Системный приручитель 1 (СИ)

— Помните задание Системы? — спросил я спокойно.
— Не сдохнуть сутки, — буркнул Илья.
— А ещё, — отозвался я, — проявить себя. Маша — сейчас проявлять себя будешь ты.
  
Глава 11
 
В чащу
 
Явившийся к нам танк выглядел практически копией первого. Та же шершавая кожа, тот же деформированный в заострённый таран череп, те же нелепо висящие складки. Напрашивается простой вывод: такой тип мутантов получается только из толстяков. Перестройка организма, видимо, требует очень много калорий, которые получаются из сжигаемого жира.
  
Штанов на нём тоже не было — свалились. И это точно не один из потерявшихся студентов, о чём говорят остатки седых волос на голове.
— Буран, место! — приказал я псу, готовому сорваться в атаку. Пусть посидит здесь от греха подальше, а то ещё какая-нибудь хитрая тварь ударит в спину и поубивает студентов. Он хотя бы успеет залаять, и у меня будет шанс вмешаться.
Пока все переваривали услышанное, Маша молча ко мне подошла, достав пистолет из кармана худи. Вот поэтому она мне и нравится — ни сомнений, ни вопросов, только цепкий внимательный взгляд и спокойствие на лице.
— Убирай. Держи вот это, — я вынул из чехла обрез и протянул ей. — А теперь — за мной.
Заряженная дробью ракетница — не самое надёжное оружие, так что пусть она подождёт ситуацию, когда у нас не будет выбора. Пока лучше не рисковать.
Тик-токер сзади начал что-то протестующе говорить, но я его проигнорировал. Волноваться за сестру — нормально. Оспаривать мои приказы, ещё и перед лицом реальной угрозы — нет. И мы с парнем об этом ещё поговорим по душам, вопросы подчинения в наших условиях — основа выживания.
Маша молча взяла обрез, спрятала пистолет — и мы лёгким бегом двинули к примеченному мною метрах в тридцати от колодца здоровенному угловатому валуну.
Использование небольшой возвышенности зарекомендовало себя в бою с крюкачами и плевуном, так что не вижу смысла изобретать велосипед. Моя цель — проверить нервы китаянки в реальной опасности и позволить ей проявить себя перед Системой. Выйдет ли из этого толк, я не могу знать, но почему бы не попробовать? Если обещанная вариативная награда будет выше, пользу от этого получат все.
С нашей стороны на валун можно было легко запрыгнуть — что Маша и сделала. Я залезал аккуратнее: берёг раненое бедро. Мы устроились на плоской вершине. Со стороны танка валун нависал над склоном двухметровой стеной — самое то для того, чтобы встретить ублюдка.
Я выдал Маше короткую инструкцию:
— Так, стреляй в глаза, и только двуручным хватом. Не вздумай долбить дуплетом. Приклада нет, от отдачи офигеешь.
— Дуп-лет? Незнакомое слово.
— Не стреляй с двух стволов сразу.
— Поняла.
Обрез в руках хрупкой китаянки, похожей на подростка, смотрелся огромным. Ничего, убиться не должна, а остальное на мне. Если запахнет жареным, я смогу защитить её и с одним ножом.
Нам повезло, что появился именно танк. Он не сильно быстрее обычного человека, умом не отличается… Идеально, чтобы Маша под моим контролем могла его пристрелить без лишнего риска.
Ублюдок быстро приближался. Я оглянулся — позади порядок, Илья и Олег даже достали из чехлов кайла. Все напряжённо смотрели на нас с Машей. Взгляд на девушку — чуть побледнела, поджала губы, но лицо спокойное. Сосредоточенно следит за тварью, стиснув двумя руками изогнутую рукоять обреза.
Чёрт! Помнится, в прошлый раз мои удары ножом только высекали из кожи танка искры, будто я кресалом по кремню долбил. Скорее всего, это был какой-то навык.
Тогда:
— Маш, дополнение: от его башки могут быть рикошеты. Совсем в упор не стреляй, как бы не зацепило.
— Поняла.
Танк не стал лезть на валун в лоб, проявив неожиданную сообразительность, и двинул в обход. Я немного пожалел, что не дал девушке сайгу — она могла бы попробовать снять ублюдка издали.
Для ружья боеприпас добыть будет проще, чем для карабина, вот и жадничаю.
