Мой босс – тиран (СИ)

— О, Максим, извините, что мешаю, но я хотел бы познакомить тебя с одним важным человеком.
К нам подошёл Алексей Михайлович, перебив меня. Рядом с ним стоял статный мужчина лет 40–45, явно не россиянин. И видимо, Михайлович хотел познакомить меня с ним. Дилфина перевела взгляд с меня на мужчину, а после вновь на меня.
— Познакомься, это — Патрик Джеймс, мой партнёр и ещё, главный спонсор филиала в США. Надёжный человек. Работаю с ним уже несколько лет. Патрик, это — Максим Афанасьевич Максимов, сын моего друга. Помнишь, я рассказывал тебе о нем.
— Рад знакомству.
— Взаимно.
Обменялись рукопожатием. Имя мужчины мне ничего не говорило, как и моё ему. Но его взгляд, направленный на мою сотрудницу не понравился. Однако собеседник из него так себе. Видно, он не первый год в этой сфере. И как потом узнал от него самого, у него в Нью-Йорке есть свой бизнес.
— Нет, как-нибудь потом. Сейчас я не планирую расширяться. Это дело требует много усилий и время. Боюсь, тогда я не смогу заниматься делами в офисе.
— Жаль, — сказал Патрик Джеймс. — Но если вздумаете расширяться и открыть филиал за рубежом, обратитесь ко мне. Я с радостью помогу вам, — пообещал он.
Дилфину заметил в кругу какого-то парня с девушкой. Сначала не хотел мешать ей. Мало ли, может её знакомые. Не одному мне знать тут вся и всех. Мир тесен, не так ли? Однако выражение их лиц мне не нравился. Девушка что-то говорила, а Дилфина просто хмурилась и за время разговора ни разу не улыбнулась. Внимательно присмотревшись к парню, что казался мне смутно знакомым, узнал его лицо.
Антон Олегов — бывший парень Дилфины и зам директор «Парнаса». 27 лет, и черт бы его побрал, того, кто взял его на эту должность. И что же Владимировна нашла в нём?
Не помню, что двигало мной, когда я не раздумывая, шагнул к ним. И когда я почти подошёл к ним, понял, что не ошибся в своём выборе. И из их разговора я смог услышать только одно:
— Думаешь, если оделась, как элита, сможешь пробиться туда?! — ядовито спросила девушка. — Трижды ха!
— Дилфина.
Все трое обернулись на мой голос. Если парень с девушкой нахмурились, то Дилфина напряглась.
— Максим…
— Всё в порядке? — спросил, специально перебив её. Знал ведь, после моего имени проследует официальный тон. Но сейчас моё отчество было лишним. Мы не в офисе, чтобы ко мне так обращались.
— А ты кто? — небрежно спросила эта девица.
— Максим Афанасьевич — директор «Росянки».
Парень поменялся в лице. Очевидно, он не узнал меня. И как, скажите мне, не знать своих конкурентов в лице?
— Все в порядке, — сказала Дилфина.
— Правда?
— Максим Афанасьевич…
Начал парень, но я, не дослушав его, взял Дилфину под талию, и, бросив хмурый взгляд на них, пошёл к выходу.
— Ты иди на парковку, я сейчас буду.
Вручил ей ключи от машины, развернул её, а сам решил сначала попрощаться с Игнатом и его женой. Когда в спешке вышел из зала, наткнулся на странную картину. Дилфина стояла на выходе, её руку держала та девушка. Не понял. Какого черта?!
Решительно направившись к ним, я напрягся, когда девушка резко отпустила руку Дилфины. И вовремя оказался рядом. В тот момент, когда она подняла руку, что ударить её, я не на шутку взбесился. Перехватив руку девки, с неподдельным гневом оттолкнул её от себя, как от черта.
— Что вы позволяете себе?! — вскрикнула девица. Я одной рукой держал запястье Дилфины, когда второй сжимал в кулак.
— Алиса! — к нам выбежал и бывший. — Что ты делаешь?
— С тобой все хорошо?
Развернувшись к Дилфине, взял её лицо в свои ладони, всматриваясь в глаза. Испуганные, чуть влажные глаза смотрели на меня с беспокойством. Ещё чуть-чуть, и она непременно заплакала бы. Поэтому просто обнял её, притянув к груди. Кажется, за моей спиной кто-то уронил челюсть. Дилфина сжала своей ручкой мой пиджак, а сквозь слой одежды я слышал стук её сердца. Нет не так, чувствовал.
Самым хорошим решением было уйти. И я сделал так. Развернул её к себе, и направился на парковку.
