Бастард Императора. Том 18 (СИ)

— Продолжай, — спокойно ответил я.
— И возможная жена, — закончил старик. — Если ваши жёны не будут ладить — это может довольно плачевно сказаться на Роде. Начнётся разделение на отдельные «круги» общения, что может привести к расколу.
— Жёны, значит, — задумался я. — Ну, насчёт Аяны я не знаю, но с Аней поговорить не помешало бы, да. Хотя… Пожалуй, и с Аяной поговорю. Но для начала: как у нас дела с заводом?
  
Слово взяла Тина:
— С заводом всё хорошо. Мы уже договорились на выплавку всех необходимых основных заготовок без внутренней отделки с одним из баронских Родов. Её дедушка уже сам сделает.
Старик Александр спокойно кивнул.
— Завод функционирует, и скоро мы начнём работать, — добавила Тина.
Я кивнул, а потом посмотрел в окно.
Аня, наверное, уже немного отошла, а значит можно с ней поговорить.
Встав, пошёл к выходу. Так как наша комната оказалась частично теперь непригодная для сна, Аня ушла в свою старую комнату. Постучав в дверь, приоткрыл её и вошёл внутрь.
Девушка сидела на кровати, прижимая к себе подушку и смотря словно в никуда. Она не плакала, а погрузилась в себя. Подойдя, присел рядом и аккуратно обнял жену, а затем потянул на себя.
Аня прижалась ко мне и вдруг не выдержала, и тихо всхлипнула. Постепенно эти всхлипы стали всё чаще, пока девушка просто не заревела. Она легла так, чтобы оказаться головой у меня на коленях, продолжая реветь.
Поглаживая её по волосам, я молчал, ожидая, пока закончится буря. Аня вздрагивала и пыталась сжаться в один маленький комок. Видеть её такой… Тяжело. Эта девушка всегда старалась меня поддержать, что бы ни произошло, и сейчас ей плохо, а я могу лишь утешить её поглаживанием. Она — мой свет. Одна из тех звёзд, которые ярко светят для меня, чтобы я не потерялся в этом мире.
Пиликнул мой телефон, но я не стал его доставать, всё также поглаживая Аню. Как бы я не хотел поддержать её, пока что могу лишь молча утешать.
Через некоторое время девушка перестала рыдать и вздрагивать.
— Прости… — произнесла Аня тихо срывающимся голосом. — Я не этого хотела… Совсем не этого, — её голос стал тише. — Почему всё так случилось… Дядя… Ты вырастил такую размазню… Я ведь… Хотела тебя встретить…
— Андрей Александрович вырастил не размазню, а лучшую в мире жену, — ответил я, поглаживая её. — Плакать — это нормально. Твоя душа страдает. Выплёскивай свои эмоции и не бойся, что кто-то что-то скажет или подумает. Все мы люди, и никто из нас не застрахован от того, что этот мир покинет кто-то близкий для нас. Но только лишь от нас самих зависит — как мы проводим этого человека.
Аня замерла, внимательно меня слушая.
— Как я и сказал, плакать — это нормально. Не думай о том, что ты должна быть сильной. Нет, не должна. Когда тебе плохо — сильными должны быть те, кто рядом с тобой. Иначе зачем вообще нужна семья? Плачь, любимая, — мягко погладил её по щеке. — Плачь, если того требует твоя душа. Мы рядом, не переживай. Мы всегда будем рядом.
Аня вновь заплакала и через некоторое время просто уснула. Влил в неё энергию, чтобы аккуратно поднять и положить на кровать. Укрыл одеялом, а сам поднялся и сел в кресло неподалёку.
У меня появился враг, который может быть опаснее, чем я думаю. И чтобы его хотя бы чувствовать, мне нужно углубиться в тёмную энергию по локти.
* * *
Открыв глаза, Аня просто смотрела перед собой. По её щекам скатились слёзы, но девушка не обратила на это никакого внимания. Она ни о чём не думала и просто лежала. Внутри у неё словно была колючая снежная буря, которая, когда двигаешься или о чём-то думаешь — колит прямо в сердце.
Поэтому девушка и не шевелилась, лёжа без каких-либо мыслей и без каких-либо желаний.
В тот день, когда её позвал отец, ей казалось, что он хочет помириться. Аня ждала этого момента долго. Очень долго. Она любила своего отца и не хотела, чтобы эта грызня продолжалась.
Однако, как оказалось, звал он совсем для другого…
