Забытый: ЛУКА (ЛП)
Ресторан оказался именно таким, каким я его себе представлял. Стильный, уютный и очень дорогой. Нас провели к тихому столику в углу ресторана, но как только мы сели, я понял, что из этого ничего не выйдет. Реми из расслабленного и разговорчивого в машине, превратился в совершенно перепуганного человека. Он посмотрел на столовые приборы, разложенные по обе стороны тарелки перед ним, а затем начал лихорадочно осматривать комнату. Я понял, что он пытался понаблюдать за другими посетителями, чтобы решить, какой прибор использовать.
Я попытался втянуть его в разговор в надежде, что он расслабится, но как только подошла официантка и начала рассказывать о различных фирменных блюдах и о том, какое вино рекомендуется к ним подать, я понял, что облажался. Я попросил официантку оставить нас на минутку, затем посмотрел на Реми, теперь сосредоточившемуся на многочисленных бокалах, составлявших сервировку.
- Малыш, поговори со мной, - попросил я, потянувшись к его руке. Той, которой он не переставал трогать столовые приборы.
Он поднял на меня глаза, словно, наконец, вспомнил о моем присутствии. Вместо того, чтобы взять меня за руку, он положил обе свои ладони себе на колени и покачал головой.
- Прости, Лука. Я не хотел тебя смущать.
Столик, за которым мы сидели, был окружен круглой скамьей, что создавало более интимную обстановку. Я подвинулся так, что оказалась рядом с Реми, наши тела соприкасались. Мне было все равно, смотрит ли кто, когда я приподнял его лицо, чтобы он был вынужден смотреть на меня.
- Тебе никогда не удастся смутить меня, милый.
Я нежно поцеловал его в губы. Он поцеловал меня в ответ, но нельзя было отрицать, что нервы продолжали его изводить. Я чувствовал себя дураком, не подумав о том, что он может не захотеть пойти в такое шикарное место. Я так привык производить впечатление на людей своими деньгами, что, естественно, выбрал ресторан, который соответствовал бы этому.
- Как насчет того, чтобы убраться отсюда? - Спросил я, нащупывая под столом руку Реми.
- О, нет, Лука, нет, пожалуйста, я могу лучше. Я, правда, хочу это свидание с тобой.
Я сжал его руку и сказал:
- Реми, ты не сможешь избавиться от меня прямо сейчас, даже если попытаешься. У нас определенно будет это свидание. - Я говорил приглушенно, чтобы только он мог меня слышать. - Верно? - Тихо спросил я, а затем позволил своим губам скользнуть по его уху.
Он втянул воздух и кивнул.
Я поиграл с его пальцами и прошептал:
- В ту секунду, когда я увидел, как ты держишь на руках эту маленькую девочку и разговариваешь с ней голосом Скуби, это стало лучшим свиданием в мировой истории.
Я почувствовал, как Реми слегка расслабился рядом со мной, и мне тут же захотелось убить каждого, кто когда-либо заставлял его чувствовать, что он недостаточно хорош для такого места, как это, или для кого-то вроде меня.
- Что скажешь, если мы уберемся отсюда? Дальше по улице есть кафешка с рыбой и жареной картошкой, где Вон завсегдатай, - сказал я.
Еще один кивок. Я вышел из кабинки и потянул Реми за собой. Я оставил на столе достаточно наличных, чтобы оплатить счет, как будто мы действительно там ужинали, а затем проводил Реми до двери. Оказавшись на улице, я обнял его за плечи, но полностью расслабился только через несколько мгновений, когда он прижался ко мне и обнял за талию.
Я испустил огромный вздох облегчения, который он, должно быть, почувствовал.
Все было на грани срыва, но мы были далеко не в проигрыше.
- Потрясающее первое свидание, дубль второй, - тихо сказал я и был вознагражден лучшим ответом, на который только мог надеяться.
Смехом Реми.
Глава двадцать третья
Реми
- То есть, по сути, ты покупаешь и продаешь компании, верно? - спросил я.
