Системный Экзорцист. Книга III (СИ)
— Евгений Геннадьевич, всё сделаю в лучшем виде.
— Молодца. Когда это мудачьё привезёт деньги, получишь премию. Всё по чесноку.
— Премия — эт хорошо, эт я люблю. Всё, я поехал.
— Давай. Как закончишь, с трупами наших разберись. А то не порядок.
— Сделаем, — в голосе Олежи было спокойствие всего мира, как будто он вёз коробку с котятами, а не обезумевших убийц, только что разорвавших в клочья четырёх человек.
Двигатель зажужжал, и наши клетки поехали в неизвестном направлении. Дорога ухабистая, меня по металлической коробке швыряло туда-сюда. Защититься от ударов невозможно. Пришлось вцепиться в прутья, то и дело рискуя приложиться о них мордой.
Через двадцать минут Олежа заглушил мотор и трижды посигналил.
— Вован! Открывай!
— Да ё-моё, Олежа, вы уже запарили! Дадите мне пожрать сегодня или нет?
— А чё такое?
— Да ёп, каждые полчаса кого-то привозят. Инки походу решили все выпилиться. Мандец какой-то. За неделю, я хрен его знает, человек пятьсот уже, наверное, привезли. Ёманарот. Раньше работа царская была. А щас как сраный веник ношусь туда-сюда.
— Володь, да я понимаю. Ты ж сам в курсе, что я тож не рад лишний раз жопу со стула поднимать. Открывай. Раньше закончим, раньше вернёмся к отдыху.
— Да открываю я, открываю. Просто бесит.
— Чё там Степаныч? Давно не видел его.
— А всё, кончился Степаныч. Идиот старый. Прикинь, привёз Иван партию вот таких же зверей. Ну и на выгул тащат их. А Степаныч — любопытный старый хер. Взял и заглянул в клетку. Оттуда рука хвать за кадык и вырвала его на хрен!
— Да ты шо?! Мать моя императрица. Вот таких историй понаслушаешься, лишний раз технику безопасности нарушать не станешь.
— Ага. Вот такие дела. Давай, закатывай.
Послышался шелест распахивающихся ворот, и наши клетки втащили внутрь какой-то заставы.
— Олеж, я щас подниму железяку, а ты толкай клетки. Потом поможешь открыть их, лады?
— Если чаем угостишь, то, конечно, лады.
— О-о-о, не только чаем. Ещё и пирожков с картохой дам. Жена напекла, язык проглотишь! Я те говорю! Давай... ать! О молодца! Всё, закрываю. Руки убирай. Ага.
Позади моей клетки послышался металлический удар, и стало совсем темно. Какое-то время ничего не происходило, а после сверху спустились стальные пруты, к которым были приварены ключи.
Клац! Все ключики вошли в замочные скважины клеток.
— Олежа, выпускай по одному, а я пока чайник поставлю.
— Ну, удачной вам охоты, зверята, — сказал Олежа, и справа послышался скрежет открывающегося замка.
Глава 13
Новый щелчок замочной скважины происходил каждые пятнадцать минут. Слышалось копошение, недовольный рык приходящего в себя инквизитора, а после грохот ударов о сталь. Заканчивалось всё удаляющимся топотом ног.
Два часа спустя настала и моя очередь. ЩЁЛК! Клацнул замок. Ш-Ш-Ш! Поехала вверх стальная плита. А после рассветные лучи безжалостно ударили по глазам, которые слишком привыкли к темноте.
Холодина жуткая. Пар валил изо рта, мурашки бегали по телу, а голову хотелось втянуть в плечи. Правда, вряд ли это как-то помогло бы.
Прищурившись, я вышел из клетки и осмотрелся. Впереди пустырь в сотню метров, а за ним густой лес. Повернулся назад и увидел, как на стене высотой в десять метров сидят Олежа и Володя, пьют чай, жуют пирожки и смотрят на восход солнца.
Вот тебе и санаторий... Беги, дружок, лечись на свежем воздухе, кушай только полезную еду, если сможешь добыть. А если не сможешь, то голодание — оно ведь тоже целебное. Не санаторий, а заповедник какой-то...
Вправо и влево до самого горизонта уходила каменная стена. Да, империя света необъятна, а ещё жестока. Из леса донёсся женский крик и очень быстро затих.
Не тратя времени, я побежал в сторону звука. За спиной раздался комментарий любителя чая.
