Патруль 2 (СИ)

— А сколько тренировка стоит?
— Вообще — 1500, — озвучили мне цену.
— А если через полчаса, то сколько?
— С-сука… ну, давай 5000, — произнесли на той стороне.
— Даю. Ну что, подлетаю на Иркутский проезд, 5?
— Погоди. Вить⁈ — позвали там.
— Ау? — спросили в отдалении от говорящего со мной.
— Тренировку по тактике сейчас проведёшь?
  
— Только если они не пьяные, — выдал Витя.
— А если пьяные, то у тебя что, аллергия на деньги?
— А сколько там платят? — спросил Витя.
— Пятак грязными.
— Как говорил Морти: «О, с-сукин сын, я в деле!» — согласился Витя.
— Он в деле, — перевели мне, пускай я и не знал, кто такой Морти.
— Я еду, — улыбнулся я.
Броня полетела в пакет с OZON’а, подсумки и аптечки туда же, туда же щитки и шлем. А я надел своё старое — костюм СССР и белые кроссы. И, вызвав такси, доехал до требуемого места.
Вход в страйкбольный клуб был неброским: баннер четыре на четыре на стене и зелёные ворота, на которых написано расписание клуба, над дверью светилась зелёным вывеска с мужиком и одноимённым названием клуба, а возле двери стоял чёрный старенький «Крузак», не то что у сына судьи, с номером М 105 МА 70.
У меня с цифрами 105 ассоциировалась лишь статья «Убийство» УК РФ, ну, а буквы ММА — с тем местом, которое я посещал сегодня.
Из «Крузака» с пассажирского вышел высокий, поджарый парень, типа Бахматского, с прямыми чертами лица, лопоухий, но крепче, и принялся отпирать замок. В этот момент вышел из такси и я, попрощавшись с водилой, и направился к воротам. «Крузак» отъезжал от клуба, а тот, кто был на водительском сидении, смотрел на меня так, будто хотел вспомнить, но никак не мог.
— Привет, ты звонил? — спросил у меня парень в камуфляже без шевронов и погон, поворачиваясь ко мне.
— Я, — ответил я.
— Витя, — подал он мне руку для рукопожатия. — В чём срочность такая, друг? Ты, вроде, не пьяный.
— Слава, — представился я. — Да, работу в Африке предложили у «Вивальди», с приятной ЗП. Сказали, французский подучить и тактику боя в застройке.
— А, тогда понятно. А французский — чё, его учить? «Камбуля» — это граната, «порква» — почему, «бонжур» — это привет, «мерси» — спасибо, «как дела» — это «сова», а «сова» — ебу! Всё просто.
— … — я молчал и улыбался.
Мы спускались по лестнице в подвал, попадая в освещённое помещение со стендами ТТХ оружия, всё вокруг было в маскировочной сетке, всё вокруг очень напоминало тир.
— У меня снаряга пришла, надо проверить, — проговорил я, доставая всё, что у меня было.
— Ни хера себе, — удивился Витя, смотря на мой шлем. — Можно?
— Конечно, — ответил я, пока надевал броню и разгрузку.
— Настоящий, не страйкбольный? — уточнил он.
— Надеюсь, что да, — выдал я, смотря на стену, на которой были закреплены «калаши» и америкосовские М-ки.
— Дорого брал? — спросил у меня Витя.
— Да мне пацаны прислали оттуда. Я цен не знаю.
— Жесть. Я про такие только видосы смотрел, — ответил он, отдавая мне шлем. — С чем будешь работать?
— РПК есть?
— РПГ? — удивился он. — С такой снарягой и оружие времён Афгана?
— Почему, ещё и в Чечне было, — пожал я плечами.
РПК на стене у них был. А вот магазинов к нему сменных не было.
— А, понял, зачем тебе со старьём бегать, — заключил Витя.
Что он там понял, я уточнять не стал. Но мне всё равно пришлось взять реплику АКМ, и хотя в жизни магазины от РПК к АКМу подходили, всё-таки один патрон 7.62, магазины страйкбольных реплик почему-то не стыковались, видимо, фирмы разные. И, снарядив подсумки магазинами, я впервые надел на себя шлем. Темновато, но сразу же, как только голова погрузилась в него, едва слышно зажужжали кулеры, обдувающие линзы изнутри. Ротовая полость была изолирована от полости для глаз, и весь выдох и вдох осуществлялся снизу. Хорошо. Теперь ПНВ. Я опустил забрало-окуляр на левый глаз и, включив кнопкой на боковой крышке окуляра, мир стал красно-синим. Особенно были алыми провода и стоящий напротив меня Витя.
