Поднятие уровня в подземелье I (СИ)

Диана горько усмехнулась.
— Да. А у меня… — её голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — У меня осталась только одна цель.
Я нахмурился. Тон её голоса был слишком личным, слишком болезненным.
— И какая же? — осторожно спросил я.
Она подняла голову, её взгляд был холодным, но в глубине глаз плескалась едва сдерживаемая боль, превращающаяся в бесконечный гнев.
— Отомстить, — сказала она резко, будто вырвала это слово из себя. — У меня был брат. Старший. Он всегда защищал меня, поддерживал, даже когда весь мир был против. Даже несмотря на то, что у нас не было родителей, он заботился обо мне. Я все еще помню, когда десять лет назад, он вышел в коридор, где было много монстров, чтобы достать для меня еды… — она сжала рукоять меча, так что костяшки пальцев побелели. — Один человек, если его можно так назвать, забрал его у меня. Убил прямо в день рожденья. Именно поэтому я хочу стать сильнее. Стать сильнее, и победить его. — призналась она, и потом посмотрела на спящего товарища. — Филипп помогает мне свершить месть. Может быть, он выглядит слегка жутким, но он хороший человек, и главное, сильный. С ним я смогу отомстить…
Я нахмурился. Гнев, ненависть и боль в её голосе были почти осязаемыми. И все это… было направлено на меня! Но ведь я не убивал Даниила. Но, похоже, его убили в ту ночь — ведь именно в ту ночь у Дианы было день рожденья. Тогда, кто это сделал? И неужели он решил подставить меня?
Вот это проигнорировать я уже не могу. Но и сказать, что я избил ее брата, после чего его убили, тоже не вариант. Она сейчас так сильно меня ненавидит, что вряд ли будет вообще слушать.
— Ну убьешь ты его, и что потом? — поинтересовался я.
Диана некоторое время молчала, и все-таки ответила.
— Не знаю. Да это и не важно… — пробубнила она. — Даже если потом меня убьют, это уже не
— Ты знаешь, кто он? — спросил я тихо, стараясь не нарушить её сосредоточенность.
Диана кивнула.
— Да. Ну или точнее отчасти. Его лица или имени не знаю, но его альтер-эго весьма известно. Он одевается в дурацкий костюм и по ночам избивает преступников. Он сильный, опытный. Раз смог победить моего брата, то вряд ли его будет просто одолеть. Но однажды я дотянусь до него. И вот тогда… — её голос задрожал от сдерживаемой ярости. — Он поймёт, что значит потерять всё.
Я наклонился вперёд, чтобы встретить её взгляд.
Что же, у меня нет выбора, если она настроена серьезно. Думаю, Диана может стать настоящей угрозой. Любой, кто имеет подобную решимость станет намного сильнее, тем более если у нее есть талант. Поэтому я побуду рядом с ней, пока не разберусь с тем, что произошло.
— Я не знаю, как это — потерять брата, — сказал я. — Но я знаю, каково это, когда всё рушится. Я помогу тебе.
Диана посмотрела на меня так, будто не ожидала услышать этих слов. Её лицо смягчилось, но ненадолго.
— Не знаю, готов ли ты к тому, что ждёт впереди, — тихо произнесла она. — Но если однажды решишь пойти за мной… я не скажу нет.
Я кивнул. Ночь становилась ещё холоднее, но почему-то мне казалось, что наш разговор согрел нас обоих. Тем временем Филипп спал… ну или я на это надеялся.
  
Глава 23
 
Я стоял на своем посту, чтобы дать Диане и Филиппу отдохнуть. Мы спали по очереди, хотя лично я вообще во сне не нуждался, но все равно не стал принимать роль стражника на себя, и на то была весомая причина.
Мыслей было слишком много. Туман опускался на город, поглощая его остатки, и только звуки обитающих в городе монстров эхом отдавались в пустых улицах достигая моих ушей. Филипп подошел ко мне с видом человека, которому ничего не угрожает. Он был расслаблен, как всегда. Если так подумать, он всегда создавал такую ауру вокруг себя, будто ему никогда ничего не угрожает. Даже сейчас, в этом городе, полном монстров и разрухи, он не чувствовал опасности.
Он засунул руки в карманы и посмотрел на меня так, что даже я заметил некоторый холод в его глазах. Тонкая струйка дыма вырывалась из его сигареты, и на мгновение я почувствовал запах, который, казалось, пробудил какие-то мракобесные воспоминания.
  
