Твои губы - судьба моей кожи (СИ)

— Чай — буду.
— Я как раз заварил.
— Тогда это уже не чай, а чайная паста, но мне самое оно.
Чонин как раз затащил в прихожую последние пакеты и посмотрел поверх плеча с явной обидой.
— Я настолько плохо завариваю чай?
— Э… нет. Идеально, — соврал Сэхун. Хотя обиженный Чонин выглядел очень милым и даже неуклюжим. Сэхун едва переборол желание погладить его по голове.
После чаепития оба завалились спать. Чонин убрёл в спальню, а Сэхун уже привычно устроился в гостиной с Лапой под боком. Чжэин помог ему как раз с рядом вопросов и разными средствами, какими Сэхуну прежде пользоваться не доводилось. По крайней мере, Сэхун теперь мог не опасаться, что у него промокнет одежда во время “жара”.
— Обычно раз в полтора-два месяца. День или два, — объяснил по поводу “жара” Чжэин.
Это Сэхун уже слышал и от доктора Пак Ючона, который вручил Сэхуну баночку с капсулами.
— Принимать каждый раз, если не хочешь обзавестись малышом. Именно во время “жара”. Восемь из десяти, что залетишь, если не будешь их пить. Хотя чёрт его знает, Чонин обожает детей.
Чжэин по поводу предполагаемого ребёнка высказался с энтузиазмом.
— Не волнуйтесь, — “утешил” Чжэина Сэхун, — мне всё равно это не светит. Он совершенно спокойно реагировал на меня, когда… ну…
— А чего ты хотел от альфы, который уже состоял в браке? Конечно, выдержка у него на высоте, но это не значит, что ничего нельзя порушить к чёрту. Погляди, ты у нас высокий, красивый, бёдра какие роскошные… Прирождённый соблазнитель альф, вот и соблазняй. Постарайся, или мы зря покупаем этот чудесный кожаный комплектик?
— Он дырявый. Как раз на…
— В этом самая соль, олух.
— Это не сработает. С ним. И я в жизни это не надену.
— Тогда вон тот кружевной. С бантиками. Такой же сладкий, как ты. Розовый. Прелесть, да?
— А можно как-нибудь без крайностей?..
Утром Чжэин явился точно в срок и уволок ещё сонного Сэхуна в отель. С помощью прислуги Сэхуна облачили в костюм, красиво уложили волосы и глаза ещё подвели. Кто-то порывался накрасить ему губы, но Чжэин воспротивился.
— Ему целоваться же, а альфы терпеть не могут помады и бальзамы. Их потом хрен сотрёшь. Так хорошо.
Чжэин придирчиво осмотрел Сэхуна, прикрепил к нагрудному карману розу и довольно кивнул.
В муниципальном управлении, по счастью, было пустынно. Сэхуна завели в роскошный зал, выдержанный в торжественных багровых тонах. Всюду горели свечи, а у массивного стола стояли альфа и омега почтенного возраста и при должностных регалиях.
В первом ряду сидели люди, которых Сэхун видел впервые. Он узнал лишь доктора Пак Ючона и директора Ю — эти стояли чуть в стороне и пытались подбодрить Сэхуна улыбками.
Дальше всё превратилось в сон, потому что мозг Сэхуна просто отказывался поверить, что вот прямо сейчас Сэхун вступит в брак, как в какую-нибудь лужу ногой. Он не мог в это поверить. Просто не мог.
Сэхун ничего толком не понимал и не слышал. Отключился от происходящего ровно в тот миг, как увидел Чонина в чёрном костюме. Чонин казался измотанным и усталым, но всё равно красивым, как сказка.
Сэхун после ощущал жар ладони, что обхватила его пальцы. Их запястья связали ритуальным шарфом, пока подсказывали им слова клятв и обетов. Сэхун что-то за кем-то повторял, но ничего толком и разобрать не мог. Смутно помнил, что где-то рисовал корявый автограф и пытался разборчиво приписать фамилию и имя. Помнил, что его старые документы обменяли на новые. Помнил, как Чонин тоже писал своё имя. Помнил, как шарф развязали и обрызгали их обоих розмариновой водой.
Сэхун отчётливо различил только требование сурового альфы скрепить договор брака поцелуем. После Сэхун вообще перестал что-либо замечать. Видел лишь полные до сладкой чувственности губы. И ощущал их на собственных губах — упругие до твёрдости, шершавые, но нежные в касаниях.
