Демон-Экзорцист (СИ)

И брат снова закричал.
— Да утихомирь ты его! — взвыл Легион.
— Заткнись, — процедил я, но не заметил, как сделал это вслух.
Однако врач понимающе взглянул на меня и ничего не сказал.
— Петь, успокой его! — бросил он стоявшему в коридоре санитару.
Крепкий мужчина с каменным лицом подошёл к брату, по нему было видно, что он уже очерствел и никакой жалости к больным не испытывает. Но даже при всей его силище он едва мог ровно удерживать руку Бориса.
  
— Я помогу, — предложил я.
— Александр Олегович, лучше это сделать мне, — возразил врач и забрал у санитара шприц с успокоительным.
Ловким движением он ввёл препарат в вену, и уже через минуту брат успокоился. Закрыл веки и уснул.
— Ну что, ты всё ещё сомневаешься? — спросил у меня демон.
— Какой толк тебе помогать ему? — мысленно спросил я.
Намерений Легиона я не понимал, как и то, почему он настаивает на помощи.
— Хочу, чтобы ты увидел, на что я способен. Так что-либо проведём ритуал сейчас, либо твой братец так и останется лежать здесь овощем до конца своих дней. А демон выпьет из него жизнь очень скоро.
Эти слова укололи меня. Очень больно, словно сердце пронзила толстая спица. Я не мог довериться демону, но и брата без помощи оставлять не хотел. Если я проведу ритуал, то возможно лишь три итога: либо брат освободится от демона, либо умрёт, либо останется овощем… Но я даже не знаю, что хуже: смерть или жизнь в мучениях?
— Хорошо, — мысленно процедил я, пересиливая всё своё естество.
Ради своей семьи. Ради брата. Я должен рискнуть.
— Тогда ищи принадлежности, нам предстоит сделать пентаграмму для изгнания демонов восьмого уровня. Эх, вот будь я в своём прежнем теле, то сделал это по мановению руки.
— Это невозможно.
— Для вас, людишек, невозможно, а я Легион! — усмехнулся демон.
Но как бы меня не раздражала его манера поведения, я заставил себе успокоиться и собраться.
— Члены ордена случайно ничего не оставили после ритуала? — поинтересовался я в надежде, что не придётся идти в специальную лавку, денег-то у меня с собой не было.
— Вы про принадлежности для ритуала? Они у нас в подсобке хранятся. Члены Святого ордена — наши частые гости.
— Несите.
Врач передал поручение санитару, и тот скрылся в коридоре. Логично, что орден предпочитает оставлять некоторые вещи тут, чтобы по сто раз не таскать их туда-обратно. Ведь в таких лечебницах довольно часто оказываются одержимые, в которых не сразу выявили подселенца.
— Вот, — протянул мне чёрный свёрток санитар.
Развернув его, я увидел свечи, блестящий уголёк, напитанный маной, и листья семицвета. Это довольно редкое растение, которое демоны на дух не переносят.
— Помогите подвинуть кровать в центр палаты, — попросил я.
Санитар вопросительно глянул на врача, тот кивнул, и мы приступили к работе. Примечательно, что сам Савелий Викторович лишь наблюдал со стороны, никак не вмешиваясь.
Я начертил вокруг кровати брата хорошо знакомую мне печать для изгнания демона восьмого уровня. Все эти знаки я ещё в университете выучил так, что от зубов отскакивало. Разбуди меня среди ночи, так с закрытыми глазами нарисую.
Работу закончил минут за двадцать, затем расставил на месте стыков некоторых знаков свечи и зажёг их. Рассыпал внутри печати сушёные цветы, и брат заёрзал на кровати.
— Осталось немного потерпеть, — сказал я ему и присел на корточки.
Остался последний этап. Сейчас я волью свою энергию в печать и узнаю правду. Спасу брата или же его убью…
Адские демоны… Почему же так сложно решиться?
— Не робей, — подначивал демон, отчего становилось только хуже.
Я никак не мог заставить себя коснуться печати. Не мог… Слишком высоки ставки, и если я ошибусь…
— Не ошибёшься. У тебя есть шанс его спасти, пока низший не поглотил разум твоего братца, — раздалось в голове, и под влиянием слов Легиона я прислонил ладонь к угольной полоске.
Мана заполнила печать за считаные мгновения, заставила её гореть синим пламенем, которое отделилось от символов и поднялось к кровати брата.
В этот момент я позабыл, как дышать…
  
