Не лечи мне мозги, МАГ! (СИ)

— Это чудо! Просто чудо! Куда там нашей магии до этого. 
Его восторг наполнял меня давно забытыми эмоциями. Хотелось продолжать удивлять и упиваться радостью другого человека. Это были настолько светлые чувства, что я решила немного изменить наш маршрут. 
— А хочешь, я тебе покажу всю Москву с высоты птичьего полета? 
— А это возможно? — с затаенной надеждой спросил он. 
  
— Если ты не побоишься подольше подниматься на «шайтан-машине». 
— С тобой? Нет, — серьезно ответил Георг. 
Я прикусила губу, смущенно кивнула и стала смотреть на карте, как побыстрее доехать до Москва-сити. 
Когда мы оказались на площадке небоскреба, и город раскинулся перед нами, как на ладони, я сделала шаг назад, оставляя Георга один на один с его эмоциями. Он долго стоял, вглядываясь вдаль. Ветер перебирал его волосы, а я любовалась идеальным профилем мага на фоне любимого города. 
Через некоторое время Георг повернулся ко мне и проникновенно сказал: 
— Благодарю. Как бы я хотел сделать тебе настолько же прекрасный подарок. 
Я растроганно кивнула. А в голове проскочила мысль: быть может, его появление для меня и есть тот самый бесценный подарок вселенной? 
  
Глава 9
 
Пока мы ехали к родителям, Георг молчал. Я не дергала его, понимая, сколько новых впечатлений свалилось на мага. Даже не знаю, смогла бы я остаться в здравом рассудке, пережив такое. 
Когда мы вышли из метро, Георг безапелляционно сказал, что без цветов и десерта к моей маме не пойдет. 
— Я — дворянин, а не голь перекатная. И пусть сейчас пребываю в стесненных обстоятельствах, но к родителям невесты, даже фальшивой, с пустыми руками не пойду! 
— Мы точно не сможем обойтись тортиком? — я предприняла последнюю попытку сэкономить свои нервы, почему-то казалось, что даже поход за цветами будет непростым. 
— Тортик тоже возьмем, не волнуйся. 
Я простонала и понуро поплелась к цветочному магазину. 
— Выбирать цветы буду я, — Георг и тут принял решение, не спросив меня. 
— Почему это ты? У меня тоже прекрасный вкус. 
— Букет для будущей мамы должен быть говорящим. Ты знаешь язык цветов? Нет. Значит, и не влезай, — безапелляционность Георга в очередной раз заставила меня злобно зашипеть. 
Но маг уже вошел в цветочный магазин, и мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним. А как хотелось не ходить — посмотрела бы я, как он букет без денег приобретет! 
«Нет, у Георга определенно дар выводить людей из себя. Я ведь не такая! Я не злюсь на всех подряд, наоборот, совершенно неконфликтная. Мне всегда легче пойти на компромисс, но с магом все иначе. Внутри будто просыпается ураган бешенства. Вот только хорошо это или плохо? Непонятно», — так я размышляла, пока Георг с восторженно глядящей на него молоденькой продавщицей выбирал цветы. 
В итоге получился красивый букет из фиолетовых эустом, белых альстромерий и еще каких-то «зеленушек». Я безропотно оплатила цветы, поймав при этом любопытный взгляд продавщицы. 
Когда мы вышли, Георг сердито сказал: 
— Мне не понравилось, что ты платила, будто я альфонс какой-то. Отвратительное чувство. Мне нужно решить вопрос с деньгами. Может, я могу где-то заработать? Или все-таки попробовать продать кольца? 
— У тебя есть знакомый ювелир, который без проблем возьмет камни и не спросит откуда они? У меня — нет, — сказала я. — А с работой можно решить. Мне нужны будут лишние руки для подготовки свадьбы, да и на самом мероприятии. Если ты не боишься любой работы, конечно. 
— Мила, я уже давно ничего не боюсь. Хуже безалаберных студентов Академии Магии быть ничего не может. Кстати, знаешь, что означает лизиантус? — спросил Георг. 
— Чего? — опешила я, в голову полезли мысли далекие от приличных. 
— Цветок, говорю, вот этот — знаешь, что обозначает на языке цветов? — и Георг ткнул пальцем в эустому. 
— Н-нет. Я даже не знала, что он называется так, как ты сказал, — ответила я, мысленно ругая себя за неуместные фантазии. 
Уже возле подъезда Георг закончил рассказывать о том, какой цвет эустомы, о чем говорит. Выходило, что весь его букет говорил об уважении и благодарности. 
Мы поднялись на четвертый этаж. Перед квартирой я схватила Георга за руку и с волнением заглянула ему в глаза: 
— Ты же все помнишь, что мы обсуждали? 
— Не волнуйся. Все будет в порядке, — сказал маг и хитро добавил: — не забудь только меня касаться почаще, мамы очень хорошо считывают язык тела. 
Я закатила глаза, показывая, что лекцию об еще одном языке я не выдержу. Впрочем, хорошо, что Георг болтал всю дорогу. Ведь чем ближе мы подходили к дому родителей, тем больше я жалела, что затеяла все это. От волнения меня начало потряхивать. В первый раз знакомлю родителей с парнем, да еще с таким колоритным и … фальшивым. 
— Ну, с Богом! — выдохнула я и, отбросив сомнения, нажала на кнопку звонка. 
  
