Волшебник (СИ)
Конечно Виктор вчерне просчитывал последствия того, как изменится огромная страна, если её руководитель вдруг вспомнит о своих обязанностях, но вот такую лавину предугадать не мог. Слишком многое находилось в подвешенном состоянии, слишком много недовольных, которых ещё не сломала система, и не согнули в дугу ежедневные проблемы. Ну и конечно были живы и вполне в силе ветераны той прошедшей войны, которые точно знали за что они воевали, и за что отдали свои жизни тридцать миллионов советских людей. Кроме этого связка торговцы – мафия – партработники – милиция, ещё не обросла связями и не закостенела, и при серьёзной опасности они с увлечением стали жрать друг друга, сдавая схемки и темки. Потому и уходили на шконку, вместе с секретарями, завотделами, бывшими сотрудниками органов и заслуженными ворами вперемешку.
Но люди поопытнее и включённые в информационную среду высшего руководства СССР, видели, как страна сделала пока ещё робкий и неуверенный шаг назад от пропасти.
Судоплатов, получил должность советника Брежнева, теперь докладывал Брежневу раз в неделю и стал мелькать не только в Завидово, но и в кабинете в здании Сената. Соответственно вырос его аппаратный вес, и статус. С охраной решили просто. ГРУ выделило пару волкодавов из тех, кто по состоянию здоровья уже не могли полноценно скакать по полям и весям с автоматом, но вполне годились для неспешных прогулок по Москве с пистолетом, в компании такого же престарелого имперского волка.
Постепенно из забытья и опалы стали возвращать и других заслуженных работников НКВД и МГБ, сметённых хрущёвской метлой таких как Зоя Воскресенская, Леонид Романович Квасников, Илья Григорьевич Старинов, и другие. Работа у них была относительно простая. Собирать по стране независимую статистику и информацию по положению в обществе, и готовить сводный доклад, который Брежневу озвучивал Судоплатов. Себя они прозвали «Весёлыми ребятами», и часто, выезжали в командировки по стране, собирая первичную информацию, у людей в разных городах и сёлах.
Материалы Весёлых ребят всегда были беспощадно точны, и убийственно правдивы, что часто противоречило материалам, подаваемым даже помощниками Брежнева, но тот мгновенно оценил ещё один независимый источник информации, и доверял материалами старых разведчиков как себе.
[1] Как и в реальной истории.
[2] В мединституты для учебных вскрытий доставляли неопознанные трупы.
Глава 11
Чтобы попасть в будущее, нужно выжить в настоящем.
Март 1972 года выдался у работников агропромышленного комплекса Советского Союза напряжённым как никогда. На поля, выходит не только гражданская техника, но и переданные по программе списания и инженерные и бронемашины с которых снято вооружение, и специальные устройства. Фактически, остаётся лишь механическая часть с двигателем, и органами управления, а сверху ставят кабину, и приваривают устройство для прицепки сельхозтехники. Конечно, такое решение не бесспорно с точки зрения экономики, но пока не развернуто в полной мере производство тракторов и комбайнов, и такая помощь селу – бесценна.
Трактористы и механики Машинотракторных Станций и колхозных машдворов, довольны приходящей техникой. Они хорош знают их потому что большинство из них изучило во время службы в вооружённых силах.
По планам Минсельхоза, в этом году только в центральной части РСФСР, будет распахано более миллиона гектар неудобий и бросовых земель.
Сельская жизнь 2 марта 1972 года.
Виктор тоже видел изменения, которые происходили с обществом, но свою роль оценивал, как малозначительную. Просто не имел информации об причинах и пружинах действия, равно как и не знал кто за чем стоит.
А жизнь двигалась без остановки. Конструкторское Бюро Сухого, начало переезд в Павшино на новую площадку. Вопрос с рабочими и служащими решили просто. Один автобус ходил от старой площадки, а второму продлили маршрут до нового завода, и можно было доехать на метро, а после пересесть на автобус.