Маша держала мутанта на прицеле, но не стреляла: из-за нароста на лбу попасть в глаза с высоты было нереально. С громким хриплым пыхтением танк обогнул валун. Маша — припала на одно колено и, подловив уродца перед прыжком, выстрелила.
Ствол обреза подпрыгнул, плюнул пламенем. Брызнула чёрная кровь, едва слышно свистнули рикошеты. Прыгнуть танк успел, но как-то неловко. До валуна не долетел и с оглушительным хрустом вмазался головой в камень. Заворочался, неуклюже пытаясь подняться.
Маша выпрямилась, отступила на шаг — и спиной ткнулась в меня. Вздрогнула и обиженно прошептала:
— Я же попала!
— Значит, попадёшь ещё раз.
Танк поднялся. Вместо правого глаза на его искажённой роже зияла истекающая чёрным дыра. В падении он повредил шею, и голову перекосило набок. Удар повлиял и на координацию — ублюдок покачивался, а на валун запрыгнуть больше не пытался. Начал неловко карабкаться…
Маша не упустила момент, рванула к противоположному от зомбака краю площадки и рухнула там на живот, целиком свесив вниз ноги. Так она и уцелевший глаз танка в прицел поймала, и оказалась на безопасном расстоянии — чтобы не бояться рикошетов.
Я быстро шагнул к ней, встав сбоку: чтобы не мешать и чтобы иметь возможность быстро сгрести девчонку в охапку и отпрыгнуть. Мало ли что тварь вычудит.
Выстрел!
В этот раз я всё разглядел в деталях. В целый глаз Маша попала чётко, зацепив заодно и подбитый. Разлетелись чёрные брызги, а вот искр не было — мутант, похоже, отключил свой навык (или что там вообще у него?).
Сам, от шока после падения? Нет, вряд ли, я не заметил, чтобы этим тварям сильно мешала боль. Значит, время действия навыка совсем небольшое? Буду иметь в виду.
А в идеале, конечно — захватить бы одного танка и проверить работу его пуленепробиваемой кожи на практике.
Дробь покоцала и без того стрёмную рожу твари, но не то чтобы сильно. Мороку я выстрелом половину черепа оголил, а танку Маша только несколько глубоких ран оставила.
Ублюдок дёрнулся, замер на секунду — и рухнул. Маша с облегчением шепнула что-то на китайском и обмякла, словно разом лишившись сил. Тут же испуганно пискнула, поняв, что начала сползать с валуна вниз.
Я подхватил её, легко поднял и поставил на ноги — девчонка была лёгкая, как пушинка. Руку и бедро опять прострелило болью, но вида я не подал. Что хуже — начали побаливать и проткнутые когтями крюкача плечи, ранее меня беспокоившие только с надетым рюкзаком. Как бы воспаления не было…
Ладно, я ещё после боя с мороком выпил антибиотики, больше всё равно ничего сделать не смогу.
— Испугалась?
Она пару секунд смотрела мне в лицо, будто ища следы насмешки или неодобрения. Не найдя ничего, кроме спокойствия, неуверенно кивнула.
— Ты молодец, — не удержавшись, я чуть приобнял смертельно бледную китаянку, погладил нагретые солнцем чёрные волосы. Несмотря на серьёзность, она очень походила на ребёнка, и её подсознательно хотелось защищать. — Всё правильно сделала. Сначала дело, потом страх.
Она шмыгнула носом, прижавшись ко мне на секунду — и решительно отстранилась.
— Вот, — протянула мне обрез.
Я забрал его, перезарядил, сунув пустые гильзы в патронташ, и спрятал в чехол. Вынул из ножен нож и вручил девушке.
— Закатай рукава. Сейчас придётся замарать руки.
Испытание крепости желудка Маша прошла так же успешно, как и испытание боем. Разве что, небольшой вес сыграл с ней злую шутку: она долго возилась, чтобы пробить толстую шкуру танка. Расширить надрез вышло проще — тело начало истлевать. Маша выдохнула, будто собралась накатить водки, залезла рукой в грудную клетку — и вытащила наружу свой первый лут.
  
— Это твоё, заслужила, — сказал я. — Но хранить пока что будем у меня.
В уделанной чёрной жижей ладошке девушка держала две фиолетовых эссенции силы и одну красную эссенцию выносливости. А ещё — сероватую слезу навыка.