Дело скандальных ведьм (СИ)
В ремесле адвоката один из главных талантов – умение выдержать паузу. В повисшей тишине юрист владельца банка опять принялся нашептывать ему на ухо разумные вещи: об ответственности за распространение порочащих сплетен, про отягчение обвинения по данному поводу при отсутствии законного основания для наветов и так далее и тому подобное. Адвокат суккуба молчал весь последний час. Последней его репликой был стократно данный клиентке совет объявить о банкротстве страховой компании. Суккуб холодно отрезала, что всегда рассчитывается по всем своим обязательствам, и при попытке адвоката в сто первый раз заикнуться о том же она одарила его таким взором, что он побелел, замолчал, да так ни слова больше и не выдавил. Интересной дамой была Габриэла Ларс – демоница их высших, прекрасная как богиня, сдержанная и полная достоинства, как королева на церемонии коронации. На последнее заявление адвоката Мэнс она отреагировала, как ожидалось: резко подалась вперёд и уставилась на неё пронзительным взглядом небесно-голубых лучистых глаз. Да, приманку Вэл выбрала отличную: только объяснение ограблений форс-мажорными обстоятельствами могло спасти суккуба от уплаты огромных возмещений и полного разорения.
– Мой клиент готов подписать соглашение, – возвестил белоголовый орлан, и все вздохнули с облегчением, даже великолепная Габриэла, терявшая гораздо больше всех прочих сторон дела. Собственно, с учётом, что это третье её разбирательство, она теряла всё.
Суккуб решительно прошагала к Вэл, хмыкнула на настороженность Алекса, приготовившегося отражать атаку, и сказала:
– Вам повезло с адвокатом, Хэлл-младший. Мисс Мэнс, за вами не вьётся шлейф репутации юриста-пустозвона, так что вы имели в виду, говоря об «обстоятельствах непреодолимой силы»?
– Видите ли, когда происходят настолько крупные кражи, следствие первым делом задаётся тремя вопросами: кто украл, что украл и для чего украл. Как украл, где спрятал и кто помогал ворам – вопросы второстепенные.
– Это с какой стороны посмотреть: лично для меня куда важнее, «где спрятал» и «как вернуть украденное», – пожала изящными плечиками суккуб.
– Делаете ошибку в признаках объективной стороны преступления: для вас как раз важнее «для чего украли», причинная связь между действием и его последствиями. Вы считаете, три ограбления подряд именно тех банков, что застрахованы в вашей компании, – случайность, но это сомнительный постулат. После первого этапа расследования он ещё более сомнителен, чем раньше. Вы не следите за ходом следствия?
– Нет. Я просила доверенного секретаря рассказать мне о нём только в том случае, если поймают бандитов или найдут унесённые ими ценности. Так что же выяснили полицейские?
– Банковские хранилища взломали не гоблины, их запах был создан в помещениях искусственно, а механизм проникновения подделан под стиль гоблинской работы. Почему грабители так виртуозно подвели под обвинение именно обитателей подземных пещер? Логичный ответ один: гоблины не внесены в разряд форс-мажоров, снимающих ответственность со страховщика! Взломай банк инопланетяне, киборги или сверхсильный монстр, все возмещения легли бы на плечи государственных фондов, в том числе – Единого Американского Фонда Иных.
Суккуб крепко задумалась. Судья Накир, Алекс и владелец банка со своим адвокатом подступили ближе, не сдержав любопытства.
– В инопланетян и киборгов я не верю, – нахмурилась суккуб.
– Я тоже, – улыбнулась Вэл, – отсюда вопрос: кто желает вашего разорения?
– Масса конкурентов и не только они, всё одно, что искать иголку в стоге сена, – отмахнулась суккуб.
– Я бы взялась поискать, – намекнула Вэл, и тонкие брови демоницы поднялись на мраморно-белый гладкий лоб, – при некотором вашем содействии.
– Содействием я вас обеспечу, – растягивая слова и сосредоточенно прищурившись, пообещала Габриэла Ларс. – Если вам удастся списать грабежи на форс-мажор, выплачу десять процентов от суммы возвращённых фондом ЕАФИ** страховых покрытий.