Здание конструкторского бюро сдали в первую очередь, и поставили всё что нужно для работы включая вычислительную технику, с огромными плоттерами чертежей. Затем начали монтаж цехов, а цех товаров народного потребления делали уже заводские мастера. Оборудование там было фактически ручной сборки и уникальное, так что никого местные наладчики не подпускали. Особенно к линии, где делали маленькие бензиновые моторы для беспилотников, и мотороллеров. Вроде несложная штука, но точности при обработке требует очень высокой. Поэтому слесари и наладчики КБ, очень трепетно относились ко всей технике, которую сделали собственными руками. Один криворукий болван, и сотни рабочих часов загублены на корню.
В это же время на новую площадку приехал министр авиационной промышленности СССР генерал-полковник Дементьев с главнокомандующим ВВС маршалом Кутаховым.
Столь внушительная делегация приехала не просто так. На чертёжных досках уже начинал вырисовываться облик перспективного авиационного комплекса, ещё не названного Су-27 а имевшего только заводской индекс Т-10. Истребитель четвёртого поколения шёл непросто, и требования которые к нему предъявляли военные были соответствующими. Тяжёлый истребитель должен был иметь длительное время полёта, хорошую маневренность в воздушном бою, иметь возможность наносить удары по наземным объектам, и многое другое. Но под это дело, Павел Осипович, уже вытребовал и получил высокоточные станки, кучу всякого оборудования для нового комплекса статических испытаний, и многое другое. Минавиапром заинтересованный в таком истребителе, и ВВС, пошли на беспрецедентные закупки оборудования включая иностранное, а кое-что даже закупили по «длинным схемам» через подставные фирмы, и одноразовые счета. Денег было влито в программу настолько много, что уже никто и не помышлял о том, что что-то может пойти не так.
В целом авиационные начальники были довольны. И видом новых сверкающих цехов, и уже работающими площадками, и работами по наладке станков.
Подвести итоги инспекции решили в кабинете Сухого, на четвёртом этаже здания КБ откуда открывался роскошный вид на зелёные луга. По истребителю всё было понятно. Сейчас чертежи, модели, в том числе и цифровые, продувка, а после уже модели крупного размера, и медленное и кропотливое создание системы управления полётом и вооружением. К этому моменту должны были успеть двигателисты ОКБ 165 под руководством Архипа Люльки, делавшие новый турбореактивный двигатель. И примерно к этому сроку, должны были закончить работы над управляемым ракетным вооружением для новой машины.
Но Петра Васильевича Дементьева волновало не только это.
– Понимаешь, Пал Осипыч, тут с этими делами, ну с производством всякой ерунды гражданской, целая история. Ильич, всё вас в пример ставит. Не плошки-поварёшки из металлического мусора льёте, а нормальную продукцию. Вон, на ваших мотороллерах уже чуть не половина Минсвязи ездит. Туполевцы ещё как-то. Их двадцать второй завод в Казани моторные лодки клепает, и говорят неплохие, а скажем Комсомольск пока не телится, равно как и другие заводы отрасли. А их у меня три десятка. Мне понимаешь, пример положительный нужен. Чтобы я пнул их от души, и всего пролетарского размаху. А? Давай ты ещё что-нибудь такое замутишь у себя. А я тебе и фондов подкину, и премиальных денежек.
– Сделаем Пётр Васильевич. – Сухой кивнул. – Не могу сказать, что прям счастлив, но сделаем. Надо так надо. Есть у меня конструктор – товарищ Николаев. Это всё его идеи. И с мотороллером, и с беспилотным разведчиком. Уверен, он что-нибудь придумает.
Приготовление ужина у Виктора не занимало много времени. Как правило он делал что-то сытное и простое, хотя иногда, когда его знакомые грузины-азербайджанцы что-то такое выдавали, то конечно притаскивал домой. Вот и в этот раз, он заехал из института к знакомым, и привёз целую кастрюлю хинкали, и такую же кастрюлю с харчо, из баранины. Брал с запасом, так чтобы точно хватило на троих взрослых и голодных людей, то есть фактически четыре порции.