Куй Дракона, пока горячий, или Новый год в Академии Магии

 
Татьяна Михаль
 
Куй Дракона, пока горячий, или Новый год в Академии Магии
  
Пролог «Как отомстить… побрить дракона?»
 
* * *
– СНЕЖАНА —
Месть ректору будет жестокой.
С этой кровожадной мыслью я тайком и перебежками иду в башню магической академии, а там пробираюсь в апартаменты ректора Россрэйда Эрдалла.
  
Я вооружена косметичкой, в которой ножницы, розовая бритва с пятью лезвиями для мгновенной гладкости, которая «шизгара», женский гель для бритья с ароматом кокоса и той же фирмы гель, но только после бритья.
Да, я сейчас очень опасна.
Если помощник ректора не соврал, то Россрэйд сейчас спит о-о-очень крепко и его не разбудит даже пушечный выстрел у самого уха.
Если он думал, что я забыла о его поступке, когда он просто взял и выдернул меня из моего мира и поставил перед фактом, что я теперь работаю на него, то он плохо знает женщин.
Или ему просто не попадался мой типаж стервы необыкновенной.
Хм. А дракон неплохо устроился.
У меня комнаты намного меньше и не такие роскошные, как у ректора. А заливал, что поселил меня в самые лучшие.
Так, я пришла не интерьером любоваться, а вершить возмездие.
Его пёс породы корги дёргает ушами и вываливает язык. Вскакивает с коврика и издаёт счастливый «Га-а-у-а-уф!»
Я втягиваю голову в плечи. Замираю. К счастью, ничего не происходит.
Из кармана достаю заготовленное лакомство и отдаю пёселю. Всё, теперь он надолго потерян для всего мира. Вон, уже жмурится от удовольствия.
Крадусь из гостиной в спальню…
Что ж, спящий ректор мне нравится больше, чем ректор бодрствующий.
Только вот эта его чёрная борода лопатой… Бе-е-е-э…
Прежде чем приступать к операции, нахожу у камина длинную кочергу.
Осторожно тыкаю спящего мужчину в высунутую из-под одеяла длинную и крупную ступню.
От щекотки он дёргает ногой, сжимает пальцы, шумно вздыхает, но не просыпается.
Я злорадно хмыкаю.
Кочергу ставлю рядом с кроватью на случай, если он всё-таки очнётся.
Тогда шмякну его легонько кочергой и скажу, что я просто мимо проходила и мух отгоняла.
Так-с, ванная комната у дракона примыкает к спальне.
Беру два полотенца. Одно расстилаю рядом со спящим мужчиной.
Едва удерживаюсь от желания коснуться его литых мышц груди, зарыться пальчиками в тёмную и густую поросль, чтобы понять, мягкие волоски или жёсткие.
А то может и на груди эпиляцию сделать?
Эх, надо было с Земли воск взять.
Потом нахожу в его спальне глубокую чашу с какой-то бурой жидкостью и без сожаления выливаю эту гадость в раковину.
Набираю тёплой воды до самых краёв и несу к кровати.
Уверенным движением руки расстёгиваю усыпанную стразами косметичку.
Достаю и раскладываю инструменты на полотенце.
А потом бесстыже забираюсь прямо на мужчину и сажусь на его талию.
О-ох, девочки, какой у него торс. Я не видела ректора без одежды, а тут прямо подарок судьбы рассмотреть этот эталон мужской красоты.
Да и моя поза очень провокационная.
Чуть попрыгала на нём, снова проверяя, как крепко он спит и хихикнула, когда с губ дракона сорвался лёгкий стон.
Шикарное зелье, которое выпил дракон. Его помощник сказал, что оно для восстановления сил его зверя. Но есть побочка – крепкий сон.
Но если вдруг ректор проснётся, то он офанареет, увидев меня на себе. Но у меня, если что кочерга под рукой. Быстро обратно усыплю.
Так-с, я приступаю к своей мести.
Сначала нужно остричь эти дикие заросли.
Беру в кулак приличный клок жёсткой бороды, которая больше походит на бесформенный кустарник, и без раздумий отстригаю – сначала с правой стороны, затем слева.
Бросаю эти клочки проволоки прямо на пол.
Потом участь бороды настигает и его жуткие усы.
Ректор не шелохнулся ни разу.
Даже когда я оттягиваю эти проволочные волосы, чтобы отрезать побольше и ближе к лицу, но при этом не прихватить кожу.
