Системный приручитель 1 (СИ)

Ночное зрение тоже хорошее, но это для нас сейчас не важно.
Основные их органы чувств — слух и обоняние, тут собаки значительно обходят людей. Волки, ясное дело — тоже.
Я взглянул на Мэй. Толстовка на ней слишком ядовитого цвета, пусть и зелёная. С листвой не сольётся точно, будет выделяться. Хотя…
Я подозвал девушку, накинул ей на голову капюшон. И — без всякой жалости испачкал пылью с земли и капюшон, и спину, и плечи. На удивлённый взгляд девушки ответил просто:
  
— Маскировка. Грудь, рукава и живот сама изгваздай.
— Хорошо.
Итак, мой план прост. Волки — в полосе лиственных деревьев позади нас. Мэй с поддержкой в виде Пятницы и Бурана поднимутся вперёд, в сосняк. Сначала — к тому месту, где сидели на деревьях, потом сделают крюк через чащу и незаметно выйдут к намеченной мною ранее, хорошей позиции.
Она на возвышенности, там можно укрыться среди папоротника под стволом упавшей сосны, привалившейся к большому камню. Олег укрепит тыл капканами, а для Мэй с карабином как на ладони будет полянка, куда направлюсь я.
Волки, если я всё разыграю правильно, должны напасть — и девушка меня прикроет.
Остальных разместим под валуном, на котором мы встречали танка. Там голая каменистая земля, нет травы. Пожертвуем пару бутылок зажигательной смеси, полукругом нальём вокруг позиции. Завтра восполним запас бензином из бака Антоновой нивы. Если волки нападут на ребят, запалить огонь будет недолго. Смесь две-три минуты точно будет гореть, этого нам хватит. Валун закроет тыл.
У Ильи — пистолет, у Шенга — кайло… Так себе расклад, конечно, но за стеной пламени они волкам будут не интересны. Сметана же… Сметана просто будет есть, как не в себя.
Осталось всё подготовить и объяснить каждому члену группы его задачу. И проверить Сметану, конечно же. Её вот-вот должно накрыть жором из-за эссенций. Да и яд уже должен себя проявить.
Сметана выглядела паршиво. Бледность, пот, тяжёлое дыхание… Она посмотрела на меня мутным взглядом, через силу улыбнулась:
— Всё пошло не по плану, да?
Я опустился рядом с ней на корточки.
— Как нога?
— Горит. Уже всё бедро горит. И чешется ужасно.
Паршиво, что тут скажешь. Или яда было много, или он сильнее, чем я думал, или это индивидуальная реакция. Вывод в любом случае один: малой кровью мы не отделались.
— Ладно, давай-ка перенесём тебя. Готова прокатиться?
— На ручках? Хоть весь день согласна кататься.
Я хмыкнул, аккуратно поднял её. Девушка зашипела от боли, крепко вцепилась мне в шею.
— Олег, достань плед из чехла от карабина, — бросил я коротко. — Народ, все за мной, и рюкзаки не забудьте. Илья — подбери зайца. И не отдавай его Бурану, как бы не просил.
— А он не съест меня вместо зайца?
— Самому интересно.
Парень сбледнул, но послушался. Пока шли — пёс с требовательным лаем скакал вокруг него, чуть ли не подвизгивая. Хаски — это хаски, блин. Игривые и охренительно голосистые.
Сметану я аккуратно уложил под валуном на подстеленный Пятницей плед. Тут же скомандовал:
— Парни, смотрим за лесом, сюда не смотрим. Мэй — залезай на камень, контролируй оттуда.
— А на что парням не смотреть? — вяло поинтересовалась преподша.
— Надо твою ногу проверить.
— Х-хорошо… — она смутилась, даже краски на лицо вернулись ненадолго.
— Есть уже хочется?
— Да. И тело ноет. Кости, мышцы. Лёгкие горят.
Будем надеяться, это преимущественно эффект эссенций.
— Скоро оставлю тебя в покое. Ешь всё, до чего дотянешься. Я серьёзно.
— Угу.
— А пока согни правую ногу в колене. Аккуратно, я помогу. И отодвинь в сторону.
Одной рукой я прижал подол длинной юбки к земле, чтобы случайно не открылось лишнего, другой — полностью оголил укушенную ногу.
— Жопа, — буркнула Сметана, увидев своё бедро.
— Нет, жопу я не вижу, — хмыкнул я. Так себе шутка, не спорю — но важнее просто отвлечь девушку от невесёлых мыслей.
