Забытый: ЛУКА (ЛП)

Он заламинировал имя своего сына.
 Я старался не слишком задумываться о том, почему он так поступил, но не мог не признать очевидного.
 Его ребенок пропал.
 Я не хотел жалеть Луку, но чем больше я смотрел на Вайолет, тем больше думал о том, каково было любому родителю, даже такому мудаку, как Лука, потерять своего ребенка.
Твоим было все равно.
 Неприятное воспоминание пронзило меня, и я сделал глубокий вдох, чтобы справиться с острой болью. Все это в прошлом. Как и то дерьмо, что случилось с Лукой. Я не... не мог позволить этому влиять на меня.
  
 Я наклонился коротко поцеловать Вайолет в лоб, а затем быстро вышел из комнаты, чтобы найти Луку и покончить с этим дерьмом раз и навсегда. Ни за что на свете я не позволю этому сукиному сыну руководить моими действиями. Сначала я обращусь за помощью к Ронану.
 Мне не пришлось далеко идти, чтобы найти Луку, так как он стоял прямо за дверью спальни. Прежде чем я успел открыть рот, чтобы наброситься на него, он сказал:
- Сюда, - и открыл дверь напротив. Я подавил автоматическую реакцию, которая закипела у меня в горле, и вошел в маленькую комнату, где стояла пара удобных на вид диванов и огромный телевизор.
 Я даже не успел дойти до комнаты, как он втащил меня в нее и захлопнул дверь.
 Паника была мгновенной и практически парализовала меня. Я открыл рот, чтобы закричать, одновременно отталкивая его руками.
 - Реми, подожди, я просто хочу...
 - Нет! - Закричал я, но получился только хрип. Я попытался вырваться. Лука схватил меня за плечи и прижал к двери. Я видел, как он открыл рот, но шум в ушах помешал мне расслышать все, что он хотел сказать.
 Не то чтобы мне нужно было это слышать. Я знал, чего он хотел.
 Я пытался пинаться, вырываясь из его хватки. Из-за того, что мы находились в таком положении, я не мог действовать ногами, но мне удалось высвободить руки и ударить его по спине, а затем по лицу. Его тело все еще прижимало меня к двери, и он умудрялся своими предплечьями блокировать некоторые из моих ударов, но не все. Затем я попытался схватить его за руки, потому что знал, что он слишком силен для меня, а Ронан был моей единственной надеждой. Я попытался позвать хирурга, но мой голос снова был хриплым и сухим. Ощущение было такое, будто я не пользовался им много лет.
 Хватка Луки была пугающе крепкой, хотя он и не делал ничего, кроме того, что время от времени хватал меня за запястья, пытаясь усмирить. Хотя по его запястьям потекла кровь там, где я оцарапал его, он продолжал прижимать меня к двери. Мне показалось, я слышал, как он звал меня по имени, но не был уверен.
 Хотя он стоял прямо передо мной, с таким же успехом у меня могли быть завязаны глаза, потому что я не мог разглядеть его лица. И чем больше я сопротивлялся, тем больше энергии тратил, и через минуту у меня перехватило дыхание, и я был на грани полномасштабной панической атаки.
 И слез.
 Чертовы слезы потекли ручьем. Я хотел убить его только за это.
 Казалось, что с каждой крупной каплей соленой воды, стекавшей по лицу, меня покидали последние силы. Я перестал цепляться за руки Луки, но взял одну из них обеими руками. Он поднял другую и прижал ее к моему горлу. Я смирился с неизбежным, когда его большой палец прижался к моей яремной вене.
 Он победил.
 Да, я бы все равно сопротивлялся ему, как только он попытался бы поставить меня перед собой на колени или развернул так, чтобы я оказался лицом к двери, но в глубине души знал, что это ни к чему хорошему не приведет. Я не мог сравниться с ним в силе, а помощь была слишком далеко, чтобы она могла мне пригодиться.
 Я совершил ужасную ошибку, полагая, что я каким-то образом в безопасности от этого человека... что он в долгу передо мной за то, что сделал со мной в детстве. Я действительно верил, что он может испытывать чувство вины, которое я мог бы использовать в своих интересах, чтобы держать его подальше от себя.
 Но он был монстром, которым в глубине души я не хотел его видеть.
