Солнечный луч. На пороге прошлого

– Почему Белый Дух показался тебе? – произнес Веран. – Ты не родилась в нашем мире, а мы…
– Ты не прав, Веран, – остановила я. Теперь я говорила строго: – Каждый изо дня в день смотрит на Создателя. Он – это весь мир. В каждом Его творении ты видишь Отца. И Он всегда рядом, всегда за твоим плечом. Никогда не сомневайся в Его милости, потому что Белый Дух со своими детьми. Строг, но справедлив. Велик и мудр Отец.
– Истинно, – мужчины склонили головы, соглашаясь.
– А меня не удивляет, что Белый Дух явил свой лик Ашити, – внезапно произнес Элькос, и взгляды переместились на него: – В нашем мире правят иные боги. И по нашим традициям мы выбираем себе среди них Покровителя. Обычно женщины предпочитают богиню Левит. Она помогает женщинам, защищает и оберегает их. Но Ашити избрала Хэлла. У нас называют его богом-счастливчиком, Великим Странником и Весельчаком. Говорят, что скакуном Хэллу служит ветер, и он несет на своих крыльях удачу. Обычно его почитают те, кто ищет удачи в делах. А еще наша Ашити, и Хэлл принес ее в Белый мир в минуту, когда девочке угрожала страшная опасность.
И пока он говорил, взгляды нескольких ягиров переместились на Ветра, после на меня, и я улыбнулась, подтверждая их догадку.
– Так вот почему ты ловишь ветер, – произнес Берик. – Ты трогаешь своего Покровителя из родного мира.
– Хэлл всегда со мной, – улыбнулась я. – Даже когда я не помнила себя, то слышала его голос в шелесте листвы. Хэлл говорил, что он всегда со мной, что рядом. Он и Белый Дух. А еще Дурпак, Хайнудар и Тагудар. А теперь я, надеюсь, еще и Илсым не оставит в нужную минуту.
– А твое имя? – спросил Тахир. – Ты вспомнила, как тебя назвали при рождении?
Ответить я не успела, потому что вместо меня заговорил магистр:
– О, у нашей дайнани чудесное имя. При рождении ее назвали Шанриз, что означает – солнечный луч.
– Как и Ашити, – улыбнулась я. – Ашит – значит свет, а Ашити – луч света. Выходит, что в обоих мирах меня зовут одинаково.
И я легко рассмеялась, улыбнулся и магистр. Берик кивнул, соглашаясь, а кто-то из ягиров произнес:
– Потому и светишь, как ласковое солнышко.
Я привычно уже смутилась и поспешила сменить тему беседы:
– Ну, вот мы и добрались до столбов. Оставим все вопросы на потом и осмотримся.
– Как скажешь, дайнани, – не стали спорить мои телохранители.
Мы остановились перед каменным столбом и дружно задрали головы кверху, рассматривая его. Даже Ветер. Саул потянулся к нему носом, после фыркнул и отошел в сторону, кажется, громадина моему мальчику не понравилась. А может, попросту не вызвала интереса.
На ягиров каменный исполин также не произвел впечатления, несмотря на грандиозные размеры. Кто-то фыркнул похоже на Ветра и отвернулся. Впрочем, это больше походило на наблюдение за окрестностями, чем просто презрение к творению Илгиза. Двое и вовсе направились за столб, чем еще больше укоренили в мысли об охране. Воины пришли сюда не любоваться.
– Что-то чувствуете, магистр? – спросила я Элькоса.
Он стоял перед столбом, пока не спеша прикасаться к нему и не производя иных манипуляций. И молчания нарушать тоже не спешил. Однако после моего вопроса повернул голову и, посмотрев рассеянным взглядом, попросил:
– Расскажите еще раз об этом месте, душа моя.
– Извольте, – с готовностью отозвалась я. – Это место было чем-то вроде мира в мире. Эти столбы держали свод, если уместно такое определение. Раньше здесь был полог, который не пропускал солнечного света, и в этом месте всегда царил сумрак. Из-за этого растительность почти отсутствовала, зато были болота, населенные созданиями Илгиза. Жуткие и бесполезные твари, стоит заметить. Мне довелось лично познакомиться с черыном. Он парализовал жертву своим криком, а после пожирал ее. Еще об одном слышала от илгизитов, его прозывают ползун, но, хвала Высшим Силам, с ним я не познакомилась даже издали. И если он был поблизости, не видела…
– Всё это занимательно, – прервал меня хамче, – но я прошу рассказать мне не о флоре или фауне этого места, а вот о нем, – он указал взглядом на столб. – И о том, что с ним связано.
