Необычное и обыкновенное (СИ)

— Настаиваю на самой низкой проходной отметке. Хотя и “удовлетворительно” для него многовато, — негодовал профессор Чизл.
“Я говорил, что он плох. Значит, он должен быть плохим! И плевать, что он там на самом деле знает и умеет! Мне всё равно! Должно быть так, как я сказал!”
— Он ошибся лишь раз, в действительно сложной формуле. Я предлагаю “хорошо плюс”, — говорил профессор Олни. — Видите, как он старается качественно обратить крысу. Наверняка ведь, чтоб она не мучилась.
— Но это детские сказки! — цедил профессор Виан. — Животные не мучаются при трансформации в живое. А этот юноша просто тугодум и лентяй!
”Олни собирается выдвигаться на выборах в деканы. Конкур-р-рент! Нет, пусть знает своё место! Если он говорит чёрное, то я буду твердить белое!”
Они продолжали обсуждать меня, а на самом деле каждый из критикующих говорил о себе: о своих обидах и амбициях, о своей зависти и лени, о боли и проблемах. Только строгая профессор Стеф критиковала из желания улучшить мои навыки, чтобы я скорее стал самостоятельным.
В итоге мне поставили “хорошо”. Я так устал и проголодался, что даже на радость сил не осталось.
Я поблагодарил комиссию и вышел в коридор. Чизл пробурчал мне вслед что-то недоброе, но “перевода” в голове я не услышал. Что ж, экзамен закончился, и значит, волшебный помощник выполнил моё желание. Интересно, а получится ли у меня самому научиться понимать, что на самом деле имеют в виду те, кто меня критикует?
 Соседи (мистика) 
 
Саяна вернулась из отпуска и сразу поняла: что-то не так. В квартире на первый взгляд всё было по-прежнему. Те же комнаты, та же мебель, тот же вид из окна на парк возле торгового центра.
Но что-то определённо было не так. Зябко, несмотря на знойные июльские деньки, и жутко. Саяна никогда не считала себя трусихой, но тут невольно вспоминались все увиденные когда-то ужастики и весь прочитанный Стивен Кинг.
Она решительно встряхнулась и решила, что не сдастся каким-то непонятным ощущениям. Нарочно громко топая, прошла по квартире, открыла все окна. Разобрала сумку, с удовольствием вспоминая море и пляж.
Когда Саяна прятала пустую сумку в чулан, с улицы послышались крики. Она тут же выкочила на балкон: у соседнего подъезда неповижно лежал человек, а вокруг суетились три женщины и два подростка.
Она схватила телефон и побежала вниз. Может, человеку срочно нужна помощь, как её бабуле когда-то… Тогда никто не помог пожилому человеку, и, когда вызвали скорую, бабушка уже умерла. Саяна сразу после похорон пошла на курсы первой помощи и обещала себе никогда не проходить мимо.
Однако человеку у подъезда помощь уже не требовалась. Он лежал, неестественно вывернув разбитую голову, из-под которой вытекала тёмная кровь, собираясь в лужу.
— С седьмого этажа сиганул! — покачала головой женщина в цветастом платье. — Допился, видать! Пьяный же был, да, Тань?
Девчонка лет тринадцати с густо накрашеными ресницами, стоящая рядом, шмыгнула носом:
— Ага. Туда ему и дорога!
— Таня! Нельзя так! Он же твой отец!
— И чё?!
Саяна спросила:
— Полицию вызвали?
— Я не вызывала, у меня телефон разрядился, дома лежит, — пожала плечами женщина.
— А мой телефон он пропил! — заявила девчонка.
Саяна позвонила в скорую и в полицию сама. Попросила очевидцев не расходиться. Женщина в платье осталась, девчонка пожала плечами: мол, куда я денусь. Второй подросток, мальчик, вытащил телефон и хотел сделать фото, но Саяна не дала.
Чуть поодаль стояли ещё трое: мужчина в очках в тонкой оправе, полная женщина с большим пакетом из “Титана” и девушка в модном светло-голубом сарафанчике. Услышав, что скоро приедет полиция и надо будет давать показания, женщина и девушка быстро ушли. Мол, мы всё равно ничего не знаем.
Мужчина подошёл к стоящим у тела, вежливо поздоровался и спросил, что случилось. Девчонка и мальчишка наперебой принялись рассказывать. Мужчина качал головой и хмурился:
 
