Необычное и обыкновенное (СИ)
В дверь позвонили крайне не вовремя. Я как раз проводил мудреный ритуал по приготовлению архинужного этим утром зелья. Или, проще говоря, кофе варил. И решил, что отвлекаться не буду.
Тот, кто стоял за дверью, оказался настойчив и снова нажал на звонок. Я покосился на Марго, дремлющую на лежаке в углу кухни: она даже ухом не повела. Значит, нет там, за дверью, ничего экстренного.
Дзи-и-инь! — раздалось в третий раз, и я понял, что с кофе снова ничего не выйдет. Снял турку с плиты и, ворча на ходу, поплелся к входной двери.
Правду ведьмы говорят: или ты жилье обживаешь, или оно тебя. Вот и я в доставшейся по наследству бабушкиной квартире обретаю привычки, не свойственные моим двадцати пяти. Скоро такими темпами вязать начну и пироги печь.
За дверью обнаружилась девочка лет десяти. А может, двенадцати. В общем, не крошка, но еще не подросток. В желтой курточке и в шапочке с кошачьими ушами.
Она с любопытством оглядела меня и спросила:
— А вы правда ведьма?
Я тяжело вздохнул и сказал:
— Нет.
Аккуратно закрыл дверь и вернулся на кухню. Не люблю связываться с детишками. Порой и с всезнающим оком не разберешь, что у них по-настоящему случилось, а что только в голове.
Выпил невкусный кофе. Вот все виды отваров получаются, зелья тоже, а кофе никак. Прям проклятье какое-то.
Кофейная гуща показывала дом. Деревянный, одноэтажный, как в деревне. К чему бы это? Я вроде бы в сельскую местность не собираюсь, дачи у меня нет. Впрочем, гадания мне в принципе не очень удаются. Другие ведьмы говорят, это потому что я не женщина, как большинство ведьм. А я уверен, это потому, что я в судьбу не верю.
После завтрака Марго велела собираться и идти с ней гулять. Маргарита — мой фамилиар, и на самом деле ходить под кустик ей не нужно: она хоть и выглядит как черный пушистый песик, зверем не является. Но гулять она любит. И обнюхивать кусты тоже.
Едва мы вышли из подъезда, как я снова увидел ту девочку в желтом. Она тоже меня заметила, но виду не подала. Сидела на качелях напротив моего подъезда с несчастным видом и даже в телефоне не копалась, как положено современным детишкам.
Ну и ладно. Я пошел за Марго, деловито семенившей вдоль кустов.
И трех метров не прошел, как меня нагнала девочка в желтом.
— А обманывать нехорошо! — строго, с легкой обидой в голосе сказала она. — Вы точно ведьма! А это ваша Марго.
Марго притворялась, что она просто песик и что ее крайне интересует бордюр.
— А ты кто? — спросил я.
— Я Вероника. Мне про вас Аля рассказала, а ей Никита, а ему Саня из математического лицея. Вы его от демона спасли осенью!
Саню я помнил. Действительно, была там история со слепым возмездием.
— И что тебе надо, Вероника? На ведьмака посмотреть — вот он я. Ничего интересного.
— Мне не посмотреть надо, — вздохнула девочка. — Мне помощь нужна. Но если вы мне помочь не можете, то я, наверное, пойду…
Я вздохнул. Не гнать же ее теперь. Раз почти час ждала меня у подъезда, значит, что-то и правда важное. По крайней мере, она так думает.
— Ладно, расскажи, в чем дело!
— Спасибо, дяденька-ведьма! — обрадовался ребенок.
— Ведьмак!
— Не, ведьмак, он такой с белыми волосами, с бородой и с мечами. А вы — дяденька-ведьма!
— Рассказывай уже! — досадливо велел я, следя за тем, как Марго крадется за толстым голубем.
— Ой, ну, у меня столько всего! Мой волшебный помощник, он не хочет Яре помогать, а она моя лучшая подруга! Она теперь со мной не разговаривает! А если до конца четверти у нее хотя бы четверки по матике не будет, она вообще никогда-никогда со мной не будет говорить! А мы же друзья!
Марго прыгнула на голубя, но тот увернулся. Моя хвостатая помощница сделала вид, что она вовсе и не хотела ловить глупую птицу.
— Так, погоди! — велел я. — Рассказывай с самого начала, а то я уже запутался.
— Ну, сначала я зимой на суженого-ряженого гадала! — заявила девчонка.
— К-хм, — фыркнул я, — не рановато?
— Мне уже одиннадцать! Мама говорит, я уже большая! — серьезно ответила Вероника. — Ну вот, я на суженого-ряженого гадала и потом в зеркале его видела. Ну немножко видела, конечно…
Я похолодел: гадания с зеркалами — это не шутка. Мало ли что могла вызвать эта глупышка?!
— Но все-таки же видела. Значит, он есть! — продолжала девчонка, перепрыгивая через очередную лужу. — И я его решила сейчас позвать. Ну, то есть не сейчас прямо, а в феврале. Я там за контрошу по матике получила два. Так расстроилась, прямо до слез. Мама меня ругала. И бабушка ругала. Папа не ругался, но тоже недовольный был. А училка сказала, что кто матику не знает, тот будет работать на низкок… низкокла… ну, в общем на такой работе, где работать надо много, а денег дают мало!
Вероника возмущенно всплеснула руками и чуть не поскользнулась. Я придержал ее за плечо.
— Ой, спасибо! Ну, вот я тогда поплакала и решила, что кто-то мне должен помочь. Мама и папа в школе учились сто лет назад, все забыли уже. А бабушка вообще всю историю из учебника видела, она совсем старая. Яра, подруга моя, она по матике еще хуже, чем я. Кто остается? Мой жених! Ну, тот, которого я встречу потом. Суженый-ряженый! Он же должен мне помогать? Должен! И я тогда его вызвала. И амулет волшебный сделала! И он работал, представляете?! У меня вся матика стала сама решаться! А еще родители обещали ролики купить! А я их год уговаривала! Еще бабушка тысячу подарила!
— Погоди, ты вызвала суженого-ряженого из зеркала и сделала амулет?
— Ага!
Звучит ужасно, но все же вряд ли у одиннадцатилетки хватило знаний и прыти совершить настоящий ритуал. Хотя кто их знает, современных детей? Надо уточнить.
На ощупь потустороннее влияние не чувствуется — я бы ощутил, когда ее за плечо взял, да и Марго спокойна, так что совершенно непонятно, что тут и как. А если непонятно, надо разобраться.
— Как сделала?
— Ну, я нашла в интернете знаки всякие и их перерисовала. Только некоторые некрасивые были, так что я их переделала немножко. Ну, и потом положила амулетик на подоконник, чтобы луна на него посветила. А потом всякие волшебные движения вот так руками сделала, потом сказала три раза: «Суженый-ряженый, приди!» Все!
Я еле сдержался, чтобы не расхохотаться во весь голос. Тоже мне магия!