Инвестиции в семью (СИ)

- Ничего, что могло бы пойти тебе или моему сыну во вред. Не веришь?
Отрицательно качаю головой. О каком доверии между нами может идти речь? Смешно.
- Я дам тебе оружие против меня. Ты сможешь меня наказать, если посчитаешь нужным. Хочешь?
Снова качаю головой. Наверное, это глупо и стоило бы воспользоваться столь заманчивым предложением. Но не могу. Месть – это точно не обо мне. В конце концов, он избавил меня от Васильева и несмываемого позора. За время, что мы с ним официально женаты, у меня нет к нему претензий. А наказывать за прошлое или делать гадости в будущем – слишком низко даже для обиженной бывшей жены.
- Я расскажу тебе, для чего был задуман наш брак, – Влад будто не слышит меня. – После нашего развода я почти сразу уехал за границу. Ты, наверное, не поверишь, но я очень тяжело пережил наше расставание…
Да-да, я помню ту даму, с которой он развлекался на видео для взрослых. Он мог тогда сделать хотя бы тест ДНК, если наши отношения были для него сколько-нибудь важны, и не торопиться с разводом.
- Дед болел. Я не сразу узнал об этом. Когда приехал, он уже был плох, а потом быстро умер. В общем, некоторое время концерн выживал фактически без руководства. Были совершены некоторые ошибки, последствия которых теперь приходится расхлёбывать. И на сегодня ситуация в целом не такая хорошая, как могла бы быть. Если очень коротко: мне нужно либо продать химзавод, потому что он стал убыточным, либо найти где-то инвестиции, чтобы реанимировать его. 
- Зачем ты мне всё это рассказываешь? – создаётся впечатление, что он уводит разговор в сторону, чтобы запудрить мне мозги или вызвать сочувствие. Хотя последнее на Влада не похоже.
- Это – предыстория. Так вот, я нашёл перспективного иностранного инвестора. Он сейчас рассматривает разные варианты вложения денег в предприятия нашего региона. Но у него пунктик на том, что бизнесмен должен иметь семью. А у меня были на тот момент отношения, но совсем не на том уровне, когда может возникнуть мысль о браке.
- А со мной не было отношений, но мысли возникли? – ехидничаю, потому что пока никаких других эмоций его рассказ не вызывает. Разве так ведут серьёзный бизнес взрослые и ответственные мужчины?
- Не передёргивай. С тобой у нас договор… Я узнал, что ты работаешь на него.
- Я? Что за ересь? Ни на кого я не работаю!
Ничего себе заявление! Я работаю на какого-то миллионера-инвестора? Ну и фантазия!
- Ты что-то ищешь для него в архиве. Он приезжает завтра.
- Вайнштейн?
Влад кивает.
- Он – инвестор? – переспрашиваю излишне эмоционально, новость меня шокирует.
Я общалась с Робертом несколько раз по видеосвязи. Дед выглядит забавным и явно не бедным, судя по обстановке помещения на фоне. Но на миллионера он никак не тянет. Такой себе заокеанский пенсионер, точно, как в фильмах…
- Земля круглая… В общем, ты мне показалась самым идеальным вариантом. Я подумал, что напрошусь сопровождать тебя, скажем, на ужин в ресторан. Ведь старик повёрнут на семье и наверняка отнесётся благосклонно, если я пойду с тобой. А там я как будто невзначай мог бы заговорить с ним о делах. Учитывая его заинтересованность в вашей работе в архиве, я рассчитывал получить дополнительные бонусы.
Звучит неправдоподобно. Не бывает таких совпадений! Ерунда какая-то. Разве Вайнштейн на такое купится?
- Без семьи мои шансы заполучить инвестирование стремятся к нулю, я сразу проигрываю всем конкурентам. Этот чудак никогда не заключает договора с холостыми мужчинами. На кон поставлено слишком многое. Если мне не удастся обаять старика, то придётся продать химзавод. Без него, конечно, жизнь продолжится. Но однозначно, она будет не такой яркой, интересной и прибыльной. Ну и деду я перед смертью пообещал, что удержу его на плаву. Нехорошо будет не справиться.
- И зачем тогда ты решил разорвать наш договор, если для тебя это так важно? В чём подвох?
Я не понимаю. Ничего не понимаю! Не вижу логики в его поступках! Столько всего накрутил ради этого инвестора, а теперь от всего отказывается? Розовский никогда бы так не поступил без какого-то умысла. Для него бизнес важнее всего в жизни. Он – настоящий внук своего деда, недаром Грозов его обожал и всячески привлекал к руководству концерном.
 
