Невеста императора (СИ)

Вот только ее щит надежно приглушил силу, а желание никуда не делось. Я хотел ее. Хотел всю без остатка. Злился на нее за обман, но не мог перестать желать ощутить прикосновение этих губ. Перестать вдыхать ее запах…
Проклятье!
Велев позвать к себе Анвара, вспомнил, что собирался отвести Дилию к целителю. Нет, сам видеть ее снова я не готов, иначе точно сорвусь. Приказал магу зайти к девушке в покои и осмотреть.
Друг появился через пару минут, но не один, а вместе с Лерой.
— Прости, но она навязчиво хотела составить компанию, — Анвар беспомощно развел руками. Да, настаивать на своем Лера научилась. А теперь же, когда она в таком милом положении, отказать ей и вовсе невозможно.
— Не переживай, я подожду, когда вы все обсудите, и лишь получив Демида в единоличное пользование, займусь тем, зачем пришла, — отмахнулась от него Лера и прошла в кабинет, заняв кресло в углу.
— Дилия вернулась. Заговорщики подтвердили наши догадки. Когда она разрушит защиту кристалла, его уничтожат. Итог — гибель народа, разрыв связи с мирами и мое отречение. В финале являются чудесные спасители со своим кристаллом и занимают освободившийся трон.
— Прекрасно! И главное — их поддержат. Точнее, поддержали бы. Я так полагаю, Дилия дала клятву? — я кивнул. — И что ей с ней делать? Соблюсти или нарушить? Какой приказ ты дал?
Он всерьез полагал, что я здесь выбирал?!
— Разумеется, она ее выполнит. Но никто не говорил, что это все, что она сделает. Вспоминая пророчество сирен, мы на верном пути. Пусть все идет, как должно. Отбор продолжится. Уже завтра новый этап. Возможно, их придется ускорить.
— Тогда я дам приказ готовить финальное торжество, чтобы не обидеть никого из гостей… — когда Анвар так улыбается, окружающие стараются скрыться с глаз и затаиться. Будь наши заговорщики умнее, сделали бы так, но они уже давно подписали себе приговор. Когда решили втянуть в это Диль.
Кондерс ушел, оставляя меня с Лерой. Я догадывался, зачем она пришла. Меня ждал очередной сеанс с личным психологом, скрыть от которого хоть что-то весьма и весьма трудно.
— Зачем ты с ней так груб? — без предисловий начала Лера.
— Она меня предала. Я просил довериться, обещал защиту. Она предпочла решать за двоих. Я поступаю также, — я не ждал одобрения Леры, но и она отступать не хотела.
— Дилия боялась за семью. Защищала то, что ей дорого. Ради любимых она не побоялась пойти против императора. Но не против тебя, Демид. Не делай глупостей, о которых потом пожалеешь. Дилия неравнодушна к тебе, а ты глуп, если надеешься, что твои чувства быстро пройдут.
— Не пройдут, и ладно. У фавориток нет срока годности.
— А теперь подумай еще раз и ответь себе: ты правда этого хочешь? Назвать женой Аделаиду и с ней идти под венец, а после брачной ночи — в покои Дилии? Даже не так: тебе хватит одних лишь ночей рядом с ней?
Как всегда, ответа в таких случаях Лера не ждала. Зато наградила весьма проникновенным взглядом, прежде чем уйти вместе с ответами, которые у нее уже были. Порой я проклинаю эмпатию.
Глава 22, в которой я вступаю в борьбу
— Почему ты не сказала, что уезжаешь? Знаешь, как я испугалась, когда не могла найти? А потом еще Халлия стала всем говорить, что тебя выгнали! — Кати возмущалась всех душой.
— Знаешь, лучше бы он меня выгнал, — я лежала, бездумно глядя в потолок. — Он меня ненавидит, Кати! Понимаешь? Ненавидит, презирает и…
— И все же после ссоры посылает к тебе целителя, — не дала договорить подруга. — Поверь, с теми, кого видят в плане пары ночей, так не поступают. Да он бы вообще не вспомнил об этом, ведь больше-то ничего не пострадало.
— Как мне быть, Кати? С отбора он меня не отпустит, мне придется улыбаться ему за завтраком, мило беседовать на прогулках и все время понимать, что он меня ненавидит! Но хуже даже не это. Ведь на отборе я не одна.
Я перевернулась на бок и теперь наблюдала, как Кати наматывает круги по комнате.
