Инвестиции в семью (СИ)

Даже мои консервативные родители спокойно отреагировали на развод. Правда, с тех пор они не оставили мечты о наследнике от меня и периодически активно капают на мозги.
Перепроверять Риту и искать изъян в её информации или выводах – бессмысленная затея. Но я всё-таки провожу вечер в детальном изучении того, что она нарыла об этом Вайнштейне и его странных предпочтениях.
Идея брака с Лерой напрягает. При всех её положительных качествах она может быть шикарной любовницей при встречах в разумных дозах. Но видеть её в своём доме каждый день – это явный перебор…
Тем не менее, взвесив все “за” и “против”, я отправляюсь в ювелирный. Обычно подарки Лере покупает Рита. У помощницы – безукоризненный вкус, и не было ещё случая, чтобы она в чём-то промахнулась.
Но почему-то кольцо для помолвки она категорически отказалась выбирать. Говорит, что такие вещи нужно покупать по своему вкусу. Хотя какая разница? Это когда-то в молодости я считал, что кольцо для невесты должно быть особенным. Тогда я заказал его ювелиру, долго морочил ему голову, согласовывая эскиз. Сейчас даже вспоминать смешно.
По дороге на работу заезжаю в центре в большой ювелирный. Огромная площадь, разделённая на тематические зоны. Тут есть украшения на любой вкус и кошелёк. Отправляюсь прямиком в отдел с бриллиантами.
Продавщица, оценив мой прикид и платежеспособность, начинает суетиться и предлагать варианты подороже. Но всё сделано топорно и кажется мне полной безвкусицей. Как будто совершено безразлично, как выглядит само кольцо, если в нём – крупный камень.
Мелькает мысль снова обратиться к ювелиру и заказать что-то по-настоящему красивое. Но оценит ли Валерия? Не уверен. Подозреваю, что она из тех, кому лишь бы булыжник побольше да цена подороже. Махнув рукой, делаю свой выбор.
- Я возьму вот это, – тычу пальцем в одно из колец, которое раза три крутил в руках и откладывал. – И коробочку красивую, ну вы сами понимаете…
Пока девушка занимается упаковкой, от нечего делать верчу головой по сторонам и прохаживаюсь по отделу. Все витрины встречают меня ослепительным блеском дорогих камней.
Мой взгляд цепляется за необычное кольцо на витрине в самом углу. Наклоняюсь, чтобы рассмотреть его поближе. Украшение даже без камня было бы произведением ювелирного искусства. А с абсолютно прозрачным бриллиантом оно однозначно даст фору всему, что маняще смотрит на меня с разных сторон.
- Можно мне посмотреть это кольцо? – сам не понимаю, почему произношу вслух.
- Я могу его показать, но это – комиссионный отдел, – с оттенком брезгливости в голосе отвечает девушка. – Вряд ли вам это интересно.
- И всё-таки, – продолжаю настаивать.
Она с готовностью открывает витрину и протягивает мне колечко. Это оно, сомнений нет. То самое кольцо, которое семь лет назад я надел на безымянный палец своей бывшей жене.
Интересно, она только сейчас решила от него избавиться или его перепродаёт новый владелец?
- Я его возьму, – сообщаю девушке своё решение.
Понятия не имею, зачем оно мне нужно и что я собираюсь с ним делать. Порой мы совершаем поступки, которым нет логичного объяснения.
Продавщица удивлённо пожимает плечами и начинает нахваливать мой выбор. Из вежливости не перебиваю её, но прошу ускориться с оформлением.
В офисе достаю и снова рассматриваю кольцо из комиссионки. Красивое… Я никогда не покупал Миле банальные побрякушки. Мечтал подарить ей звезду с неба… Столько всего с ней планировал! Как в итоге глупо и банально всё развалилось.
И какой смысл в этих браках по любви? Если бы не родители, считал бы, что рассказы о семейном счастье длиной в целую жизнь – это красивый миф. С другой стороны, мои старшие сёстры замужем уже больше десяти лет, успели родить мне на двоих пятерых племянников. И умудряются выглядеть счастливыми…
Может, всё дело в том, что у женщин и мужчин – разное представление о счастье?
  
