Демон-Экзорцист (СИ)

Посещения здесь были свободными, поэтому никаких хитростей для попадания внутрь не требовалось.
— К Демьянову Антону Игоревичу, — ответил я.
— Проходите, двести первая палата, — сказал он, посмотрев нужный номер в журнале.
Несмотря на холодную погоду, во дворе гуляло много стариков. Некоторые ходили в сопровождении молодых родственников.
Это здание выглядело получше, чем психиатрическая больница, но в ремонте нуждалось так же остро. Дверь в палату деда на втором этаже и вовсе встретила нас облупленной по бокам краской.
  
Борис осторожно постучался, а я потянул на себя ручку двери. От меня не укрылось, как он сглотнул засевший в горле ком, брат переживал не меньше моего перед этой встречей.
— Кто там? Я же просил меня не беспокоить со своими лекарствами! Не собираюсь я их пить, — раздался ворчливый голос деда.
Но стоило нам зайти в палату, как старик оцепенел. Застыл с открытым ртом, смотря на нас. Ещё и Борис поднял голову, показывая своё лицо. Насколько бы изуродован он не был, дед не мог не признать внука точно так же, как я сразу увидел в нём брата.
— Видимо, у меня галлюцинации… Так и знал, что не надо было микстуру от кашля пить! — опомнился дед, чем заставил меня улыбнуться.
— Деда, мы настоящие. Живые, — сказал я и поставил на тумбочку пакет с соком и двумя видами халвы, которые он так любил. Их я тоже приобрёл в супермаркете возле гостиницы.
Но дед на это внимания не обратил.
— Это шутка такая? Если да, то живо прекращайте! Негоже на старших иллюзии насылать!
— Мы живые, — повторил я и приблизился к кровати, к которой и был прикован старик.
Не в буквальном смысле… Но по стоящему у стены креслу-каталке было понятно, что ходить он теперь не может.
— Не верю! Вам меня не пронять!
Борис усмехнулся. Видимо, понял, как я сегодня себя чувствую весь день.
— Дед, ты лучше скажи, с какого перепугу тебя недееспособным признали? Соображаешь-то ты нормально, — спросил Борис.
— Так вы тоже от Добрыниных припёрлись? Убирайтесь и хозяину своему передайте, что пока жив последний Демьянов, земли им нашей не видать!
Мы с братом переглянулись.
— Это Добрынины подстроили. И недееспособность деда, и мою проверку в банке, — осознал я. — Наверняка и управляющий под ними ходит.
— Это и дураку понятно. А как деда убеждать будем? — недоумевал Борис.
Я задрал рукав, и родовая печать загорелась синим пламенем. А от амулета повеяло стылостью, он тратил довольно много энергии, чтобы скрыть не только мою ауру, но и моего колдовства.
— Святой Николай! Они и печать подделали! Ни стыда ни совести, ну я вам сейчас устрою, — дед раскраснелся от нарастающей злости, и я начал нервничать. Всё-таки мы разозлили экзорциста в ранге магистра, и он при желании может нас одним ударом прикончить.
Он проделал всё так быстро, что мы и понять ничего не успели.
Его печать на руке вспыхнула алым огнём, и языки пламени устремились к пальцам. Он выставил вперёд ладонь и атаковал.
  