— И есть Аделаида. Когда я увижу императора с ней, это будет ужасно. Я сама хотела уступить его, но не думала, что предстоит наблюдать за тем, как он будет обнимать ее. О небо, да один поцелуй — и я захочу умереть.
 
— Да уж, ревность — дело мерзкое. Но знаешь что? Ты ему нравишься. О да, он сам это признал. А вот теперь пусть полюбит. Да так, что думать не захочет ни о какой другой. Ты весьма красива, Диль, а если задаться целью, то станешь в десятки раз шикарнее любых невест. Это отбор, подруга моя. И настало время сражаться.
Видимо, вдохновенные речи Кати все же задели что-то во мне, потому как я озадачилась, куда пропал Жасон. Пришлось послать служанку к распорядительнице отбора, но ответ не порадовал. Жасона собирались выслать после того, как вскрылась правда.
— Они хотят оставить меня без стилиста? Ну уж нет. Если Демид решил, что я продолжу участвовать в отборе, то со всеми наравне, — возмутилась я, намереваясь вернуть своего волшебника.
Лиа Ольде в этом бы не помогла. Отбором кандидатур персонала на отборе заведовал, как выяснилось, Его Высочество лир Колиас. Узнав об этом, Кати довольно улыбнулась и пообещала, что к вечеру мужчину вернут.
Так как в подруге сомневаться не приходилось, на этот счет я успокоилась. Пока она умчалась разбираться, я собиралась изучить новые возможности, а для этого мне нужны книги. Если найти подход к другим стихиям я могла, ориентируясь на знания о воздухе, то как использовать совершенно иные потоки, я не знала.
Когда я вернулась в покои, там меня ждал сюрприз. Жасон разложил на туалетном столике волшебные чемоданчик. Выглядел он слегка помятым, но бодрым и готовым к работе.
— Ну что? Вступаем в бой за финал? — спросил он, придвигая мне кресло.
— О, нет. Мне нужно гораздо больше. Император.
О произошедшем мы с ним не говорили. Уверена, у него были причины, по которым он оказался замешан в заговоре и не смог отказаться. Сейчас у нас иная, общая цель — помочь мне влюбить в себя императора.
— Он не устоит, — в этот раз глаза Жасона и вовсе блестели от восторга, когда оглядывал завершенную работу.
— Надеюсь, — вздохнула, смотря на себя в зеркало.
Прежде мои платья были довольно сдержаны, создавали образ скорее легкости и невинности юной девушки. Теперь же декольте углубилось, подчеркивая грудь. Талию плотно облегал пояс, визуально делая ее тоньше за счет пышной юбки. Да и сам цвет стал насыщеннее. Уже не пастельно-белых тонов, но пока и не открыто-яркий. Мое вечернее платье волновало морской глубиной.
— Определенно, мои усилия того стоили, — это первое, что сказала Кати, когда увидела меня в коридоре. Мы отправлялись в столовую. — Лир Колиас потребовал обещания, что я не только соглашусь на работу в академии, когда окончу обучение, но еще и напишу с ним научную работу. Его заинтересовали мои формулы преобразования магии.
— Я бы тоже хотела уметь использоваться целительство, владея только воздухом.
— Ну, теперь у тебя это выйдет даже легче и лучше, чем у меня. Ты уже пробовала преобразовывать магию? А совмещать потоки? Слушай, а давай попробуем модифицировать парочку плетений? Я давно уже с ними мучаюсь, но пока что-то идет не так… — когда речь заходила о магии и науке, подругу не унять.
Я стоически слушала ее рассуждения, из которых понимала далеко не половину. Кати сама прервалась, когда мы дошли до столовой, ибо там ждал император. Замерев в дверях, мы присели в поклоне, а я ощутила на себе его взгляд. Горячий, обжигающий даже через одежду, он словно ласкал, и в то же время заявлял права.
— Добрый вечер, Ваше Величество, — одновременно произнесли мы, поднимаясь.
— Добрый, лиа. Присаживайтесь, мы ждали только вас, — ответил Демид. Я двинулась следом за Кати к нашему привычному месту, но меня остановили. — Лиа Дилия, прошу, — Демид указал на место по правую руку от себя. Слева уже сидела Аделаида.
Начался ужин, а вместе с ним и привычные разговоры. Я чувствовала себя ужасно неуютно под пристальным взглядом Демида. Он молчал, не спеша заводить разговор, а мы с Адель неловко переглядывались, не зная, как реагировать.