— Володь, этот чёт вялый какой-то. Предыдущие резвые были, злые. А этот доходяга. Видать, новичок, не успел вкачаться.
Было острое желание повернуться и остудить его напиток меткой смерти, но лишний шум ни к чему. Я пробежал сотню метров, и позади раздался лязг открываемой клетки. Сука! Я даже до леса не добежал! Где моя пятнадцатиминутная фора?!
Дремучий лес с поваленными деревьями, кучей бурьяна по пояс, а также густым кустарником. Найти кричащую жертву оказалось нетрудно. Просто беги по следам, которые оставили инквизиторы. А их, к слову, было навалом: сломанные ветки, придавленная трава, обрывки одежды, звуки ударов и громкого чавканья.
Выглянул из-за дерева и застал инквизитора, склонившегося над обезображенным телом. Руки в крови по локоть, лицо потеряло людское очертание: удлинилось, скулы заострились, зубы превратились в звериные клыки.
Инквизитор, подняв голову принюхался. Застыл на мгновение, а после повернулся ко мне и заревел, создав эхо, покатившееся по округе. От такого вопля даже птицы с деревьев вспорхнули.
Инк ринулся в атаку. Двадцать метров, разделявших нас, исчезли под его ногами за считанные мгновения. Крючковатые пальцы рубанули по воздуху слева направо. Я с лёгкостью уклонился, а вот толстенная сосна не успела.
Дерево с хрустом переломилось в месте удара. Отскочив назад, я использовал метку смерти. Как только моя рука поднялась вверх, инк каким-то звериным чутьём ощутил опасность и спрятался за деревом.
Просвистев, сталь пробила преграду насквозь, вот только инка за ней уже не было. Ублюдок улепётывал по лесу, перебегая от одного ствола дерева к другому. Готов поспорить, что в человеческом обличии перебить толстенное дерево он не смог бы.
Среди шума, создаваемого инквизитором, я услышал, как справа хрустнула ветка и тонкий голос шёпотом выругался.
— Выходи! Я тебя не трону! — крикнул я. И, как выяснилось, зря.
Матерившийся ускорился и побежал через лесную чащу, а позади послышался новый рык. Мне повезло. Это был мой хороший друг Георгий. Он и при жизни особо ни с кем не церемонился, а сейчас и подавно.
Обернувшись назад, я увидел, как видоизменившаяся морда летит с выставленными вперёд когтями. Уклониться не успеваю. Если выстрелю меткой, убью его, но и когти пробьют мне грудь. Я, может, и не сдохну сразу, но оставшиеся инки точно добьют. Значит, настало время страданий!
Секира ярости!
Топор не успел материализоваться, а уже перехватил контроль над телом. Рука рванула вправо. Широкое лезвие наотмашь врезалось в район локтя Георгия и с неприятных лязгом перерубило обе руки.
Одержимого это нисколько не смутило. Он продолжил бежать, широко раскрыв пасть. Топор щедро накормил голодающего. Рывком крутанув меня волчком, лезвие секиры врезалось Гоше в челюстной сустав и отделило мозги от тела. Гоша и при жизни ими не особо пользовался, из-за чего потери не заметил.
Огрызок инквизитора прыгнул на меня. Моё тело сместилось, и руки завели топор для удара в район печени. С чавканьем на траву брызнули потроха и кровь. Разрубленный по пояс инквизитор барахтался ещё какое-то время, но вскоре затих.
В очередной раз порадовался тому, что у меня есть демоническая секира. Да, эта скотина после каждого удара оставляет и мне порез, но как же она, сука, хороша!
Я убрал топор в инвентарь и взглянул на труп. Пригляделся и заметил, что в верхней части тела инквизитора что-то пульсирует. Прикоснулся к плечу инка. Увы, никакого лута.
Странная пульсация не успокаивалась, несмотря на то что сердце уже прекратило биться.
Брезгливостью я уже давно не страдал. Присев на колено, засунул руку в требуху инквизитора и спустя пару секунд вырвал с мясом красный кристалл. Камень переливался в рассветных лучах, а из его идеальной поверхности торчали розовые нити, которые, оказавшись на воздухе, за секунду превратились в пыль.
Семя тьмы.
Класс — ингредиент.
Тип — легендарный.
Особенности — встраивается в тело жертвы. Лишает её разума и дарует силу демона. Также семя тьмы накапливает души убитых носителем, после чего передает их своему создателю Пифону.