Глава 6
 
Яркие языки пламени сорвались с ладони деда и распались в воздухе на сотни пылающих искр. Убить нас у них мощности не хватит, а вот покалечить смогут знатно.
Я вмиг встал перед Борисом, заслоняя его собой. Голубая нить пламени отделилась от моей печати и распахнулась в воздухе, прикрывая нас щитом. Красное и синее пламя встретились и нейтрализовали друг друга. Моя защита вышла слабой, но её хватило, чтобы нас прикрыть.
— Этот огонь предназначен для потусторонних тварей, а не для людей! — крикнул я, а затем, сбавив тон, продолжил:
— Не ты ли нам это говорил каждый раз, когда мы пытались задеть магией друг друга?
Дед опустил руку и повернул голову к окну. Я догадывался, больше всего он боится, что сейчас нам поверит, а потом окажется, что мы подставные утки. А ради того, чтобы забрать в свои лапы наше баронство Добрынины и не на такое способны.
Я подошёл к деду и положил ладонь на его руку.
— Деда, я весь день всем доказываю, что не самозванец. Неужели ты собственного внука не узнаёшь?
Он повернулся. Вздрогнул, но, выровняв дыхание, внимательно посмотрел на меня. И признал! Точно… признал!
— Я ничего не понимаю. Как вы выжили? — спросил он, а в глазах его заблестела влага.
Борис приблизился к нам и начал свой рассказ первым. Он поведал деду про ожоги, из-за которых его не могли узнать, или же не хотели узнавать, что вполне вероятно в свете последних новостей. Потом — про встречу со мной и изгнание демона. А вот про запах и свои догадки насчёт меня брат умолчал.
— Саш, ты правда воскрес? Я собственными глазами видел… — оборвав фразу на полуслове, дед поднял руку, потянулся к моей груди, а я отошел на два шага назад.
Дед — сильный маг, и ему вполне может хватить сил почувствовать Легиона… или же энергию от амулета, что более вероятно. Ни того, ни другого мне не нужно.
— Вы видели то, что вам показали. Меня похоронили живым, — я старался говорить спокойно, но волнение в голосе всё равно проскакивало.
— Сань, успокойся и не пали нас, — попросил демон, чем только меня разозлил.
— Лучше заткнись и не мешай, — резко ответил я.
И пусть это не было сказано вслух, но вся гамма эмоций отразилась на моём лице. Хотя нас с детства учили себя контролировать. Но сейчас… я попросту не мог, слишком многое стояло на кону. Странное состояние — раньше мне легко удавалось прятать эмоции, что-то во мне серьёзно изменилось… и менялось до сих пор.
И если не научусь совладать с собой в ближайшее время, навлеку на себя куда больше подозрений.
— Я тоже этого не понимаю, — сказал деду Борис.
— Чего тут понимать? Я в гробу очнулся и еле выбрался оттуда, чуть не задохнулся, — ответил я, выравнивая дыхание.
Так, Саня, сейчас тебе надо быть предельно спокойным. Будет фигово, если из-за какой-то по глупости брошенной фразы ты настроишь оставшихся родственников против себя. Пока всё идёт хорошо, и так должно оставаться дальше.
— А как ты там не умер за эти полгода? — спросил Борис, на этот раз без злобы или обвинений, он лишь хотел разобраться.
Но всей правды я сказать не мог и пришлось додумывать легенду на ходу:
— Я был в забытье. Наверняка это влияние грёбаных демонов! Как оно растворилось, так и очнулся! — здесь моя злость была к месту, она должна помочь родным проникнуться моей проблемой.
Это казалось мне самым логичным, но у этой фразы были последствия. И мне придётся их принять — иного выбора нет, если я хочу и дальше оставаться частью семьи Демьяновых и не хочу натравить на себя орден. Если им донесут предположение о моей одержимости, члены ордена не успокоятся, пока не проверят наверняка.
— Тебе надо в орден, — беспрекословно заявил дед.
— Что? — мои брови вздёрнулись вверх, удивление вышло вполне естественным, хотя такой исход был логичен.
Оправдание было идеальным, но только если учесть, что все эти полгода внутри меня сидел демон, а очнулся я ровно тогда, когда он свалил.
— Саня, мы попали по полной, — озвучил очевидное Легион. — Ты накосячил, тебе и решать, как выкручиваться.
— А если не решу, оба сгинем, — мысленно ответил я, всё это время продолжая смотреть на деда.
Но как обмануть ритуал, который экзорцисты проводят с древних времён? Пока ответа я не знал… Но выход должен быть, и пока я его не найду — не успокоюсь.
— Надо проверить. Если в тебе сидел демон, он мог и затаиться, — объяснил дед.
— Не… — договорить мне не дал Борис.
— Я ему то же самое говорил. Он когда пришёл — от него демоном за километр разило. Сейчас запах развеялся, но проверить не помешает.
  
И как я могу отказаться? Да никак! Стоит мне начать увиливать от безобидного для обычного человека ритуала, брат и дед заподозрят неладное. Того и гляди, среди ночи этот ритуал проведут, пока я буду мирно спать… И тогда точно всё вскроется!
Но если пройду этот ритуал, больше они эту тему поднимать не станут. Осталось решить — как это сделать, чтобы меня потом самого не убили.