Глава 3
 
— Чувствуешь это? — спросил демон, и его слова заставили меня прийти в себя.
Вдох, выдох… Выдох, выдох… Теперь дело за временем. Обычно на завершение ритуала экзорцизма уходит не больше десяти минут при моих возможностях, был бы сильнее — всё происходило бы значительно быстрее. Надо дождаться, пока священное пламя не уничтожит сидящего внутри демона.
Да, именно что уничтожит. Когда тварь находится внутри человека, её можно убить, и на такого низшего демона сил мне хватит. Будь кто посильнее — мог бы только изгнать.
Когда же появляются в материальном облике, как это было на кладбище, то становятся уже не такими уязвимыми для экзорцистов. И слабым магам вроде меня проще их изгнать, чем уничтожать.
Бывает, что при очищении человека экзорцисту тоже не хватает маны, и демон просто возвращается в свой мир. Так должно было случиться и сейчас. Но нет! Печать горела так ярко, как никогда в жизни. Там явно была не только моя сила.
И огонь… он был синим, а не красным, как обычно…
— Чувствую. Это твоя энергия. Но… почему она так схожа? — недоумевал я.
Магия Легиона не казалась чем-то инородным или чужим. Наоборот. Словно я получил усиление того, что уже имел.
— Потому что обычно вы используете против нас наше же оружие, — хмыкнул Легион. — И нет в этой магии ничего священного.
С каждым подобным откровением мой привычный мир рушился, разлетался на мелкие куски. А если ещё брат очнётся…
Пламя спалило рубашку брата и матрас, заставило начать плавиться металл, из которого была сделана кровать. Спина Бориса коснулась раскрасневшихся пружин, но я, сжимая челюсти, продолжал стоять. Нельзя вмешиваться в ритуал, что бы ни случилось. Это юным экзорцистам объясняют ещё на первых занятиях.
Синие огоньки поползли по бледной коже, не оставляя на ней следов. Они подкрались к груди и остановились в области, где находилось сердце брата. А затем… впитались в его тело.
Я выдохнул. Потом ещё раз…
Произошедшее значило, что брат уже не умрёт. Если бы огня было слишком много, он бы попросту спалил и тело, и душу человека.
Вдох, выдох… В ноздри ударил запах гари.
Брат издал протяжный стон и изогнулся дугой, а из его рта вырвалось нечто чёрное и страшное. Облако тьмы приняло форму рогатого демона и раскрыло пасть рядом со мной, но не смогло выбраться за пределы печати.
— Изыди, — процедил я, и пламя на свечах разгорелось.
Оно ярким вихрем завертелось вокруг демона и втянуло его в печать. А я упал на колени, не в силах ни отдышаться, ни поверить в произошедшее. Только что прародитель демонов помог мне изгнать своего собрата.
— Я это делаю чисто из собственной выгоды, — проворчал он у меня в голове.
— Всё равно спасибо, — шёпотом ответил я, приходя в себя.
— Поднимайся. Сильные не стоят на коленях.
— А что они делают? — мысленно спросил я, смотря в пол.
— Сами вершат свою судьбу. И ты, мой отнюдь не друг, оказался в полной заднице. Пора бы нам из неё выбираться.
Вместо ответа я поднялся на ноги и взглянул на брата, нервно озирающегося по сторонам. Больше он не кричал и не дёргался. Борис попросту не понимал, что происходит и как он вообще оказался в этой задрипанной палате.
А я дал себе обещание… больше никогда я не буду слабым.
— Святые, у вас получилось, — отойдя от шока, произнёс Савелий Викторович.
— Да, теперь можете отвязать брата, — обернулся я к врачу.
Сперва он колебался, но столкнувшись со мной взглядом — передумал.
  
Раньше я не умел производить подобного впечатления на людей и не удивлюсь, если и тут Легион постарался.
Подошедший санитар отвязал брата от кровати, ведь магическая привязь не сгорела. Тот поднял руки, осматривая их. Губы Бориса растрескались до крови, и я попросил принести ему воды и позвать нормального лекаря, а не психиатра.