— Братух, а можно, пока ты не пропотел, я тоже разок надену?
Мужики в камуфляже — что те же дети. И я, конечно же, дал.
А дальше была тренировка. Витя очень удивлялся, что мне необходимы не работа в двойке, а соло, но как только я назвал, что у меня будет БПЛА, для чего в навесе на шлем есть доп. экран, он вообще воодушевился.
— Хоть с вами туда едь, только чтобы с этими штуками побегать. У нас на гражданке и внутри страны такие — хрен знает когда ещё появятся. Жаль, жена не пускает. Говорит: «К соседу уйду». А я ей: так у нас нет соседа. А она мне и говорит: ну, тогда к соседке… Ладно, давай тренироваться.
Мы прошли в тренировочную зону, стилизованную под кусок городской улицы: бетонные блоки, имитация стен, дверных проёмов, разбитые оконные рамы. Витя вдруг стал серьёзен.
— В общем так, африканец, — начал он, постукивая пальцем по моему налокотнику. — Первое, что убивает новичка в застройке — это его же собственная анатомия. Первым из-за укрытия тебя выдаст твой же локоть или колено. Нога развёрнута стопой наружу, это тоже проблема. Запоминай: если в эту ногу попадут, тело рефлекторно дёрнется по направлению её движений — и тебя выбросит из укрытия. Дальше осколок или пуля. И всё — приехали. Поэтому: локти прижаты к рёбрам. Стойка косолапая. Нога, с той стороны с которой выглядываешь, — носок всегда внутрь, к укрытию.
Он подошёл к углу, и показал. Взяв реплику укороченного калаша с какими мы ездим в патруле. За короткость АКС-74у, его — «Ксюху» окрестили не иначе как рогаткой.
Некоторое время мы двигались от укрытия к укрытию, косолапо, но быстро с прижатыми к корпусу локтями.
— И ещё. Перемещение между укрытиями. Бежишь с калашом, как с пистолетом — в одной руке, стволом вперёд. Вторая рука свободна — для баланса и инерции. Так мобильнее. А если зажать в обеих — ты будешь в разы медленнее.
— Далее — срезание углов. Это когда ты не выходишь всем телом, а только на долю секунды выглядываешь одним глазом и стволом. Взгляд, целик и мушка всё единое целое. Куда смотришь, туда и стреляешь. Не надо искать цель после выхода. Ты уже должен знать, где она. Ты выглянул — отработал! — и сразу назад. Это экономит кучу времени, пока он ещё только поднимает ствол. И учись менять плечо. Не залипай на правом. Некоторые углы левым плечом удобнее. А если правую руку тебе прострелят. Умей стрелять с левого. Это непривычно, но выжить поможет. И в будущем станет удобным.
Я попробовал. Делал это сотни раз, но тело помнило другие, более жёсткие правила перестрелок. Здесь же всё было проще, чище, почти спортивно.
— Но вся эта фигня, — Витя хитро прищурился, — это для пещерных людей, у которых нет вот этого! — он ткнул пальцем в экранчик на моём шлеме, куда должен был выводиться сигнал с дрона. — Если у тебя вверху глаз, зачем тебе вообще выглядывать? Сиди, изучай обстановку, принимай решение. Ты как птица, сверху. Видишь, где они прячутся, куда бегут. Только не увлекайся, а то забудешь, и превратишься из открывашки в дроновода.
Я с трудом понимал его сленг, Штурмовик и пилот воздушного робота, кажется так это переводилось.
— Ну и самое простое правило, которое новички забывают. Если ты видишь противника в застройке. Он тебя тоже видел. Значит, после контакта ты обязан сменить позицию. Допустим, ты вёл огонь со стойки из-за угла и ушёл за укрытие. Выглянешь снова получишь очередь, он будет ждать тебя именно там. Значит, что делаешь? Приседаешь или смещаешься на полметра вбок, и выглядываешь уже с другой высоты или из другой щели. И сразу с выстрелом в сторону, где, по твоим прикидкам, он может тебя ждать. Не давай ему предугадать твоё движение. Твоя позиция после первого выстрела его цель.