Забытый: ЛУКА (ЛП)

 - Вот, милая.
 Я был по локти в мыльной воде, поэтому, когда увидел, как Лука протягивает Вайолет брелок с футбольным мячом, я сам напортачил, схватив его за запястье.
- Нет, он может испортиться, - сказал я. - Я не дал ей его в ванну, потому что не хотел, чтобы испортилась надпись.
 Я не был уверен, кого больше удивили мои слова… его или меня. Предполагалось, что мне было наплевать на подобные вещи. Предполагалось, что меня не должно волновать, что маленький брелок явно имел для него сентиментальную ценность. У Луки на мгновение появилось затравленное выражение лица.
  
 Затем его взгляд упал на то место, где я все еще держал его. Вайолет, казалось, заметила игру между нами, поэтому сосредоточилась на нем, а не на брелоке.
 Кожа Луки под моими пальцами была горячей. И запястье у него было крупное... не мясистое, но крепкое. Могучее.
 Я отдернул пальцы.
 - Все в порядке, - пробормотал Лука. Я мог поклясться, что ему было так же неуютно, как и мне, но я не был уверен. Я также не был уверен, были ли его слова вызваны тем, что я схватил его, или он хотел сказать, что можно отдать малышке брелок.
 Я принял сознательное решение, что это последнее, и, прежде чем успел подумать, зачем я это делаю, я потянулся к его руке и разжал пальцы. Я забрал брелок из его хватки и сунул его к себе в карман. Вайолет, конечно, заметила брелок и начала повторять мое имя снова и снова, придвигаясь ко мне поближе. Я знал, что мы на грани серьезной вспышки гнева, потому что у меня не было намерения отдавать ей брелок, поэтому я быстро начал снова искать мыло в ванне.
 - Эй, Вайолет, - сказал Лука, вставая и подходя к раковине. Он вернулся с чашкой, в которой лежала зубная щетка, и пустым ведерком для мусора. Он показал Вайолет, как просто наполнить стаканчик поменьше и вылить его в мусорное ведро. У малышки округлились глаза, и она потянулась за стаканчиком. Лука держал мусорное ведро так, чтобы оно плавало в воде перед Вайолет, пока она наполняла его в первый раз. После этого ее позиция «я могу сделать это сама» проявилась, и она сама держала мусорное ведро, медленно наполняя его водой стакан за стаканом. У нее была плохая координация движений, и в итоге она вылила в ванну больше воды, чем в мусорное ведро, но это не имело значения. Она была вне себя от восторга.
 Катастрофа на мгновение была предотвращена.
 - Спасибо, - пробормотал я.
 - Их всегда привлекают самые простые вещи, - тихо сказал Лука, не отрывая взгляда от Вайолет. - Мне потребовалось много времени, чтобы понять это. Я дарил Джио самые современные игрушки и гаджеты, но он всегда предпочитал те, что дарила ему мать. Знаешь, она могла сделать из всего нечто большее, чем просто игрушку?
 Я не знал. Я понятия не имел, о чем он говорит. Я все еще был зациклен на том факте, что он отец.
 - Как это? - Спросил я, когда он не продолжил.
 Он долго молчал, прежде чем сказать:
- Она делала это воспоминанием, опытом... чем-то, что он мог бы хранить в себе еще долго после того, как игрушка пропала. Я никогда не забуду, как мне впервые удалось сделать это правильно.
 Легкая улыбка, появившаяся на его губах, пробудила что-то внутри меня к жизни. Ощущение было почти болезненным, и мне это не понравилось... за исключением того, что мне это отчасти понравилось.
 - Что ты ему подарил? - спросил я.
 - На его восьмой день рождения я взял его с собой в Центральный парк и гонял с ним футбольный мяч. Только мы. Без охраны, с выключенным мобильным телефоном, мы использовали тот же футбольный мяч, который мы с братьями гоняли годами, когда были в его возрасте...
 Я даже не знал, какую часть его заявления переварить первой.
 Потом я вспомнил о брелоке в своем кармане.
 Значит, эта маленькая безделушка терзала его. Она принадлежала его сыну.
 Я открыл рот, чтобы спросить его о сыне, но так же быстро закрыл его. Это было не мое дело, и, что более важно, я не хотел этого знать. Мне было наплевать, почему он таскал с собой брелок для ключей своего ребенка.
