Дело скандальных ведьм (СИ)

В кабинете лейтенанта Дэвиса Вэл ждала чашечка эспрессо, коробка мятных пастилок в шоколаде и короткий рассказ о правонарушении, неожиданно совершённом молодым парнем, никогда ранее не попадавшем под пристальное внимание полицейских.
– Он давно в этой ювелирной мастерской работает, хозяин его очень ценит, всецело ему доверяет и не может поверить, что парень действительно украл партию доставленных сегодня камней, – излагал лейтенант, заботливо подливая адвокату кофе. – Но в мастерской стоят камеры видеонаблюдения, на которых отчётливо видно, как ювелир осматривает самоцветы, кладёт их в ларчик, передаёт помощнику и подписывает накладные. Помощник уходит в небольшое производственное помещение, не имеющее других выходов и не находящееся под видеонаблюдением, спустя пять минут туда приходит ювелир и обнаруживает пропажу камней.
– Что говорит помощник?
– Ничего, только испуганно таращит глаза и разводит руками. Единственное, что он прошептал – это просьбу прислать к нему адвоката. Как понимаешь, при нём камней не обнаружили, иначе дело бы совсем иначе закрутилось.
– Вы всю мастерскую осмотрели?
– От пола до потолка, во все щели заглянули, ювелира тоже обыскали – камней нет. Все внутренние и наружные камеры проверили: помощник был в комнате-мастерской один! Переступил порог с камнями, и они тут же исчезли.
– Ваша версия?
– Парень их проглотил, чтобы незаметно вынести из мастерской.
– Он же понимал, что ювелир моментально заметит пропажу дорогих камней, они же собирались сразу начать с ними работать?
– Да, у них горит заказ на диадему.
– Тогда в поступке парня никакой логики нет. Ваши планы?
– Продержать его в камере пару дней, в обнимку с ведром, пока камни, если они проглочены, не вернутся обратно естественным путём. Ты поговори с ним, обрисуй перспективы и посоветуй сотрудничать со следствием. Поскольку он оступился первый раз, то, в случае возвращения украденного, срок ему выйдет условный и минимальный. Согласны принять его искреннее раскаяние в содеянном.
В тюремной комнате для свиданий Вэл поджидал сюрприз: парень-индеец, с потерянным видом сидящий на стуле, не являлся человеком. Само по себе событие среднестатистическое, проблема была в другом: она не смогла определить, к какому биологическому виду он относится, и это было случаем исключительным. Настолько исключительным, что во всей мировой истории Иных она такового не припоминала! Тёмные ведьмы долго считались полностью уничтоженными, но когда они вдруг объявились, в них смогли определить ведьм. Сообществу ИГР хотя бы было известно об их существовании в прошлом! А этот парень – не тёмный ведьмак, он однозначно являлся оборотнем, но кем из них – она решительно не поняла и еле сдержала предупреждающее клокотание в горле. Чёрт, Брэду однозначно надо перестать накликивать ей неприятности! Не то чтобы они не случались с ней до их встречи... само их знакомство произошло благодаря очередной неприятности.
Стальная дверь за ней с грохотом закрылась, оборвав экскурс в прошлое.
– Вы кто? – настороженно поинтересовалась Вэл, замерев на пороге и ничуть не сомневаясь, что реши парень атаковать – его не удержат металлические наручники. Она была бы рада уверенности, что легко отобьёт его атаку! Он не полиморф и не метаморф – те тоже пахли необычно, но всё равно не так.
– Вихо Пэйта, мэм. Вы мой адвокат? – тихо прошептал парень, вызывая в ней ощущение диссонанса. Глазами она видела страшно напуганного человека, доверчиво смотрящего на неё с мольбой о помощи, а внутренним чутьём определяла в нём опасного зверя, видимое миролюбие которого способно вмиг смениться звериным оскалом. Оскалом неведомого науке зверя! Парень пах невероятно странно: вроде бы птицей, но проскальзывали в запахе нотки хладнокровных, свойственные исключительно родам рыб, пресмыкающихся и амфибий.
– Да, я ваш адвокат, – сосредоточившись на долге перед клиентом, подтвердила Вэл. И, выигрывая себе время на размышления, попросила: – Честно расскажите, что произошло, нас никто не слышит. Я ваш защитник и мой долг – обратить вам на пользу все обстоятельства дела, но, чтобы дать максимально толковый совет, я должна предельно ясно представлять себе картину событий.