— Дурак! — явно через силу, но она хихикнула. И покраснела ещё сильнее.
— Елена Андреевна ругаться умеет, оказывается, — пропищал сзади Илья.
— Говорила же — Лена.
— А, да… Виноват, ещё не привык.
Я их вялую пикировку не слушал. Бедро девушки с внутренней стороны полностью покрывал огромний чёрный синяк. Быстро, ничего не скажешь. Совсем чуть-чуть не хватает, чтобы дотянуться до колена снизу и до промежности сверху.
— Ладно, под повязку пока лезть не буду, — сказал я. — По крайней мере, отёка нет. Тошнота, головокружение?
— Нет.
Я кивнул:
— Судить рано, но пока всё не так плохо, как я боялся.
Одёрнув Сметане юбку, я помог ей выпрямить ногу. Не уверен, что это реально необходимо, но бедро ей лучше не напрягать. Поднялся на ноги, окликнул Пятницу:
— Олег, обеспечь Лену едой.
— На лес можно не пялиться? — тут же подал голос Илья.
— Обязательно пялиться, если не хочешь проморгать какого-нибудь мутанта. Но с ногой мы закончили.
— Почему по рюкзакам всегда я должен лазить? — проворчал Олег.
— Просто я уже привык, что мне ты со снарягой помогаешь. Будешь у нас завхозом, гордись.
— Понял-принял, — вздохнул негр.
Я залез в боковой карман рюкзака, достал оттуда утиный манок.
— Мэй, лови!
— Это что?
— Это — сигнал. Сейчас мы разберёмся с волками, ребятишки. А план у нас такой.
Я буквально кожей ощущал, что из глубины чащи за мной следят. Чувство чужого взгляда знакомо всем, да. Чувство, что на тебя вот-вот начнут охоту три волка-переростка — это уже экзотика. Идти на это добровольно — ещё страннее.
Минуту назад Мэй дунула в манок — со стороны их с Олегом позиции три раза донеслось утиное кряканье. Не бог весть что, а всё равно — сигнал. Бинокль я ей выдал, сейчас девушка должна высматривать среди деревьев волков.
Я шёл к лесу, держа в одной руке топорик, а в другой — тушку зайца. Первый — чтобы начать рубить берёзку для носилок. Второй — чтобы серым выйти ко мне было ещё интереснее.
Может, конечно, я усложняю, и того, что я один и без винтовки, им будет достаточно для нападения. В любом случае, если уж действовать — то наверняка.
Оставшаяся у камня троица их не должна смутить, с примеченной мной полянки Сметану и парней вообще не видно. Зато для китаянки с сайгой мы все как на ладони.
Итак, вот я и на месте. Прошёл поближе к границе чащи, потоптался у молодой берёзы: смотрите, какой я увлечённый дровосек! Как такого не сожрать? Намеренно не осматривался и вёл себя максимально беззаботно. Я — жертва. Я — цель для нападения.
Точнее, так должны решить хищники. Свою ошибку они поймут, когда будет слишком поздно.
Я отбросил тушку зайца в сторону, споро принялся рубить первую берёзку. Стук топора заглушал звуки вокруг, и это нервировало. Так не то, что крадущихся волков можно пропустить — но и сигнал Мэй.
Ладно, пора.
Я резко выпрямился, отбросил топор и схватился за сердце. Если зайца я швырнул ближе к деревьям, то топор — наоборот. Может, это чуть успокоит серых.
К тому, что придётся разыгрывать для животных сердечный приступ, жизнь меня не готовила. Главное, чтобы они поняли одно: я сейчас уязвим.
Хриплю, хватая ртом воздух, пошатываюсь. Зацепившись ногой за ногу, неловко свалился набок, дёрнулся пару раз и затих. Ясное дело, положение выбрал такое, чтобы из под опущенных ресниц можно было следить за лесом.
Когда зверюги будут рядом, Мэй снова подаст сигнал, чтобы я точно ничего не упустил.
Несколько минут пришлось лежать практически без движения, лишь время от времени дёргаясь, будто в судорогах, и тяжело дыша. Опасности я пока не видел и не слышал. Шелестел листвой ветер, пели птицы, в траве деловито суетились жуки и муравьи.
  
Будто и не приходила никакая Система, обычная лесная идиллия.
Волка я заметил одновременно с отдалённым сигналом манка. Зверюга выскользнул из тени, стелясь у самой земли, и неспешно двинул ко мне. Второй мелькнул слева и тут же пропал из поля зрения: обходит, гад.