— Ну что, Константин, — его голос был слишком спокойным, слишком уверенным. — Твой час прошел. Пора передать мне эстафету.
Я кивнул. Моя смена закончилась, и теперь все было на его плечах. Но что-то в его тоне меня насторожило. Обычно его эмоции было не так легко прочитать. Однако я бы не стал заострять на этом внимания, если бы Филипп не схватил меня за руку, когда я собирался пойти спать.
— Знаешь, Константин, — продолжил он, — я всегда получал то, что хотел. Никогда не было такого, чтобы я не добивался своей цели. С тех самых пор, как десять лет назад появились эти твари и Охотники, я всегда чувствовал, что я выживу. А знаешь, почему? Потому что у меня был дар. Гипноз. Пробудившись одним из первых, я мог заставить кого угодно сделать все, что захочу. Тебе тяжело в это поверить, да? Все, что я когда-то хотел — деньги, власть, женщины… Я все это получал, как по щелчку пальцев. Это было настолько легко, что я даже потерял ко всему этому интерес.
Я молчал. В его словах не было ни малейшей жалости, ни даже намека на гордость. Все это звучало так, будто он говорил о вещах, которые просто ему полагались. Это был не разговор. Это было утверждение.
И, что смешно, он моя полная противоположность. Ведь с тех пор, как появились подземелья и я Пробудился, моя жизнь была чередой бесконечной борьбы ни на жизнь, а на смерть, и я все еще не получил того, что желал.
В каком-то смысле мы с ним полные противоположности.
Он сделал паузу, раздувая дым изо рта, его глаза становились все более холодными и пустыми. Он как будто погружался в свои воспоминания, возвращаясь в те дни, когда его жизнь была одной сплошной победой. Я видел, как он слегка напрягся, как будто переживал этот момент заново, и это было странно. Странно и жутко.
— Но вот самое интересное, Константин, — продолжил Филипп, его голос стал чуть более тихим, но темнее. — Появилась одна девушка, которую я не мог заставить… сделать то, что я хотел. Она не поддавалась. Она не смотрела на меня с тем взглядом, который я привык получать. Не как все остальные. Ее врожденный дар позволил ей сопротивляться моей силе… И мне это так не понравилось, что, знаешь, я начал пытаться её победить. Пробуждать в ней что-то, что заставит её стать моей. Я использовал все свои силы, всю свою власть. Но сколько бы сил я не прикладывал, она продолжала меня игнорировать. И это… это взбесило меня. Ты даже представить себе не можешь, Константин, как я ненавидел её за это.
В его голосе на мгновение появилась такая боль, что я замер, не в силах реагировать. Он не был расстроен. Он был злой. Он был как животное, загнанное в угол, и теперь его взгляд был полон одержимости. Он продолжил:
— И чем больше я пытался её сломать, тем больше она становилась для меня желанной. Ты знаешь, что это такое? Когда ты не можешь получить то, что хочешь, это превращается в какую-то болезнь. В одержимость. И чем сильнее я пытался, тем больше я был уверен, что она должна быть моей. Это превратилось в любовь… нет, слово «любовь» и близко не описывает то, как сильно я хотел ее получить…
Он замолчал на мгновение, а я чувствовал, как его взгляд медленно скользит по мне. Я пытался понять, что он чувствует, но не мог. Он был как пустое зеркало, отражающее лишь себя.
Должно быть он считает, что напугал меня? Ха. Как будто кто-то вроде него мог меня испугать.
— Ты реально думаешь, что можешь просто взять и получить все? В том числе и людей? — я знал, что слова ничего не изменят, тем не менее, произнес это. — Ты не понимаешь, что с тобой не так?
Он посмотрел на меня с той самой насмешкой, как всегда, но в его глазах я видел что-то другое. Что-то, что напоминало злую, глубоко скрытую потребность.
— Понимаю, — сказал он холодно, его взгляд становился всё более пустым. — Но я все равно получу её. И, думаю, ты понимаешь, о ком я говорю, да?