— Надо же, какое несчастье… А я недавно квартиру купил в вашем районе. Думал, хороший район: “Пиплс Парк” рядом, парк такой замечательный. Я, кстати, Геннадий, а вы?
Пока все знакомились, из Саяниного подъезда вышла знакомая старушка в цветастом платке, покосилась на собравшуюся толпу, и посеменила в сторону “Зари”.
Саяна поздоровалась. Бабуля пристально уставилась на неё, словно не узнавая, хотя они здоровались все восемь лет, что Саяна тут живёт, потом кивнула.
Саяне почему-то снова стало не по себе. Она не сдержалась и зябко поёжилась.
— Вы из второго подъезда, Саяна? — спросила молчавшая до сих пор женщина в белых брюках.
— Да.
— Ох, это у вас же на днях Николай Семёныч с лестницы упал? Тоже на седьмом этаже!
— Не, на пятом, — возразила женщина в платье.
— Не знаю, — покачала головой Саяна, — я из отпуска только что прилетела. Две недели дома не была.
— О, так вы не знаете?! Тут напасть такая случилась, ой-ёй! Мужчина из вашего подъезда три дня назад с лестницы упал и убился. Оступился вроде.
— А ещё парень из первого подъезда умер! — сказала девчонка, покосившись в ту сторону. — Типа, несчастный случай!
— Прям эпидемия какая-то, — вздохнула женщина в платье.
— Ну вы чё? Эпидемия — это же когда болеют! — фыркнула девчонка. — А тут какая-то мистика!
Саяна в сверхъестественное не то чтобы верила, но и не то чтобы совсем-совсем не верила. Что-то где-то, наверное, есть. Но не в собственном же доме! Не в обычной панельной многоэтажке обычного города.
Приехали медики, затем полиция. Один из полицейских мрачно заметил:
— Который раз сюда приезжаем уже. Мор у вас тут, что ли?
Когда всех присутствующих опросили, а тело увезли, Саяна вернулась в квартиру. Знакомая двушка снова показалась жуткой и неправильной. В чём же дело? Конечно, три смерти в одном доме — это странно и страшно, но в конце концов Саяны это не касается.
В дверь постучали, и девушка вздрогнула.
Подошла к двери и посмотрела в глазок. На лестничной площадке стоял Геннадий.
— Саяна, извините, но вы, кажется, браслет потеряли.
Она открыла дверь, посмотрела на протянутый мужчиной браслетик-цепочку с подвеской-шармом в виде сердечка и сказала:
— Нет, это не моё.
— О, простите ради бога! Видимо, это той девочки, Танечки.
Геннадий улыбнулся, а Саяна вновь ощутила холодок.
— Наверное. Извините, я занята.
Она попыталась захлопнуть дверь, но мужчина придержал её и спросил:
— А вы не знаете, в какой квартире она живёт? Надо ведь вернуть украшение. Для девочки это целое сокровище!
— Нет, не знаю. Извините.
— А может, кто-то из вашей семьи знает? Спросите у домочадцев, если не сложно.
Геннадий снова обворожительно улыбнулся. Но Саяне отчётливо виделась угроза в его прищуренных карих глазах. Кажется, он пытается понять, одна ли она дома.
— Сейчас, — она выделила это слово голосом, — дома никого нет.
И добавила, стараясь выглядеть спокойной:
— Скоро вернётся муж, но он тоже вряд ли знаком с этой Таней.
Геннадий явно ей не поверил. Его улыбка стало пугающе многозначительной, но тут послышался шум пролётом выше. Кто-то спускался по лестнице. Геннадий сказал:
— Простите за беспокойство, мне пора. Ещё увидимся, Саяночка.
И он быстро удалился. Саяна шумно выдохнула. Сердце колотилось в груди, как бешеное. Ладони взмокли. По спине тёк пот — и вовсе не потому, что на дворе июль.
Сверху медленно спускалась старушка. Она же недавно уходила — и когда успела вернуться? Хотя времени прошло больше, чем кажется: пока дождались медиков и полицейских, пока показания дали. Интересно, почему она сверху спускается, если живёт под Саяной? Хотя не всё ли равно: главное — она спугнула этого Геннадия.
— Здравствуйте! — кивнула девушка.
— Здравствуй-здравствуй, внучка, — отозвалась старушка и пошла вниз.