Глава 9/1
 
Родители встретили нас радушно. Мама долго ахала над букетом, папа одобрительно кивнул и подмигнул мне. Стол был накрыт по всем правилам «новогоднего», тут была и сельдь под шубой, и оливье, и мамины фирменные котлетки. 
Георг ел, прикрывая глаза от удовольствия, и нахваливал хозяйку. Впрочем, делал все искренне, пожрать Его Сиятельство любило. Как только первый голод был утолен, мама пошла на кухню, чтобы принести еще котлет. 
За столом разлилось напряженное молчание. И тут Георг увидел висящую на стене казачью шашку. Давным-давно папе подарил ее какой-то друг, мама не придумала ничего лучше, чем повесить ее на ковер. 
— О! Сабля! — Воскликнул Георг и встал из-за стола. 
— Шашка, — негромко поправил его папа и проводил ошарашенным взглядом. 
Я на мгновение растерялась и упустила момент, когда еще можно было остановить Георга. 
— Прекрасное оружие, — сказал тем временем маг, вытаскивая шашку из ножен. — Я умею таким работать. Наставники всегда были довольны. 
— Может не на… — больше ничего сказать я не успела. 
Видимо, желая произвести на папу приятное впечатление своими бойцовскими навыками, Георг начал показывать приемы и удары. Папа быстренько отполз ко мне на диван. Маг же самозабвенно продолжал разрезать шашкой воздух. Надо сказать, выглядело это мастерски. 
Но тут, как назло, вошла мама, держа в руках тарелку с котлетами. 
— А что происходит? — растерянно спросила она. 
Георг, находящийся к ней спиной, обернулся, а шашка по инерции прошла несколько дальше, чем он планировал. И встретила на своем пути ствол нежно любимого мамой фикуса. Растение с печальным хрумком пало в неравной схватке. Его крона, до этого гордо упирающаяся в потолочную плитку, пала к ногам Георга. 
— Мой фикус! — слабым голосом сказала мама и осела на стул. 
— Я не хотел. Прошу меня простить, — забормотал Георг, кинув на меня молящий взгляд. 
— Мамочка, он не нарочно. Ну хочешь мы его назад примотаем, а? Или отсадим, и будет у тебя два фикуса. 
— Ничего не надо, — мама горестно вздохнула, но взяла себя в руки и велела папе: — унеси его. 
— Как давно я об этом мечтал, — шепнул мне папа. 
Пока папа убирал последствия коварного нападения Георга, мама села напротив нас, подперла ладонями подбородок, и я увидела в ее глазах характерный блеск «дознавателя». А значит, нужно было действовать на опережение. 
— Я хотела кое-что рассказать, — я взяла Георга за руку и переплела наши пальцы, ощущая ладонью тепло мужской кожи. 
— Ты беременна? — ахнула мама, всплеснув руками. 
— Что? Мама! Я не беременна! — возмутилась я. — Да даже если так, ты была бы не рада? Ты мне последние пять лет твердишь, что хочешь внука. 
— Нет, конечно, рада, — пошла на попятную мама, — но что люди скажут? Надо же свадьбу сначала. Ладно, раз ты не беременна, говори, что хотела. 
Папа тихонько посмеивался над этим представлением. Он у меня старается находить веселое в любой жизненной ситуации, иначе не прожил бы с мамой душа в душу столько лет.