Глава 2
 
Эмилия 
- Эмилия, ты на календарь смотришь? У тебя в сентябре заканчивается срок аспирантуры. Надеюсь, тебе не нужно напоминать, что если диссертация к этому времени не будет представлена на кафедре, то по правилам ты должна будешь возместить государству стоимость твоего обучения за три года? – профессор Васильев смотрит своими бесцветными радужками на меня в упор.
 
Терпеть не могу людей с невыразительными глазами. Они кажутся мне ужасно неискренними и скользкими как рыба.
- Владимир Андреевич, у меня почти всё готово. Вы же знаете, работа написана, – перевожу взгляд и концентрируюсь на ручке, которую руководитель пытается вдавить в стол.
- Да-да. Вот только дело за малым, да? Не хватает одной ма-а-аленькой детальки – публикации в издании, индексируемом зарубежными наукометрическими базами, – слегка повышает голос, почти незаметно, но мне кажется, что он кричит.
- Статья готова, но… Я коплю деньги. У меня нет возможности выложить за неё сразу такую сумму… 
- А кто говорит про сразу? Ты ж не вчера в аспирантуру попала, у тебя было целых три года! А фактически даже четыре, но, допустим, год академотпуска отбросим, – продолжает наседать, всё сильнее повышая тон.
Я понимаю… И формальные причины у него есть – он как руководитель тоже несёт ответственность за свою аспирантку. И личные, естественно… 
- А ведь решение имеется, и тебе оно известно, – переходит на шёпот, но легче мне не становится. Ненавижу, когда он говорит таким тоном.
- Владимир Андреевич, мы с вами уже обсуждали. Это неэтично, вы – мой руководитель, – жар заливает щёки, голос дрожит.
В последний год общаться с профессором мне стало совсем невмоготу.
- Ну так никто не заставляет ходить с транспарантами и на каждом углу кричать о наших отношениях, – как ни в чём не бывало продолжает свой проклятый шёпот.
Как в фильме ужасов…
- Скоро лето, отпуск, съездим куда-нибудь, отдохнём. Сына твоего с собой возьмём, если не с кем оставить. А в сентябре у тебя закончится срок учёбы – и формально ты перестанешь от меня зависеть…
- А потом – малая защита, – перебиваю его песню. – Затем несколько месяцев на оформление – и большая. Зачем искушать судьбу? Найдётся один кляузник – и проблем не оберёшься, – в который раз повторяю ему свои опасения.
Дело, конечно, не только в этом. Он – молодой перспективный учёный. Постоянно на грантах, с хорошим доходом. Ухожен, прекрасно сложён. Красив… Если бы не прозрачные глаза, то внешне был бы идеален. Но… Сердцу не прикажешь.
- И потом – вы женаты. Не дай бог кто-то узнает. Зачем вам неприятности? Да и на меня блюстители морали начнут собак спускать, особенно блюстительницы, которых у нас на факультете полно. Минимум половина членов комиссии по защите – женщины. Мне лишние проблемы ни к чему.
- Да что ты заладила? Мой брак – это пустая формальность! Я уже устал тебе повторять, что мы не живём с женой уже давным-давно. И кому какое дело, с кем я сплю? 
У него дочери десять или одиннадцать лет. Даже если они разъехались с женой, общение в любом случае поддерживают. И вряд ли кто-то в курсе таких нюансов его личной жизни, наоборот, все убеждены, что он – примерный семьянин. А быть разлучницей, которая не только семью разбила, но и увела у дочери отца, – сомнительное удовольствие.
- Ну хочешь, я хоть завтра подам на развод? – хватает меня за руку и не отпускает, несмотря на мои попытки забрать ладонь. 
Не сомневаюсь, что это – пустая уловка. Он хочет услышать от меня в ответ: “Так разведитесь!”. А потом будет шантажировать тем, что я сама просила его развестись. Не верю я в его порядочность и благие намерения. Да и в развод – тоже не слишком верю. 
Но всё это ерунда. Главное – не хочу я с ним никаких отношений. Даже если бы не было ни жены, ни дочери. Но намёков и прямых отказов он не понимает. А идти на открытый конфликт – чревато. Он – не только мой руководитель, но и заведующий кафедрой. Одного его слова коллегам будет достаточно, чтобы зарубить меня на уровне кафедры и не выпустить на защиту.