Дрим-каст (СИ)

Испытующе посмотрев на меня, графиня сказала:
— Давайте-ка выпьем чаю, если у вас есть время.
— Не откажусь.
Она выставила на стол фарфоровые чашки и блюдца — дешёвые, без изысков. Принесла чайник с кипятком, нарезала лимон тончайшим дольками, и мы сели на шаткие, скрипучие стулья.
— И как же вы оказались здесь, за морями? — поинтересовалась она.
— У меня всё обыденно, без надрыва и драмы. Знакомый книгоиздатель обмолвился в разговоре, что есть запрос на книгу нон-фикшн об этом острове. И предложил мне подумать на эту тему. Никаких обещаний я не давал и аванс не брал, но осознал вдруг — это и есть тот повод, толчок, которого я ждал подсознательно. Уволиться из газеты я собирался уже давно. Мне всегда хотелось поработать в большом кино, но я не решался.
  
— И ваш сценарий сразу приняли в разработку?
— С вашего позволения, — сказал я, — не буду пока вдаваться в подробности. В сухом пересказе эта история, боюсь, будет выглядеть не вполне убедительно. Поэтому предлагаю наглядную демонстрацию, если навестите нас завтра.
— Буду иметь в виду. И всё-таки — к моей роли. Что там за персонаж? Амплуа?
— Злая мачеха, если в двух словах.
Она коротко рассмеялась, и в этом смехе послышалась саркастическая горчинка. Я несколько смешался, а графиня спросила:
— Значит, полагаете, для подобных ролей я подхожу идеально? Так вы, кажется, сформулировали?
— Прошу извинить, если мои слова вас обидели…
— Ах, оставьте. Я не питаю иллюзий насчёт того, как я выгляжу в глазах окружающих. И прекрасно осознаю, что я давно уже не юная дебютантка на императорском балу в Аничковом дворце. Что ж, было даже забавно получить подтверждение прямым текстом. Есть в этом нечто парадоксально-бодрящее… Итак, вы хотите, чтобы я вам изобразила мегеру-мачеху? Давайте посмотрим, что из этого выйдет…
— Благодарю. Тогда позвоню вам либо сегодня вечером, либо завтра с утра, и назначим пробу.
Распрощавшись с графиней, я вышел на трамвайную остановку. И пока ехал к Джефу, обдумывал результаты встречи.
Присутствие актрисы такого класса добавляло фильму внушительности. И было даже жаль, что доставшаяся ей роль не отличалась большим объёмом. Возможно, стоило эту роль несколько расширить?
Но если уж расширять, то это должно по итогу выглядеть органично, а не натужно. Проще говоря, вносимые правки должны работать на сюжет. Но приемлемых вариантов для этого я пока не видел. Стоило поразмыслить…
Возле бунгало Джефа было неожиданно людно. Крепкие парни, перекрикиваясь, грузили в крытый грузовичок шкафы, извлечённые из подвала. Хозяин дома руководил, Розанна крутилась рядом.
— Ага, — сказал я, — офис нашли, насколько я понял?
— На окраине, — сказал Джеф. — Там раньше была торговая фирмочка, совсем мелкая. Офис, склад. Но они переехали в конце января, а мы вот подсуетились. Джессика и Сон-Хи там уже устраиваются.
Закончив с погрузкой, парни влезли фургон, и тот покатил вдоль меридиана, ещё дальше на юг. Мы поехали следом на «форде» Джефа.
В районе, где расположился наш новый офис, жилые здания соседствовали с хозяйственными. Неподалёку была конечная остановка трамвая. А в километре южнее виднелись фабричные корпуса с высокой трубой.
Сам офис смотрелся непрезентабельно — длинный одноэтажный домик из силикатного кирпича с небольшим крыльцом и оцинкованной крышей, которая блестела на солнце. С торца была пристройка без окон, тоже кирпичная, с большими дверями.
— На складе есть ещё одна дверь, поменьше, — пояснил Джеф. — Она с другой стороны. Вот через неё и будет ходить в обычные дни. А эту запрём, чтобы посторонние не ломились. Электричество тоже подведено, с этим всё нормально.
Грузчики занесли машину на склад, и Джеф ушёл её подключать. А я отправился в офис, где меня встретили Джессика и Сон-Хи.
— Тут две большие комнаты, — пояснила Джессика, — и четыре поменьше. Всю мебель прошлые арендаторы вывезли, но мы уже заказали столы.