Вспомнив тот разговор, девушка сжалась, прикрыла глаза и тихо заплакала.
Дяди… Больше… Нет…
В голове сами собой зароились его образы. Его улыбки, смех, угрюмость и не только… Всё это мелькало калейдоскопом, терзая душу девушки. Он вырастил её. С самого детства был рядом. Всегда поддерживал и никогда не оставлял одну, что бы не случилось и что бы она ему ни сказала…
Всё, чего она хотела в данный момент — это просто исчезнуть, раствориться, чтобы не чувствовать эту боль.
Сквозь тишину и тяжесть слёз на щеках, девушка различила тихий шелест в комнате. Откинув одеяло, она приподняла голову и замерла.
В кресле сидел Сергей. Парень сидел, стискивая зубы и хмурясь, словно… Ему больно… Вокруг него в воздухе летала тёмная энергия, постепенно складываясь в какие-то руны и тут же вновь разлетаясь, чтобы снова собраться, но уже в другие руны.
Первой мыслью Ани было вскочить, чтобы привести его в чувство, и она даже дёрнулась, но вдруг замерла, всё также смотря на Сергея.
Точно… Сегодня ночью кто-то ворвался в замок. И этот кто-то был с тёмной энергией, как сказал Серёжа. И именно поэтому он сейчас сидит и терпит боль, чтобы стать сильнее и защитить их…
О том, что тёмная энергия или тёмная мана вредна, девушка знала и сама. Прикасаться к ней строго запрещено, чтобы не разрушились каналы маны, и чтобы не потерять свои силы.
А он… Идёт на контакт с ней сознательно. Делает это… Чтобы защитить их… Испытывает эту боль, чтобы… Никого не потерять.
А она…
Аня вдруг почувствовала страх, от которого ей стало холодно, липко и неприятно. А что делает она…?
Сергей вдруг сильнее сжал челюсть и на его лице выступили капли пота.
В горле у девушки появился ком, но она сглотнула его и быстро вытерла слёзы.
Эйр рассказала ей, сколько Сергей был на той, другой планете. Около года… Он был там, в другом мире и делал всё возможное, чтобы вернуться, а она…? Что сейчас делает она…?
Девушка аккуратно откинула одеяло и встала, стараясь делать всё тихо, чтобы не потревожить парня. Аня не подходила к Сергею, понимая, что он контролирует тёмную энергию, но всё же не хотела лишний раз подставляться. Чтобы у него было меньше проблем. Ему их и так уже достаточно.
В её душе снова начала нарастать вьюга, но девушка кинула взгляд на своего мужа. Его волевое и сосредоточенное лицо, с тенью боли на нём заставило её вздрогнуть и на миг прикрыть глаза.
Открыв глаза и развернувшись, Аня пошла в ванную, где быстро умылась и привела себя в порядок. Опираясь на раковину, девушка посмотрела в зеркало. Сейчас в ней горе выдавали лишь слегка опухшие глаза.
Нет… Она не размазня… Она дура!
Выдохнув, девушка прикрыла вновь глаза, а затем открыла их, уже решительнее смотря на себя, чем до этого.
Ещё раз умывшись, Аня вышла и посмотрела на Сергея. Парень всё также сидел с закрытыми глазами.
Решительно кивнув самой себе, Аня пошла к двери и вышла так, чтобы дверь не издала ни звука.
Идя по коридору, девушка заметила, что на неё смотрят горничные и слуги Рода. В их взгляде… Было внимание, и они словно были готовы в любой момент оказать ей любую поддержку.
В этот момент Аня кое-что поняла. Девушка выпрямилась, идя теперь уже спокойно и держа на лице едва заметную улыбку.
Она больше не та, кем была раньше. Она больше не просто дочь графа. Она графиня. Теперь у неё есть муж, есть Род, и есть те, о ком она должна заботиться. Все они переживают за неё и это видно даже невооружённым взглядом.
Дядя умер…
Подумав об этом, девушка почувствовала, как её вновь накрывает тревогой, а на глазах наворачиваются слёзы, но, через силу собравшись, она смогла взять себя в руки.
  
Дядя умер, но он сделал многое для того, чтобы она была счастлива. Только благодаря ему ей не пришлось делать что-то против её воли. Только благодаря ему она сейчас тут и только благодаря ему она может радоваться каждый день, наслаждаясь этой жизнью, а не тем, что она должна что-то сделать.