От столь щедрого посула Вэл ахнула: десятая часть даже от одного миллиона долларов – крупная сумма, а если их сотни...
– В таком непомерном гонораре нет необходимости. Правду говоря, ваше содействие в расследовании обстоятельств преступления для меня важнее денежных наград. Тем более что за успешное раскрытие дела мне и так их обещано немало, – рассмеявшись, призналась Вэл. – Те же гоблины желают обелить своё честное имя.
– Десять процентов меня не разорят (в отличие от полной суммы выплат), и я никогда не отрекаюсь от данного слова. Мистер Хэлл, похоже, я похищаю вашего адвоката.
– Удачи, дамы, – галантно поклонился Алекс, страшно довольный, что его потери по делу ограбления банка уже определены и не столь весомы, как он опасался. – Вэллери, мама не простит, если ты улетишь, не повидавшись с ней.
____________________________________________
* Полис ВВВ (Bankers Blanket Bond) – полис страхования банков от криминальных рисков
**Единого Американского Фонда Иных.
Глава 14, о нешаблонных гипотезах
Контору Габриэлы Ларс не моргнув глазом именовать "конторой" могла только её владелица. При виде фирмы, занимающей два этажа небоскрёба, в голову Вэл приходили определения «концерн», «корпорация» и сходные с ними, хоть как-то отражающие размах и роскошь окружающего рабочего пространства. Неприятель суккуба верно рассчитал, что такого гиганта рынка страхований разорят лишь выплаты, близкие к миллиарду долларов, которые необходимо произвести сразу всей суммой и в кратчайшие сроки.
– Клиентам первого банка возмещения уже уплачены, но он был самым мелким из трёх, – горько произнесла демоница, заметив выражение лица осматривающегося адвоката. – Я пыталась оформить крупный займ в нескольких банках, но мне все отказали. Как говорится: «Ничего личного, просто бизнес». Банкиры готовы субсидировать твоё развитие, но отнюдь не оттягивание краха. Сложнее всего получить кредит тому, кто больше всего в нём нуждается. При финансовой поддержке я могла бы поддерживать фирму на плаву, пока новые прибыли не перекроют убытки, но руководители банков мыслят категориями «а вдруг не продержится, тогда мы своё не вернём». Я признала, что помощи ждать неоткуда, уже распродаю всё что могу, все ликвиды: и личные, и принадлежащие компании, но денег всё равно фатально не хватает. Впрочем, вас интересует другое.
– Меня интересует всё, что связано с преступлением. Ваши слова доказывают, что если я верно угадала цель ограбления банков, то эта цель практически достигнута.
– Кто-то из сильных Иных сколотил банду с одной целью – разорить меня? – скептически хмыкнула демоница.
– Не только вас и не только разорить, но не о том сейчас речь. Полиции катастрофически не хватает зацепок и подозреваемых, нам надо их отыскать.
– В моей конторе?!
– Разумеется, ведь именно здесь хранятся наиболее полные сведения обо всех застрахованных лицах и обо всём украденном.
– В полицию уже переданы списки унесённого из ячеек с данными их арендаторов и суммой оценки хранившегося, и вы сами сказали, что никаких зацепок копы там не нашли. – Распахнув дверь великолепного просторного кабинета, Габриэла пропустила Вэл вперёд и прошла к огромному столу у стеклянной стены с видом на Гранд-парк.
– Мы будем искать не там, где полицейские. Мне самой никогда не приходилось пользоваться банковской ячейкой, но при изучении переданных мне копий страховых договоров я обратила внимание на интересный момент. Клиент может арендовать ячейку двумя принципиально разными способами. В первом случае банковский работник принимает от клиента ценности, делает их опись, производит оценку с помощью соответствующего эксперта и контролирует их помещение в ячейку. Во втором случае клиенту выдают ключ от ячейки, и он сам, без свидетелей, помещает в неё всё, что сочтёт нужным. С учётом требований конфиденциальности и отсутствия внутри самого хранилища камер видеонаблюдения, никто из банковских служащих и страховщиков не знает, что лежит в ячейке, но такой вклад всё равно страхуется.