Сэхун дышал короткими выдохами Чонина, робко прикасался ладонью к густым волосам на затылке и тонул в бесконечных соприкосновениях их губ. Чувствовал улыбку Чонина и только поэтому продолжал держаться на ногах. В груди разливалась лёгкость, а кончики пальцев покалывало и чуть сводило от напряжения. В голове беспомощно трепыхалась всего одна угловатая и безразмерная мысль: “У меня теперь есть муж”.
 
Поздравления и пожелания благополучно прошли мимо Сэхуна, пребывавшего в истоме после поцелуя. Точнее, он вообще пребывал в полнейшей прострации, потому что муж, поцелуй, новые документы, свобода от родни, великие планы Чжэина… и истерика Чжэина по поводу оставшегося на его попечении Лапы.
Наверное, Сэхуну полагалось погибнуть от этого всего, потому что это с ним произойти просто не могло, но произошло.
Оклемался он немного только в каюте парома, на котором им предстояло прибыть на остров с пляжами и лучшими отелями. Прямо как в тех сериалах, что крутили по телевизору. Сэхун непременно отчалил бы вновь в прострацию уже по этому поводу, если бы ему не стало дурно от качки.
Он трепетно обнимал белоснежный унитаз, пока Чонин метался вокруг него, пытался поддержать, подбодрить и как-то помочь. Такое вот в сериалах почему-то не показывали, хотя понятно — на романтику это не тянуло определённо.
Сэхуна снова скрутило.
— Может, крепкий кофе? Или вино? — растерянно предположил Чонин; Сэхун высказал отношение к этому соответствующими звуками. — Ладно… Воды?
— А-а-а… — попытался простонать утвердительно Сэхун, мечтая сдохнуть на месте, лишь бы Чонин куда-нибудь испарился и не смотрел на него. Видок Сэхуна, должно быть, пробивал на слезу.
Сэхун плеснул из ковшика на ладонь, кое-как умылся и прополоскал рот.
— Можно мне тут… одному побыть? — взмолился он.
— Нет уж.
— Я не хочу, чтобы ты… видел меня таким… — Сэхун поспешно всучил ковшик Чонину и снова обнял унитаз. — Когда же это кончится?..
— Завтра к вечеру прибудем.
— Молчи!.. Бу-э-э… Я сдохну к этому времени… точно сдохну…
— Ш-ш-ш, всё будет хорошо. — Чонин завернул его в махровый халат, подсунул под задницу подушку и осторожно обнял. — Ещё воды, быть может?
— Почему тебе нормально?
— Я рос в порту. Если хочешь, схожу за врачом.
Сэхун помотал головой и снова обнял унитаз. Когда его перестало выворачивать, Чонин сам умыл его и отволок в кровать. Лучше Сэхуну не стало, зато желудок опустел окончательно. Чудесное завершение торжественного дня, да уж. Да и первая брачная ночь тоже так себе, хотя она по сценарию и не предусматривалась.
Сэхун старался лежать тихо и неподвижно, потому что спиной ощущал тепло и твёрдость груди Чонина, а на животе у него покоилась горячая ладонь. Это было приятно. Приятно настолько, что настрадавшийся Сэхун умудрился всё же уснуть.
* Подпасть под влияние - устойчивое, http://www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-Ushakov-term-50123.htm. Пожалуйста, не надо исправлять, там всё правильно (Прим. беты)
========== 6.1 ==========
Комментарий к 6.1
Доброе утро, котички :)
Пьём кофе/чай и вальсируем дальше? ;)
Бета
 6.1 
Чонин проклял всё на свете, потому что перед глазами у него маячил бледный и ослабленный Сэхун. Но Чонину и в голову не приходило, что на пароме Сэхуну станет дурно. Сам Чонин совершенно не ощущал дискомфорта. Он даже мог поклясться, что нет никакой качки вовсе, но это ничем Сэхуну не помогло бы.
К счастью, любая дорога рано или поздно заканчивается. Они вскоре попали в отель, где их ждал подготовленный номер. Сэхун тут же обнял кровать и через минуту заявил из-под одеяла, что не стоит его беспокоить — конец света на уважительную причину не потянет.
Чонин сам разобрал большую часть вещей, ополоснулся в душе и побродил по номеру. Поскольку для всех они играли счастливую пару, номер получили соответствующий. Чонин вздохнул, остановился у кровати и осмотрел вытянувшегося под одеялом Сэхуна. Лечь больше было негде, вот и пришлось устроиться на свободной половине.
Спать Чонин привык без одежды, но Сэхун вряд ли отнёсся бы к этому спокойно. Чонин немного скованно повёл плечами, чтобы притерпеться к футболке и лёгким брюкам. Так себе вышло — сон не подманивался, и Чонин никак не мог улечься. Помучившись полчаса, тихо стянул с себя футболку — стало чуть легче и точно не так жарко.