- Ага, и все, - сказал Лука с ухмылкой. Я знал, что это было далеко не «все», учитывая все детали, в которые он вдавался за последние несколько минут, когда объяснял, чем зарабатывает на жизнь, но, признаться, мне было трудно понять всю сложность этого, не говоря уже о том, что я был больше сосредоточен на губах Луки чем словах, исходящих из них. Так продолжалось большую часть вечера, пока мы разговаривали – ту часть, где я подмечал разные особенности его тела.
Например, то, как он говорил, жестикулируя, и то, как слегка морщился его лоб, когда он о чем-то думал. Но до этого момента я мог слушать его слова и восхищаться его фигурой. И хотя мне было трудно уследить за разговором о его бизнесе, я был в состоянии следить за нашими предыдущими разговорами, несмотря на то, что мое тело настаивало на том, чтобы замечать все малейшие жесты и перемещения, которые он совершал во время разговора.
Надо признать, что смена места нашего свидания позволила мне по-настоящему принять в нем участие. Я даже не задумывался о том, что не смогу приспособиться к тому шикарному ресторану, в который мы пришли в первый раз. Да, я нервничал, но в то же время был взволнован и очень хотел узнать Луку с другой стороны. Но как только я увидел все эти столовые приборы и модно одетых людей, то понял, что я не в своей тарелке. И я ужасно боялся поставить Луку в неловкое положение каким-либо образом. Это также стало жестоким напоминанием о том, что мы с ним живем в совершенно разных мирах, и хотя он мог легко приспособиться к моему, я никак не мог научиться жить в его мире. Даже если бы я был одет правильно и как-то умудрялся говорить правильные вещи, я все равно всегда чувствовал бы себя обманщиком. Я ожидал, что Лука отвезет меня домой, когда поймет, как сильно я волнуюсь. Поэтому его предложение пойти поесть в другое место стало для меня одновременно неожиданностью и облегчением.
Маленький рыбный ресторанчик, куда мы зашли, по-прежнему был самым изысканным из всех ресторанов, в которых я когда-либо бывал, но там царила более непринужденная атмосфера, и я знал большинство блюд из меню. Я не знал, чего ожидать от того, как проходит свидание между двумя мужчинами, когда они находятся среди стольких гетеросексуальных пар, но с того момента, как мы сели за стол, Лука без колебаний взял меня за руку и заговорил со мной так, что всем окружающим стало ясно, что мы вместе.
Лука потратил первые несколько минут, рассказывая мне о своих братьях и их полной бесполезности, когда дело дошло до того, чтобы помочь ему подготовиться к нашему свиданию. Когда он признался, что сильно нервничал, на меня словно снизошло спокойствие, и все, что отличало нас друг от друга, исчезло. Внешне Лука был великолепен, силен и уверен в себе. Но осознание того, что он страдает от той же неуверенности, что и я, напомнило мне о том, что внутри мы не такие уж разные.
Большая часть нашей беседы за ужином вращалась вокруг таких мелочей, как, например, какие фильмы нам нравятся и какие блюда мы любим больше всего. Мы также говорили о Вайолет и Джио, но они не занимали главного места в нашей беседе.
- А как насчет тебя? Кем хочешь стать, когда вырастешь? - Спросил Лука с улыбкой.
Я предполагал, что на этот вопрос легко ответить, но не мне. Я не хотел сворачивать разговор, поэтому просто пожал плечами и сказал:
- Пока не уверен.
По правде говоря, я был уверен в своей карьере, потому что на самом деле у меня ее не было… На тот момент моей целью в жизни было просто найти новую работу и понять, как двигаться дальше, после того как я попрощаюсь сначала с Вайолет, затем с Джио и, в конечном счете, с Лукой. Как бы мне ни хотелось верить, что это начало чего-то нового между нами, я не мог заставить свой мозг принять это. Лука прожил всю жизнь на Восточном побережье, и то, что отличало нас друг от друга, было не тем, что мы могли просто так преодолеть. Он по-прежнему был богатым, преуспевающим бизнесменом, а я - бывшим шлюхой-наркоманом, который просто пытался проживать один день за другим.
- Сегодня утром мне позвонил Ронан. Дом Барретти хочет поговорить с тобой о возвращении на работу, - сказал Лука.