Черный Маг Императора 15 (СИ)

— Времена меняются, — сказал я. — Кстати, что-то ты слишком разговорился, тебе не кажется? Так-то вообще я не очень люблю всяких типов, которые учились в «Тирличе»…
После моих слов объятая пламенем голова медленно исчезла в соседней стене. Видимо Петр Карлович решил дальше не выяснять, чья школа круче, и очень правильно сделал. Сейчас у меня для этого было явно не самое подходящее настроение.
  
Ну а я наконец получил возможность спокойно отправиться в Берлогу, где меня ждали кое-какие изменения. Она стала еще больше! Прямо рядом с сокровищницей появилась еще одна пещера. Причем по размерам она была гораздо больше сокровищницы. Пока еще пещера пустовала, но тем не менее уже существовала.
— Чему ты удивляешься, Макс? По-моему, кто-то совсем недавно задумывался о собственной лаборатории, разве нет? — напомнил мне Дориан. — Вот она тебе и приготовила помещение под нее. За тобой осталось только лишь продумать наполнение. Смотри-ка, твоя Берлога даже о клумбах подумала! Ты знаешь, должен признаться, подарок Тибериуса начинает мне все больше нравиться. Похоже этот демон хаоса знает толк в хороших домах.
Только после слов моего друга я заметил, что он прав. Вдоль одной из стен пещеры расположилось несколько клумб, которые я сразу не заметил. Причем над каждой из них в стене был свой собственный источник света, отличавшийся от другого.
Это было сделано по типу залов в подземной оранжерее Щекина, а значит, теоретически я получал возможность выращивать в Берлоге нужные мне запрещенные компоненты. Интересно, как это работало. Можно растить любые из них или действовали какие-то ограничения?
Впрочем, все это у меня еще будет время выяснить. В данный момент я не собирался думать об этом. Как и размышлять над наполнением лаборатории и расположением внутри нее нужных мне для работы вещей. Сейчас я хотел поскорее улечься в теплую воду, закрыть глаза и вздремнуть пару часиков.
Вот только перед этим не мешало бы заглянуть в шкафчик… Ха! На этот раз конфет меня почему-то лишили, зато наградили кусочком любимого торта, а кроме того, появилась небольшая глиняная тарелка в виде приплюснутого синего демона, который высунул яркий красный язык. Я так понимаю, это мой Люфик.
На блюде лежало… Что-то черное, блестящее и очень похожее на чернослив, который шевелился. По-моему, это жук.
— Дориан, как ты думаешь, демоны едят жуков? — спросил я, с подозрением осматривая насекомое.
— Почему бы им этого не делать? — удивленно спросил он. — Насколько я понимаю, эти твари могут сожрать все что угодно. Вон, твой Люфик муками творчества питается и ничего, жив до сих пор, страдалец. Кстати… Может быть, это тебе жук, а ему тортик? Я бы на твоем месте попробовал, чтобы…
— Отвали, Мор…
Чтобы не пачкать себе руки насекомым, для начала я слопал предназначавшийся для меня кусочек шоколадного торта с вишнями, который, как и в прошлый раз, оказался просто волшебным. Ну а потом перешел к практическому эксперименту.
Едва я подошел к Шкатулке, в которой беззаботно дрых демоненок, громкий храп, от которого сотрясался его дом, вдруг стих. Послышался характерный звук, с которым обычно собаки вынюхивают что-то вкусненькое.
— Максим Темников, ты принес мне Угощение, змей траншейный? — недоверчиво спросил он. — Или дразнишь меня каким-то заклинанием?
— Надо было тебе мыло принести, чтобы ты рот вымыл… — пробурчал я и протянул ему жука, который начал отчаянно притворяться дохлым. — На, держи свое Угощение…
Ему понадобилось меньше секунды, чтобы выхватить из моих пальцев насекомое, а еще через секунду я уже слышал чавкающие звуки и довольное урчание. Так обычно делают коты, когда их гладишь за ухом.
— Первоклассный бон-бон! Кто это тебя надоумил? — спросил Люфик, после того как чавканье и хруст прекратились. — Если бы я знал, что в твоем мире водятся бон-боны…
— Не водятся, — не дал я закончить наглому существу. — Поэтому сразу предупреждаю, если только попробуешь шантажировать меня этой дрянью, я утоплю тебя в этом прекрасном водоеме. Будем считать, что это случайность. Просто подарок из соседнего измерения по случаю одного законченного дела.