 - ...не хочу, чтобы это попало тебе в глаза.
 Слова Луки вернули меня в настоящее. Он все еще стоял на коленях рядом со мной, протянув руку. Он держал полотенце для рук.
 - Что? - Тупо спросил я. Он заговорил снова, но мой разум был слишком затуманен, чтобы слушать. И когда он потянулся ко мне с полотенцем, как ни странно, я не пошевелился.
 Наверное, потому, что мои глаза все еще были прикованы к его губам и щетине на лице вокруг. Каково было бы чувствовать их прикосновение к моей коже? Они бы кололись, верно? Меня пару раз целовали парни, которые хотели пофантазировать, что я их бойфренд, а не просто какой-то дешевый трах, но эти поцелуи были какими угодно, но только не запоминающимися.
 Только когда мне мягко провели полотенцем по лбу, я рухнул обратно на землю. Я дернулся назад, но мне некуда было деться. Я ударился спиной о стену позади. К счастью, Лука не придвинулся ближе. Он слегка приподнял руки и сказал:
- У тебя на лице немного мыла, Реми. Я просто не хочу, чтобы оно попало тебе в глаза.
 Я открыл рот, чтобы сказать ему, что мыло, которое я добавил в воду для ванны, на самом деле было всего лишь небольшим количеством шампуня без слез, но обнаружил, что не могу вымолвить ни слова. Лука осторожно вложил полотенце мне в руку, а затем указал на свое лицо.
 - Здесь и здесь, - сказал он. Мои руки отяжелели, когда я потер эти места на лице.
 - Хорошо, - пробормотал он. Он, правда, выглядел немного успокоенным?
 Между нами повисло неловкое молчание. Вайолет, к счастью, не обращала внимания на происходящее и с удовольствием играла с предметами, которые дал ей Лука. Лука снова переступил с ноги на ногу. На мгновение его взгляд задержался на мне, затем на Вайолет. Затем он поднялся. Его рубашка была насквозь мокрой от того, что Вайолет плескалась. Ткань обтягивала его широкую грудь, и я мог видеть очертания его сосков.
 - Тебе что-нибудь нужно, прежде чем я уйду? – спросил он.
 Я постарался подавить охватившее меня глупое разочарование. Я покачал головой и взглянул на Вайолет. Я был до смерти напуган, не зная, что делать с беспомощной маленькой девочкой, что бы ни случилось дальше, но я держал этот факт при себе. Лука был абсолютно неподходящим человеком, чтобы делать такое признание. Я мог попросить Алекса помочь мне, и я знал, что он это сделает, но у него только что начались отношения, которые заслуживали его внимания. Ронан, вероятно, помог бы мне, но мысль о том, что я в долгу перед таинственным хирургом, пугала меня.
 Только когда я услышал свое имя, произнесенное нежнейшим шепотом, я понял, что я не один. Я закрыл глаза, потому что больше не хотел его видеть. Я не хотел знать, что он заметил хотя бы момент моей слабости.
 Теплые, нежные пальцы коснулись моего подбородка, затем приподняли мое лицо.
 - Реми.
 Жалость, которую я услышал, была как удар ножом в живот.
 - Я не уйду, - пробормотал Лука.
 Слезы защипали мне глаза, но я не позволил им пролиться. Было достаточно плохо, что он так легко прочитал мои эмоции. Но будь я проклят, если отреагирую каким-либо образом, чтобы подтвердить его подозрения.
 Слез не было, но и резких ответов, которые, знаю, должен был произнести, тоже не последовало.
 Я крепко зажмурился, даже когда почувствовал, как его пальцы скользнули по моей щеке. Мое предательское тело ответило на прикосновение сильной дрожью. Я решил притвориться, что мне нужна доза, и ничего больше.
 Я отказывался признаться самому себе, что, возможно, в данный момент мой организм требовал не дозу героина.
  
 Он больше ничего не сказал. Только что он был рядом, а в следующее мгновение исчез. Я услышал, щелчок закрывающейся двери и затихающие шаги, но еще добрую минуту отказывался открывать глаза. Когда я заставил себя разлепить веки, то увидел, что Вайолет все еще счастливо играет в воде.
 Я вернулся к краю ванны и попробовал воду.