 Я ждал, что он сделает следующий шаг, и пытался спланировать свою реакцию, но когда он опустил голову туда, где моя шея переходила в плечо, я оказался совершенно не готов. Он все еще держал руку на моей шее, но только в этот момент я осознал, насколько нежными на самом деле были его прикосновения. Нет, я не мог сдвинуть его с места, но его пальцы ни разу не впились мне в кожу. И пальцы, которые он держал на моем горле, на самом деле не сжимали меня. Этот большой палец не столько давил на точку, где бился мой пульс, сколько... ласкал ее.
 - Сделай глубокий вдох и позови его еще раз, - тихо сказал Лука. - Если ты хочешь, чтобы Ронан надрал мне задницу, сделай это, хорошо? Позови его еще раз. - Лука поднял голову. - Я не буду пытаться остановить его.
Меня охватило замешательство. Что происходит?
 Рука исчезла с моего горла. Когда мгновение спустя она снова появилась в поле моего зрения, я увидел его пистолет. Я проглотил стон, который клокотал у меня в горле. Теперь правила игры полностью изменились. Станет ли он угрожать Вайолет? Был ли это его план убить Ронана, чтобы не торопясь делать со мной все, что ему заблагорассудится?
 - Мне нужно услышать все это, Реми, - прошептал Лука. Его голос звучал резко и измученно. - Потому что теперь я понимаю.
 Я покачал головой, потому что был, блядь, сбит с толку. В горле у меня пересохло от криков, которые я не смог издать громче, чем хныканье, а глаза защипало от горячих слез, которые все еще катились по моему лицу. Лука убрал вторую руку из моей хватки, но пистолет не позволил мне издать ни малейшего звука.
 - Я думал, что знаю… Я думал, что мои кошмары уже близко. Думал, что представлял себе худшее и что я вижу твое лицо ночь за ночью, слышу, как ты зовешь меня… что это каким-то образом компенсирует то, что я сделал с тобой. Я пытался оправдать то, что бросил тебя, разными ебаными способами, но...
 Его голос оборвался, и он опустил взгляд между нами. Я мог бы воспользоваться моментом, чтобы схватиться за пистолет или снова закричать во все горло, но меня потрясли его слова. Это была уловка… все это было какой-то дурацкой игрой, в которую он играл, чтобы запудрить мне мозги и получить то, что он хотел.
 Но что, блядь, это было? Чего он хотел?
 Я был в ужасе, услышав, что именно этот вопрос сорвался с моих губ прерывистым шепотом.
 - Расскажи мне все, - был его ответ. Его рука потянулась к моей, и я был слишком ошеломлен, чтобы сопротивляться. Я почувствовал силу в его пальцах, когда они коснулись моих. Боже, он хотел взять меня за руку или что? Он пытался внушить мне какое-то странное чувство безопасности?
 Я ахнул, когда тепло его пальцев сменилось прохладой металла. Я посмотрел вниз и увидел, что Лука сложил пистолет в мою ладонь. Ствол был направлен в пол. Свободной рукой он обхватил мою руку и оружие. Его крупные пальцы сжимали мои, пока я не оказался единственным, кто держит пистолет. Мой палец легко лежал на спусковом крючке. Мое тело сотрясала сильная дрожь, пока я пытался осознать, что происходит.
 Но в этом не было никакого смысла.
 Либо он сошел с ума… либо я.
 Или, может, я был в каком-то наркотическом сне... Может, я принял в ту ночь, когда он вломился в мою квартиру. Может, я лежу в своей опрятной, до скуки рациональной квартире, уставившись в потолок, пока сладость кайфа разливается по моей крови и затопляет все мои чувства.
 Я стоял, застыв в замешательстве и неверии, когда Лука поднял мою руку, словно я был тряпичной куклой.
  
 - У этого типа оружия нет предохранителя, поэтому оно будет стрелять при каждом нажатии на курок, пока не опустеет обойма, - все, что он сказал, когда, наконец, отпустил меня.
После того, как прижал пистолет к своей груди.
 Пистолет, который теперь был под моим полным контролем.
 - Ч-что ты делаешь? - Дрожащим голосом спросил я. Инстинктивно мне хотелось бросить пистолет, но разум не позволял мне этого сделать. - Он ведь не заряжен, верно? - спросил, нет, потребовал я.