Вернуться в осень

Комната представляла собой настоящее поле беды. Перевернутая мебель и разбитые стулья, выбитая дверь, кровь и тела людей. И уже убит один, и уже рядом смерть, и ведь это только пока... Ты этого хотел?
В дверях послышался шорох – он резко обернулся. На него из коридора округлившимися глазами смотрел хозяин дома.
– Ах ты, тварь продажная. – Сергей, чуть не споткнувшись о стул, бросился к двери. Хозяина как ветром сдуло – вниз по лестнице застучали испуганные шаги.
Он перескочил через лежащего в дверях стражника и остановился. По лестнице поднимались, вытаращив удивленные глаза на выбитую дверь, распластавшееся тело и Сергея, еще трое в красных плащах. Елки, да откуда же вас столько...
– Да пропадите вы... – простонал он и, не давая им времени опомниться, перегруппироваться и выхватить оружие, резко рванул вперед.
В пылу крика и грохота перевернулся через перила и полетел вниз еще один, звучно опрокинув внизу стол. После нескольких тяжелых взаимных ударов со стоном согнулся пополам и покатился по лестнице следующий...
Громко хлопнула входная дверь – третий, не дожидаясь Сергея, успел выскочить на улицу. Вот черт! Он бросился следом, перепрыгнул через скатившегося вниз и споткнулся, чуть не налетев на открытую дверь...
От двери на него внимательно смотрели синие-пресиние, как горные озера, глаза...
– Где он? – спросил, спускаясь по лестнице, Сват.
Камбит переглянулся с Гаем:
– Кто, Ант? Уехал.
– Куда? – Сват остановился.
– Не знаю. – Камбит вызывающе посмотрел на него. – Ты ж там сам ему наговорил что-то, с полковником... Скажи – кто не ошибается?
– Так... – Сват помолчал, задумавшись. Потом тихо спросил: – Кто только вчера мне говорил: мы решили? Иногда только интуицией жив наемник, и она не подводит. И сейчас просто вопит: он – наш человек.
– Подожди, Камбит. – Гай поднялся с кресла. – Это нас и удивило. Что ты без нас...
– Ясно. Что он сказал?
– Да ничего... Просто попрощался. Но у него было такое лицо...
– Я заметил.
– И еще. – Гай немного подумал. – Его чем-то задело то, что произошло ночью в усадьбе... Что-то тут не так. Его это просто ошарашило... Я думаю, парень в какой-то беде.
– Гм... Ладно... Так – найти. Быстро. Собирайте всех.
– Принцесса? – удивленно и глупо сказал Сергей, стараясь отдышаться и спрятать исцарапанные в кровь руки.
Она бросила взгляд ему за спину. Он оглянулся. Да, лежат. И еще трое наверху, один из которых уже никогда... Господи. Это только в кино люди по полчаса лупят друг друга...
– Пошли. Быстрей. – Ее негромкий голос дрогнул от волнения. Она накинула на голову покрывало и, глянув на Сергея, сбежала по ступенькам крыльца.
– Ага. Хорошо, – вздохнув и еще раз оглянувшись, сказал Сергей и понуро вышел за ней. Отчего так сильно стучит сердце? Ах да, ну конечно – от драки. И от убийства... Руки дрожали, и он никак не мог отвязать Мрака.
– Скорее. – Она ждала, оглядывая улицу и притоптывая от нетерпения ногой. – Вам не нужен сейчас конь. Его заберут. Пожалуйста.
– Да? – Сергей похлопал вороного по шее, будто прощаясь. – Ладно.
– Идите за мной. – Она свернула в первый же попавшийся переулок, затем в следующий.
– Подождите, – нагнал ее Сергей. – Мне очень надо поговорить...
– Обязательно. Когда придем.
– Куда?
Она не ответила. Синие-синие, как бездонное небо, глаза. И маленькие, словно что-то шептавшие губы... Еще сменились две улицы. Что за спешка? Сергей на ходу дотронулся пальцами до ее рукава:
– Принцесс... Простите, ваше высочество. Я должен это сказать. Я не хотел – тогда... Так получилось.
Они остановились, пропуская карету с каким-то вельможей. Когда двинулись вновь, она искоса глянула на него:
– Вы даже и не представляете, что натворили. Какие отпустили рычаги... Ведь будет война.