 
Парень с красновато-бронзовой кожей, чёрными миндалевидными глазами и орлиным носом обхватил руками свои широкие плечи и заговорил:
– События просты. Меня всегда завораживал блеск драгоценных камней, особенно кристально прозрачных самоцветов «чистой воды», как говорят ювелиры. У нас в мастерской мы чаще имели дело с полудрагоценными камнями, из дорогих камней чаще других появлялся морской жемчуг, но он у меня особого восторга не вызывал. Когда в мои руки попал ларец с изумрудами и сапфирами, на меня словно помрачение нашло! Я поставил ларец на стол, посмотрел, как переливаются на чёрном бархате потрясающе прекрасные камни и...
– И что? – подтолкнула клиента Вэл в затянувшейся паузе.
– И склевал их! – выпалил парень и закрыл лицо руками.
– Склевали? – медленно повторила она, и Вихо побелел и залепетал:
– Проглотил, мэм, просто проглотил. Не специально, а в порыве, не понимал, что творю!
Последние заверения были откровенной ложью. Склевал... Признание хорошо сочеталось с отчётливым птичьим запахом парня, но какой бы орнитолог ей подсказал, что это за птица, пахнущая до кучи ещё и змеёй?! Чёрт, ей хоть когда-нибудь достанется простое и ясное дело?
– Так, давайте ещё раз, напоминаю, что нас не слышат. Кто вы по видовой принадлежности? – вернулась она к прежней дилемме.
– Индеец, мэм, – гордо выпрямился парень, в его взгляде появился нехороший блеск, – это проблема?
– Ни в коей мере. Поверьте, чем я точно не страдаю, так это расовыми предрассудками. – Ещё бы, не чудовищу вроде неё проповедовать нетерпимость к другим существам. – Больше никаких подробностей о своём виде добавить не хотите?
– Моими предками были ацтеки, – озадаченно поразмыслив, дополнил задержанный. М-да, очень содержательная информация! Но не похоже, что парень насмехается над ней. Ладно, она зайдёт с другой стороны.
– Ваши родители живы?
– Не знаю, я воспитывался в детском доме, меня младенцем подбросили на его порог с запиской, в которой было имя, дата рождения и дополнение: индеец, ацтек.
Ого-го! Данное обстоятельство круто меняло дело! Вы только не говорите, что парень из Иных не в курсе, что он Иной! Но это объяснило бы шоковое состояние парня, испуганного тем, что его нос вдруг преобразовался в клюв. Проблема обрастала новыми гранями: любому человеку трудно узнавать глобальные новости о себе во взрослом возрасте, а оборотню – вдвойне. Если человек спокойно живёт себе двадцать лет, ни с кем не разделяя своё тело и разум, то внезапное пробуждение внутреннего зверя запросто сведёт его с ума. Такие случаи история знала, и Вэл прекрасно помнила учебник, рассказывавший, какими симптомами сопровождается при этом первый оборот: яростная агрессия, бесконтрольная власть зверя над телом, жажда битвы и крови.
Перспективы настораживающие, особенно когда не ведаешь, в кого рискует обратиться несчастный, напуганный паренёк.
– Простите, мне нужно сделать один звонок, – мило улыбнулась Вэл, отходя в дальний угол комнаты и ставя на минимум звучание динамиков в телефоне. Дежурный специального отдела полиции ответил моментально, и она представилась: – Адвокат Мэнс. Меня вызвали государственным защитником к арестованному, задержанному людьми лейтенанта Дэвиса. Нахожусь в комнате для свиданий его полицейского участка. Полагаю, к вам информация о задержанном не поступит... хотя должна была бы поступить.
Её поняли с полуслова.
– Нужна команда зачистки, мэм?
– Да, хотелось бы её видеть. На всякий случай. – Если парень сорвётся, вампиры сумеют избавить человеческих полицейских от травмирующих психику воспоминаний.
– Силовая поддержка? – с сомнением предложил дежурный, прекрасно знающий видовую принадлежность адвоката и оценивающий количество способных противостоять ей Иных как незначительное.