродливой мордой по камням. Между ним и троицей внизу осталось не больше пяти метров.
Мэйсян с облегчением выдохнула: она не была уверена, что попадёт.
— Охренеть, — прошептал Олег рядом. Девушка от волнения вообще забыла о его существовании и испуганно вздрогнула. Тут же — злобно на него зыркнула. — Тихо!
  
Не хватало ещё из-за него промахнуться.
Парень выдавил что-то утвердительное и действительно замолчал, но Мэй уже выкинула его из головы. Поймала в коллиматор левую ногу поднимающегося морока и нажала на спуск.
Выстрел!
Пуля попала точно в икроножную мышцу, по сторонам чёрными каплями разлетелась мутантская кровь. Нога подломилась — и монстр снова свалился наземь. Девушка не теряла времени и прострелила вторую ногу. Всё! Теперь этот цзянши так шустро не побегает!
Илья будто прочитал её мысли. Он не дал Шенгу запалить жидкость для розжига (зажигалку бендан наконец нашёл) и рванул к мороку. Мэйсян замерла, держа на прицеле монстра.
Возможно, Илья сейчас справится и добьёт тварь. Возможно — он ошибся. Ошибся в последний раз в жизни.
Морок подобрался, явно готовясь к броску — и Мэй выстрелила, метя в плечо. Это и спасло парня от смерти. Мутант оттолкнулся от земли руками и ногами, торпедой бросив себя вперёд. Илья — выстрелил ему навстречу и рванул в сторону. Не успел совсем чуть-чуть, и похожие на кинжалы когти полоснули его по боку.
Если бы не выстрел девушки — баюкать бы ему в руках вываливающиеся из брюха потроха.
Илья под адреналином не сразу понял, что ранен. Морок замер на камнях уродливой поломанной игрушкой, парень же отступил на пару шагов в сторону, торопливо перезарядил ракетницу, сунув гильзу в карман…
И только тогда схватился за бок. Футболка там как раз уже насквозь пропиталась кровью.
Мэй крепче сжала зубы и отвернулась. На помощь Илье уже рванул брат, а она… Она должна помочь Сабатону. Такой ведь у него был позывной?
Было страшно: вдруг она увидит сейчас, как волки рвут их спасителя на части? Прямо как тех цзянши, убивших толстого парня, имени которого девушка не знала. Руки и ноги с чёрными брызгами вылетали из суставов, словно у пластиковых манекенов…
По спине промаршировали мурашки, волосы на голове зашевелились от жутких воспоминаний — но девушка сквозь коллиматор уставилась на поляну, где с волками боролся дядя Никита.
Сабатон.
Он стоял к ней спиной, подобравшись, словно пружина. В одной руке — окровавленный нож, обрез… Обрез не видно. А у ног — здоровенная туша поверженного волка. И кровь… Повсюду вокруг него — кровь.
Дыхание перехватило. В этот момент Мэйсян испытала… благоговение. Как в детстве, когда впервые попала вместе с отцом на работу. Она до смерти боялась его, и так же сильно хотела его признания.
А когда маленькая Мэй увидела, как сухой невысокий Линь Ичэнь просто идёт по коридору, а перед ним склоняется подобострастно каждый встречный… Тогда она навсегда сделала отца своим богом.
Богом, который никогда не отвечал на молитвы.
…В одного из волков стрелять было опасно — траектория пули была бы слишком близко к дяде Никите. И Мэй шустро перевела сайгу на второго — чёрного. Он был повёрнут к ней правым боком, и девушка выстрелила ему в грудь.
Если повезёт — пуля достанет до сердца. Если нет… Ну, она его хотя бы задержит.
Чёрный волк пошатнулся и упал. А Мэйсян на плечо легла рука.
— Маш, там ещё двое!
Двое? О чём он?
Ох… Всё, горы кончились, вода иссякла. По низине шустро скакали два цзянши. Кажется, те, которых дядя Никита назвал крюкачами. Направлялись они к троице внизу — Шенг уже дотащил Илью к валуну, и Елена Андреевна сейчас перевязывала парню бок. А брат с зажигалкой в одной руке и пистолетом в другой смотрел на несущихся к ним монстров.
И, будто этого мало, вдруг зарычал и приглушённо гавкнул Буран. До этого его даже выстрелы будто бы не беспокоили, а вот сейчас… Он вскочил, уставившись в кусты справа от них. Через миг Мэй услышала приближающийся треск веток и шелест листвы.