– Подождите. – Сергей немного опешил. – Но ведь... Вы сами сказали «да».
– Мало ли что я могла сказать. Звезды, они... И тогда такое мерещится. Ну зачем вы пришли. Неужели подумали, что я с вами...
Сергей остановился. На него чуть не налетел торопившийся по своим делам прохожий... Сердце опять захлестнула такая знакомая, почти забытая за последнее время тоска. Как он мог подумать? Даже допустить мысль о другом... «Ты ангел?» Какая огромная пропасть между ними...
– Я вас прошу, не останавливайтесь. Очень дорого время. – Синие глаза почти требовали.
– Хорошо, – тихо сказал Сергей. – И что я должен теперь, по-вашему, сделать?
– Нам надо остановить войну, которая вот-вот начнется.
– Я? Целую войну? Вы шутите...
– Сюда. – Она прошла по аллее и открыла дверь небольшого, но очень уютного, спрятавшегося в тени деревьев домика. Сергей, оглянувшись, вошел внутрь.
Посреди довольно просторного холла в кресле сидел человек. Довольно молодой, не старше Сергея, с брезгливым лицом сноба и горящими, будто раздираемыми каким-то желанием глазами. Тот самый – тогда ночью, в коридоре... Принцесса прошла мимо Сергея и остановилась рядом с креслом:
– Прости меня, воин...
Сзади закрылась дверь и на него со всех сторон уставились взведенные арбалеты. Много, слишком много. Хватило бы и пары...
Маркиз Ар-Роз, закинув ногу за ногу и постукивая пальцами по подлокотникам, не спеша разглядывал его. И молчал.
– Так вот ты какой, северный олень... – мрачно буркнул Сергей и вызывающе засунул руки в карманы.
Зачем? Не из-за принцессы ли, которая остановилась рядом с маркизом? И не такая уж она и красавица, если присмотреться, и фигура не совсем уж... Вот только глаза, синие, как океан в солнечный день, глаза... Предающие глаза. А ведь я из-за тебя только что убил человека.
– Кто мне сказал, что эта чесотка только что справилась с пятерыми? – брезгливо сморщился маркиз. – Мне даже расхотелось его расспрашивать. Вошь. Противная, мерзкая вошь. И не видно, и – мешается. Уберите его вон.
Сзади, под сгибы ног, ударили чем-то тяжелым, и Сергей упал на колени. Через секундную паузу это что-то приняла на себя голова, и он полетел в темноту...
Воспаленное сознание металось по бесконечным, тусклым коридорам огромного лабиринта. Каменные стены, нависающий потолок, нескончаемые повороты, глухие колодцы без потолка... Влево – вправо, вправо – влево, прямо, опять тупик, опять колодец... Какой это круг? И что это так болит и ломит... Разве у него есть чему болеть? И кто это так кричит? Коридоры, коридоры, стены, потолки, повороты... Замкнутый круг. Здесь нет выхода. «Есть». Кто это сказал? «Я...» Кто – я? Синие-пресиние, распахнутые от удивления глаза. Как вечернее бездонное небо, в котором не бывает облаков. Куда? Опять коридоры, надвинутые потолки, опять повороты – туда, за ней, за той, которая обещает жизнь... «Сюда». Сюда? Что это? Круглая каменная комната, очередной колодец... Сзади на месте прохода опустилась стена, закрывая и выход, и бездонные глаза. Глубокие, предающие глаза... Крысоловка. Крысоловка, где нет выхода. Где нет надежды на избавление... Для дураков.
«Но я не крыса». Там, где не может крыса – сможет человек. Ломая ногти о выступающие камни и обдирая руки, он лезет вверх – туда, где пропадает свет и одна глухая темнота, туда, где ничего не видно и длинная-предлинная ночь... Туда, где может быть выход.
...На лицо, приводя в чувство, полилась вода. Явно уже не первое ведро. Сергей закашлялся и с трудом приподнял голову. Сколько прошло времени? Сутки? Больше? Как это сложно – приходить в себя...
– Очухался? Или нет?
Через открытую дверь в комнату (или камеру?) падал свет, и стояли какие-то люди. На голову опять полилась вода, вокруг засмеялись.
Сергей наклонился в сторону и сплюнул – во рту застыл привкус крови. Как это ни странно, но вода помогла – в голове немного прояснилось и уже поплыли какие-то обрывки мыслей... Маркиз, принцесса...