— И вывеску, — сказала Сон-Хи. — А несгораемый шкаф я привезу со студии.
Джессика добавила:
— Уже прикидываю, как сформулировать договоры для тех актёров, кто будет с нами работать. И как оформить наш собственный контракт с «Сильвер Форест», чтобы машина осталась полностью под нашим контролем.
— Вот это правильно, — сказал я.
— И ещё неплохо бы нанять секретаршу, чтобы на звонки отвечала и печатала документы. Я могу и сама, конечно, но это чисто механическая работа, которая будет отнимать кучу времени.
— Я тебе помогу, — сказала Розанна. — Ну, со звонками — точно. Печатаю я не очень, особенно по-английски.
— Ну, — сказал я, — все теперь при деле. Пойду тогда сценарий писать.
Пока не привезли мебель, я сел в машину к Джефу, открыл блокнот и задумался. Возникла заминка — как донести до зрителя содержание той депеши, которую почтальон, прилетев на птице, вручил Мелиссе?
Можно было бы просто показать письмо крупным планом, чтобы зритель его прочёл. Или записать закадровый голос, чтобы тот зачитал всё вслух. Но это было бы скучно, сбило бы динамику в самом начале фильма.
Поломав некоторое время над этим голову, я отыскал решение. Нацарапал в блокноте соответствующие фразы, продумал эпизод с мачехой. Затем сразу взялся за следующую сцену.
Время летело. Приехал ещё один грузовик, доставил столы и стулья. Я, выбравшись из машины, помог занести их внутрь. Уселся в одной из комнат, теперь уже за столом, и вернулся к сценарию.
Дюжие ребята со студии привезли для Джессики сейф и пишущую машинку, которая нам досталась тоже бесплатно. На бывшем складе тем временем монтировался экран из матового стекла, этим занимались нанятые рабочие.
Ближе к вечеру наконец всё было готово.
Монтажники уехали, а мы заказали по телефону кучу азиатской еды — жареное мясо, морепродукты, рис, тушёные овощи. Сели впятером в кабинете и устроили себе ужин, торжественно-деловой.
— Сегодня, — сообщила Сон-Хи, — успела поговорить с пареньком, который должен сыграть почтальона. Объяснила ему, что у нас тут комбинированные съёмки. И что мы как бы вставим в кадр его фотографию. Пересказала сцену, где его персонаж на птице.
— И что? — спросил я. — Согласился парень?
— Ага. Даже не раздумывал — был слишком впечатлён тем фактом, что дочка большого босса приехала к нему лично.
— Тогда пойдёмте в подвал, — сказал я. — Ну, то есть на склад, где у нас теперь машина стоит. Проверим, сработает ли вообще этот фокус с проекцией фотографии.
— Да, пойдёмте, — согласилась Сон-Хи. — А склад предлагаю теперь переименовать в съёмочный павильон, как на настоящей студии.
Она улыбалась с довольным видом. Прочувствовала, что значит работать самостоятельно, без оглядки на отца или брата.
Мы перешли в павильон, Джеф включил машину и с минуту держал перед фотокамерой портрет паренька-актёра. В конце концов настенный экран подёрнулся рябью, а персонаж-гонец, который был прежде затуманен, обрёл узнаваемые черты.
Проекция удалась.
Начальная сцена фильма была полностью отснята.
Розанна радостно пискнула и зааплодировала, Джессика и Сон-Хи захлопали тоже, а я пожал Джефу руку.
— Кучу времени теперь сэкономим, — сказал я, — и не придётся водить сюда второстепенных актёров. Правда, они, в отличие от этого паренька, наверняка заранее захотят посмотреть, в какую их сцену вклеивают…
— Тогда будем делать так, — сказала Сон-Хи. — Визуализируем сцену здесь, переснимаем её на камеру. Приглашаем актёра, ведём в обычную комнату, включаем обычный кинопроектор. Актёр смотрит эпизод с затуманенным персонажем, даёт согласие на использование своей фотографии.
  
— И подтверждает это согласие письменно, — добавила Джессика, — чтобы всё было закреплено в контракте. Этому пареньку тоже надо показать сцену, хоть ты ему заранее и пересказала.
— Покажем завтра, — подтвердила Сон-Хи. — Я ему говорила, что надо к нам заехать, подписать договор и получить свой чек за работу.