— Ты ставил там капкан?
— Д-да.
Девушка бросила быстрый взгляд в низину — а там ситуация стремительно изменилась. Крюкачи отвлеклись на волка, кубарем скатившегося по склону. Его будто пинком гигантской ноги вышвырнуло с поляны.
Ребята внизу пока в безопасности.
А шум всё ближе.
Лязгнул капкан, в кустах кто-то обиженно взвизгнул. Хрипло и на редкость мерзко.
— Олег, он твой.
Мэй твёрдо знала одно: мужчины должны уметь решать проблемы. А раз цзянши в капкане стал не её проблемой, она смогла спокойно вернуться к прикрытию ребят и дяди Никиты.
На крюкачей, терзающих упавшего волка, стрелой налетел второй волк — тот, что чёрный. Вцепился сзади в шею одному из них и опрокинул, подмял под себя.
Мэйсян ещё гадала, куда лучше выстрелить, когда совсем рядом грохнул выстрел из сигнального пистолета. Олег взялся за решение проблемы, как настоящий мужчина.
А в низину, к сцепившимся насмерть волкам и монстрам, спустился Сабатон.
* * *
Вид мне открылся чертовски живописный.
Меченого терзал крюкач. Запрыгнул он на серого неловко — головой к хвосту. Намертво вцепился когтями и яростно грыз мохнатую задницу. Волк метался из стороны в сторону, катался по земле — но сбросить мутанта не мог.
Чуть в стороне, с другим крюкачом, сцепился чёрный. Подмял его под себя — только не на долго.
Выпрямиться крюкач сумел, туша в пару центнеров его не удержала. А дальше — не смог ничего. Волк в его шею сзади вцепился, как Буран в игрушку-пищалку, и отпускать явно не собирался.
Зомбак же никак не мог дотянуться до него когтистыми лапами и только без толку брыкался и визжал.
Что хуже — под валуном у троицы оставшихся было какое-то нездоровое шевеление. Дохлый мутант недалеко от их позиции, заградительный огонь не горит. С пистолетом — Шенг вообще, а вокруг Ильи, закрыв его от меня спиной, суетится Сметана. Совершенно забив на то, что ногу ей нагружать нельзя.
Чёрт, лишь бы парень не погиб. Он дурной, да, но правильный, и потенциал есть…
Ладно, пора этот бой заканчивать.
Я быстро спустился, подловил момент — и рванул к меченому. А точнее, к вцепившемуся в него клопом кусателю задниц. Поглощённый яростью мутант заметил меня, только когда ему в глаз двумя чёрными провалами уставился обрез.
Бабах!
Выстрел в морду практически в упор мгновенно уложил тварь, а новый рывок волка стряхнул его со спины и отправил в полёт. Меченный развернулся — и оказался нос к носу со мной. Даже оскалиться не успел — я выстрелил в него из второго ствола.
Волка свалило, сзади отчаянно взвизгнул чёрный. Когда я развернулся, он уже отшвырнул крюкача в сторону и стрелой ломанулся ко мне.
Я бросил в волчару вновь опустевший обрез и перекинул нож из раненой левой руки в правую.
Прыгать чёрный не стал — явно сделал выводы из неудач двух своих товарищей. Рванул к моей ноге — но не укусил, а получил берцем в морду. Хрипло гавкнул, но тут же покачнулся и нелепо закашлял, брызнув на землю кровью.
Его мутант помял, или это попадание Мэй даёт о себе знать? Она ему лёгкое прострелила?
Ох, многовато Система нашим противникам выносливости отсыпала. Как можно сражаться, если они с разорванным горлом и простреленным лёгким продолжают кидаться в бой?
Спасибо хоть, удары в мозг и сердце эффективны.
Только… А крюкач-то где?
Грянула с позиции на противоположном склоне сайга. Я чуть скосил глаза, не выпуская волка из виду, и увидел, как зомби качнулся, получив в бочину пулю. Но — его это не остановило. Он рвался к ребятам под валуном.
  
Не знаю, проявил он сообразительность и от двух опасных противников ломанулся к тем, кто показался ему целью полегче, или просто после падения первыми увидел их и больше не думал ни о чём. Да это и не важно.