Никогда не умела стричь.
И теперь на лице Росса жуткие проплешины.
Зато черты лица, наконец, вырисовываются.
А то просто ужас был. Не мужчина, а йети какой-то.
– Никуда не годится, – морщу я нос, рассматривая дело рук своих.
Выдавливаю в ладошку гель для бритья.
Меня сразу окутывает мятно-кокосовый аромат.
Обмазываю гелем лицо и шею дракона и вооружаюсь бритвенным станком, которым я вообще-то брею свои ноги и подмышки.
Нет, то место я брею другим, отдельным станком.
Хорошо, что у меня тонна сменных кассет.
Уж не подумайте, я на станок поставила новую кассету. И после ректора её тоже сменю на новую.
Полощу станок в чаше с водой и радуюсь, что моё лезвие такое клёвое. Ни порезов, ни оставшихся волосков.
Когда заканчиваю бритьё, то смотрю на ректора в полном потрясении.
У Россрэйда, оказывается, есть губы, да какие… Они мягкие, полные, чётко очерченные.
У него высокие точёные скулы.
Челюсть крупная, но не массивная, с упрямым подбородком под стать противному характеру этого мужчины.
И вот я сижу и не могу глаза отвести.
Под жуткими зарослями таёжного отшельника обнаружился суровый красавец.
Он продолжает мирно спать, даже не подозревая, что его внешность претерпела кардинальные изменения.
А я сижу на его торсе, пялюсь на него, как чокнутая, только что слюни не пускаю.
И в моей голове появляется мысль, что вообще-то я совершаю акт возмездия. Я пришла не любоваться и не восхищаться этим наглым, беспринципным и постоянно меня критикующим мужчиной, а мстить.
Но не могу не принять тот факт, что ректор без своей чудовищной кустистой бороды просто нереальный красавчик.
Я издаю стон разочарования.
Может, для пущего эффекта и косу ему остричь?
Но потом думаю, что не стоит.
Косу, которая ему до самой поясницы он мне точно не простит. Как бы в порыве бешенства потом не пришиб меня.
Единственный нюанс, который заставляет меня зловредно хихикнуть – это цвет кожи.
Лоб, веки, нос ректора имеют золотистый загар, а челюсть, скулы, шея, которые ранее были спрятаны под густыми зарослями белые-белые.
Столь сильный контраст сразу бросается в глаза и вызывает приступы дикого ржача.
Эх, нет у меня автозагара, а то сравняла бы его цвет лица до однородного… морковного, к примеру.
Вдруг его дыхание меняется, веки чуть приоткрываются, с губ срывается какой-то неразборчивый шёпот.
Я замираю, сидя на нём. Даже дышать перестаю.
Но дракон не просыпается.
Я издаю вздох облегчения.
Нужно доделать дело и сматывать удочки.
Беру заранее смоченное полотенце и протираю его лицо и шею.
Осталось нанести гель после бритья, что я и делаю.
От мужчины хорошо пахнет – мятой и кокосом.
Я давлю в себе рвущийся наружу смех. Вот вернусь к себе, тогда и поржу от души. А сейчас… тсссс.
И вот, мужчина снова шевелится, хмурит брови, и я понимаю, сейчас он точно проснётся, откроет глаза и всё поймёт.
У меня внутри всё холодеет, сердце и душа уходят в пятки. Я закусываю нижнюю губу.
Ох, и получу я физдюлей, что буду лететь до самой Земли кувырком.
Но Росс снова не просыпается, он просто одну руку за голову убирает.
И я шумно выдыхаю:
– Ох, ты ж ё…
Подмышками у дракона тоже заросли!
И моя деятельная натура не может уйти, оставив такой бардак.
Меняю в чаше водичку, снова взбираюсь на мужчину и проделываю трюк с бритьём уже на его подмышках, сначала на одной руке.
Другую руку приходится закинуть ему за голову, и от усердия высунув кончик языка, брею ему вторую подмышку.
– Шикарно, – произношу едва слышно.
Я ужасно довольна собой.
А потом всё-таки решаю наградить себя за проделанную работу и всё-таки запускаю пальчики в поросль на груди ректора.
  
Ох, какие мышцы, какой он большой и сильный… так бы и облила его всего сливками… Так, неприличная фантазия, иди, куда шла, да от меня подальше.