- Зачем? – переспрашивает Влад как будто растерянно. – Наверное, от отчаяния… Хочу, чтобы ты поверила мне. Чтобы доказать тебе, что я не желаю тебе и Георгию зла и хочу быть ему нормальным отцом. Я готов ради этого очень на многое, даже пожертвовать заводом.
Услышав о Жорике, начинаю злиться. Я не знаю, как защитить его от этого горе-папаши. Да, разумом понимаю, что Владлен имеет полное право быть его отцом. Но у него какое-то очень извращённое представление о правах. Они есть только у него, но никак не у меня. А оказаться за бортом жизни сына я ни за что не хочу. И что бы он ни говорил, я ему не верю.
- Какое отношение мой сын имеет к твоему заводу и планам по охмурению инвестора? Что за бред?
- К заводу? Сейчас пока, наверное, никакого. А в дальнейшем, надеюсь, он станет моей правой рукой, преемником…
- Не заговаривай мне зубы! – прерываю его поток откровенной демагогии. – Что ты задумал? 
Кажется, я сижу на пороховой бочке, а где-то уже подожжён бикфордов шнур, огонь подбирается ко мне, и каждую секунду я рискую взлететь в воздух.
- Я хочу быть Георгию нормальным отцом, – повторяет. – Я имею на это право. 
Меня подрывает это его “право”.
- Если бы тебе нужен был мой сын, – злобно шиплю, – ты сделал бы четыре года назад тест ДНК. Любой мало-мальски адекватный мужчина, который мечтает о ребёнке, уцепился бы за этот шанс. Но нет… Ты как с ума сошёл со своими дурацкими предрассудками и страхами. Сохранил репутацию? Помогло тебе? Приятно, когда твои же самые близкие и родные люди спрашивают, какого чёрта ты привёл в их дом моего сына? Да ты даже Вайнштейну его не можешь представить как своего ребёнка! Потому что Жорик тут же сдаст тебя с потрохами.
- Мила, я – не уголовник, не наркоман, не асоциальный элемент. Ты не можешь лишить меня родительских прав только потому, что я когда-то совершил ошибку! Я хочу всё исправить!
Мне так больно, что каждый вдох даётся с трудом. И страшно… Потому что знаю, что ему ничего не стоит переступить через меня. Он уже сделал это однажды. И сейчас тоже ведёт какую-то игру, суть которой я пока не могу уловить.
- Вот потому я и разрываю наш договор. Хочу быть честным с тобой…
- Розовский, это шутка такая? – меня разбирает нервный смех. – Причём тут завод?
Ну как это можно принимать за чистую монету? Я прекрасно помню, что для Грозова значили его предприятия. Да он всю жизнь отдал своему делу! И Влад готов так глупо подставить концерн под удар? И ради чего? Если на то пошло, свои благие намерения он может проявлять другими способами.
- Я просто прошу тебя помочь мне заполучить благосклонность Вайнштейна. Не как фиктивная жена, не потому, что обязана… Если ты решишь наказать меня и откажешься или даже сдашь меня старику, я пойму и приму как справедливое наказание.
Набираю побольше воздуха, чтобы разразиться гневной тирадой, но запал почти сразу сходит на нет.
- В чём подвох? – я спрашиваю в который раз за день, но так и не получаю ответа.
-------------------------------
[1] Диана – героиня кинофильма «Чудо-женщина» (2017).
  
Глава 25
 
Возвращаюсь от Владлена эмоционально выжатая. Нам так и не удалось договориться. Не могу ничего с собой поделать – я ему не верю. Раз за разом вспоминаю передвинутую дату развода – и ненавижу его так же, как и четыре года назад. Почему-то всё могу понять и даже, возможно, простить, учитывая обстоятельства, которые отчасти сама же спровоцировала, кроме этой проклятой даты.
И никак не оставляет ощущение, что Розовский что-то задумал. Недаром заговорил о разрыве договора, который, по большому счёту, не слишком меня напрягает. И, главное, заявил о разводе.