— Жаль, терка зубастая… — расстроился Люфик. — Я когда регулярно ем бон-боны, то у меня заклинания в несколько раз эффективнее получаются.
— Даже не начинай.
— Эх… — вздохнул демоненок и вскоре из Шкатулки вновь послышалось сопение, а спустя еще немного тихий свист, плавно переходящий в храп.
На меня это подействовало как снотворное. Едва я расположился в горячей воде и закрыл глаза, как меня будто волной унесло. В голове медленно кружились мысли, которые с каждым кругом все сильнее замедляли свой ход. Тело приятно покалывало крохотными иголочками, а подо мной что-то бурлило…
— Макс, по-моему, бурлящие пузырьки вокруг, это… Кхм… Ну если как следует расслабиться и потерять контроль над телом, бывает так, что…
— Отвали, Дориан…
* * *
Я вернулся в свою комнату около семи утра. Бодрый, наполненный новыми силами, с полным ощущением того, что мне дали поспать двое суток к ряду и все это время вокруг была полная тишина.
После того, как мне удалось решить одну из задач, над которой я бился долгое время, я был готов начать сворачивать новые горы, поэтому горел желанием встретиться с Лазаревой и сообщить, что уже вечером готов отправляться с ней за любым артефактом.
Может быть, и еще раньше, если до этого времени я успею закончить свои дела, которых у меня было на сегодня ровно два. Меня ждали два разговора, для которых я уже приготовил еще парочку порций Эликсира Жизни.
В семь утра я, конечно же, Полине звонить не стал, чтобы не пугать ее ранним звонком, поэтому набрал в восемь. Как только оказался на завтраке в столовой, которая работала и в дни школьных каникул. Понятное дело, ведь много преподавателей на каникулах оставались работать в «Китеже».
Хватало и пятикурсников, которые усиленно подтягивали знания, чтобы не завалить выпускные экзамены. Хотя последних, по правде говоря, можно было по пальцам пересчитать. Все-таки каникулы есть каникулы, какая может быть учеба?
— Лазарева, собирай чемодан, сегодня вечером выезжаем! — радостно сообщил я Полине, как только услышал в трубке ее сонный голос.
— Куда выезжаем? Темников, ты что, охренел? Восемь утра… Звонишь в такую рань… — недовольно пробурчала она. — Я из мастерской только три часа назад приехала…
— Это твои проблемы, — хохотнул я, пытаясь проткнуть вилкой кусок жареной охотничьей колбаски, который не поддавался и ускользал от острых зубцов. — Я же тебе обещал сообщить сразу, как буду свободен, так что вот, звоню. Я готов к новым подвигам!
— Ну ты прямо Геракл… — зевнула она. — Подвиг за подвигом… Ни дня сидя на заднице… Почему вечером выезжаем, а не днем?
— У меня еще кое-какие дела, — ответил я, наконец проткнув непослушную колбаску. — Думаю, после обеда освобожусь окончательно. Просто хотел тебя заранее предупредить, чтобы ты собраться до вечера успела.
— А-а… Понятно… — вновь зевнула Полина. — Тогда и Нарышкину своему сообщи, что ты готов к новым подвигам, хорошо?
— Обязательно, — пообещал я. — Тем более, что я его скоро увижу.
Лазарева пробурчала еще что-то неразборчивое и отключилась, а я тем временем вплотную занялся колбасками, пока они были горячими. Я как раз справился с четвертой, когда над моим столом нависла тень в виде Романа Артемовича Громова. Вот уж по кому никогда нельзя сказать, что у него с настроением — всегда мрачный, как туча. Еще и повязка эта на глазу. Ну точно Пират, а оставшимся глазом смотрит так, как будто колбаски я отобрал у него, а не взял на раздаче.
— Доброе утро, Темников, — сказал он, пока я вытаскивал салфетку из салфетницы, чтобы вытереть губы от томатного соуса.
— Здравствуйте, Роман Артемович…
— Ты оставался в школе сегодня ночью? — спросил он. — Карандаши забыл или дома что-то случилось?
— Карандаши… — усмехнулся я.