— Спасибо, — прошептала она, когда я пристегнул её ремень безопасности.
До моего дома доехали в тишине. Почему именно ко мне? Дилфина не уточнила, куда именно хочет, а я и не спрашивал. Думаю, сейчас ей нужна компания поддержки, но ей и в моей компании хорошо.
Дилфина будто заснула; оживает, когда я торможу у своего подъезда и подглядывает на окно. Хмурится, явно не понимая где она. Повернулась ко мне, с тем же видом, что и раньше. На лице предельное непонимание.
— Ты у меня, — пытаюсь объяснить.
— Почему?
— Ты не сказала, куда тебя подбросить, а я и не спросил. Как-то не подумал, — беззаботно пожимаю плечами, будто это в порядке вещей.
Она ничего не говорит, тупо пялится на меня, пока я, собравшись, выхожу из машины. Мелкими каплями начинается дождь, барабанив о машину. Дует лёгкий ветер, на улице немного холоднее, чем обычно. Обхожу машину с другой стороной, чтобы открыть дверь со стороны Дилфины.
— Давай, на улице холодно.
Дилфина ошарашена или все ещё думает об испорченном вечере. Но без лишних слов выходит из машины, нарочно игнорируя мою протянутую руку, и закрывает дверь машины. Крепко уткнувшись в свой плащ, который всегда носит на работу (зачем-то надела и на вечер вместо шубы!), поджимает губы.
Закатываю глаза. Детский сад просто! Но не могу лишить себя удовольствия взять её руку в свою ладонь и крепко сжать, чтобы не сопротивлялась.
— Максим…
Предупреждающий взгляд и она затыкается. Подношу указательный палец к губам, угрожающее нависнув над ней, из-за чего она вжимает голову в плечи. Глаза сами опускаются на её приоткрытые губы, и это стало моей роковой ошибкой.
В горле встал комок, из лёгких вышибло весь воздух, руки вспотели, и, кажется, разучился дышать. И эта вредина нарочито облизнула губы. Так, стоп! Не думать о её манящих губах и не смотреть на неё.
Не знаю, помнит она мою квартиру, куда я привёз её в прошлый раз или нет, но у меня не было другого дома. Поэтому надеюсь на удачу, что она не вспомнит.
Поднимаемся до седьмого этажа в такой же тишине, как и ехали сюда. Отпираю дверь и первым вхожу я, включая свет, а после она. Стоит, переминаясь с ноги на ногу, сжимая в руках клатч, и смотрит на меня, пока снимаю верхнюю одежду.
— Давай помогу.
— Нет, вы лучше вызовите мне такси, я пойду домой.
— Спешишь к не существующему мужу? — хмыкаю, видя, как изменяется её лицо. Вытягивается от удивления, приоткрыв рот, чтобы что-то сказать, но закрывает обратно. Не ожидала, что узнаю? — Чувствуй себя, как дома.
В прихожей она возиться минуты три, а я пока успел снять пиджак и рубашку, оставаясь без верхней одежды.
— Как вы узнали? — врывается в мою комнату, когда я успел натянуть на себя футболку.
— Отвернись.
— Вы знали! Эй! — возмущается, и отвернулась, когда снял и брюки. — Могли предупредить! — возмущается.
— Я предупредил.
Шепчу в ухо, и она вздрагивает. Повернула голову ко мне, ударившись носом мой подбородок, и медленно подняла глаза.
Чёрт, и как не смотреть в эти глаза?!
  
6
 
Дилфина
Смотрю на Макса и не могу понять: как, вот как он узнал?! Знал с самого начала и притворялся или же… Что? Я не пойму. Где сделала ошибку: когда сгоряча ляпнула про своего «мужа» и «ребёнка» или когда позволила ему целовать себя не раз?
Вот не нравилось мне, что я обманываю его. Знала ведь, что не хорошо солгать боссу, но тогда было поздно признаться в этом. А теперь он сам каким-то образом узнал. Было весело, Максим Афанасьевич? Долго смеялся надо мной, врушкой?
Чёрт, как же хочется провалиться сквозь землю от стыда! Ну, в моем случае, не сквозь землю, а сквозь полы, после подъезда, а после оказаться под землёй. Но ведь это не меняет сути, разве не так?
Но стоило мне повернуться к нему.
Наверно, со стороны выгляжу смешно: с расширенными глазами, которые сейчас просто вылезут из орбит. То, что я в шоке, это мягко сказано. Я не знаю, как на это реагировать. Покраснеть и попросить прощения, или наигранно возмутиться и всё отрицать?