 
Одарив магистра недовольным взглядом, я все-таки признала, что отдалилась от сути дела.
– Ну, хорошо, – кивнула я. – Стало быть, столбы держали свод, хотя я могу и заблуждаться. И если поначалу, пока меня вели илгизиты, я видела их, как сейчас, то в какой-то момент мы оказались на обрыве, на дне которого также были столбы, но мы уже находились над пологом. Сама я едва не упала, увлекшись вопросами, но Рахон удержал, а после заскользил по нему, как мы катаемся на коньках по замерзшему озеру. И таким образом мы переместились к горам, за которыми находится Дэрбинэ. А когда мы спустились с полога, то никакого леса уже даже не было видно, он остался где-то очень далеко. Однако стоит отметить, что без подручного махира, я бы прошла место разрыва по лесу, и ничего бы для меня не изменилось. Так объяснял пятый подручный.
– Я услышал вас, дорогая, – ответил маг и попросил, – а теперь не мешайте. Я немного поработаю.
Вздохнув, я покорилась и отошла на несколько шагов, однако продолжала наблюдать за Элькосом. Мне отчего-то подумалось, что он сейчас опять встанет на четвереньки и будет слушать землю, как выразились дочери Архама. Но магистр не спешил падать ниц перед исполином. Вместо этого, хамче оперся на столб ладонью, после закрыл глаза и медленно выдохнул. Так и замер, сам став похожим на истукана.
Не знаю, сколько времени прошло, но я устала просто стоять и ждать, когда маг огласит результаты своих изысканий. Даже Ветер успел уже обследовать каждый клочок земли вокруг меня, а Элькос всё еще не пошевелился.
Передернув плечами, я скинула оцепенение и направилась прочь от столба и хамче. Недалеко. Попросту решила последовать примеру саула и оглядеться. Берик и два ягира пошли за мной, Ветер, разумеется, тоже. Остальные воины продолжили следить за подступами к месту, где изнывала от ожидания и любопытства их дайнани.
Я вспомнила место, где провела ночь, когда попала в Каменный лес впервые. После покрутила головой и пожала плечами – найти схожесть или различия мне не удалось. Наконец, я решила, что это все-таки не то место, потому что здесь не было валуна, из-за которого на меня смотрел черын. Впрочем, ностальгии по тем событиям у меня не имелось, потому на воспоминания махнула рукой и прошла еще дальше.
– Остановись, – велел Берик, и я послушно замерла там, где меня настиг приказ.
Мой телохранитель и один из ягиров прошли вперед. Берик вытянул наполовину из ножен ленген, второй воин скинул с плеча лук и наложил на него стрелу.
– Что там? – отступив назад, спросила я. Однако шею вытянула и попыталась рассмотреть, что могло встревожить ягиров.
– Болото еще не высохло, – ответил воин, оставшийся со мной. – Тянет гнилью.
Я принюхалась и теперь ощутила то, о чем говорил ягир. И вправду тянуло гнилью, но запах был столь слабым, что я даже не заметила его. Либо болото все-таки основательно высохло, либо пахло не оно. А потом я увидела, как ягир, ушедший с Бериком, все-таки натянул тетиву, и стрела улетела мимо моего телохранителя.
После этого ягиры развернулись в обратную сторону, и я спросила:
– Что там было?
– Это ленай, – ответил Берик. – Жрал кого-то.
– Кого-то? – охнула я.
– Похоже, ту тварь, которая жила в этом болоте, – ответил мне второй ягир. – Ленай и падаль съест, не подавится, а этот, похоже, недавно сдох.
– А зачем стрелял? – спросил воин, оставшийся со мной. – На людей ленай не нападает, если не трогать.
– Он зубы показал, – усмехнулся Берик. – Якил ему ответил. Не убил, – тут же добавил он, увидев, как я прикрыла рот кончиками пальцев. – Мимо стрелял, просто пугнул. Ленай даже не отошел, дальше жрет.
– Я этого зверя никогда не видела, – сказала я. – Могу я на него взглянуть? Любопытно.
– Идем, – мой телохранитель кивнул и снова повернул к болоту.
Запоздало вспомнив, чем занят змееподобный зверь, я, было, приостановилась, но затем всё же продолжила путь, чтобы не показывать свой страх перед мертвецами. Тагайни, а тем более ягиры, не преминули бы после напичкать меня остротами. Пусть дружескими, но вполне возможно, неприличными. Выслушивать их у меня желания не было. И потому я решила, что буду смотреть только на животное.