Девочка из снов (СИ)
— Добрый день, чем могу помочь?
— Здравствуйте, я от Максима Мартынова…
— Программист? — в ее глазах появляются искорки радости. Киваю, улыбаясь, и складываю локти на стойку. — Мы Вас очень ждали, у нас тут такая неразбериха… Ведь раньше жили без компьютеров, а теперь словно без рук остались… — быстрым шагом идет к неприметной двери в дальнем конце холла. Стучит костяшками пальцев три раза и открывает дверь. — Ксения Георгиевна, программист приехал.
Из кабинета выходит девушка плюс минус моего возраста. Блин, здесь у них что, модельное агентство? А за ней идет, потирая усталые глаза Демид Александрович. Пожимает мне руку. Понятно, это, значит, сестра шефа. Раз второй шеф целует ее в губы и уходит.
— Меня Ксения зовут, — протягивает руку сестра шефа.
— Ярослав, — отвечаю на жест.
— У нас тут такой бардак… — и пошла жара. Заработался, забылся, отвлекся… И отполз от компов когда за окнами уже было темно. Твою ж налево! Собираю за собой бардак и выхожу в холл.
— Готово, принимайте работу, — говорю Максиму Георгиевичу, который тоже приехал в студию ближе к вечеру.
— Спасибо, Ярослав, с меня премия, — пожимает мне руку шеф.
К машине иду почти бегом, ну блин, все веселье без меня пройдет! Доезжаю быстро до места назначения. Здесь громко играет музыка. Полупьяные тела двигаются в такт речитативу. Вокруг импровизированной сцены толпятся люди, значит, там что-то интересное. Подхожу ближе — ну, точно, наш Даня красуется. Редкая пташка в нашем городе. Еще в школе стал заниматься современными танцами, потом поступил в институт физкультуры и спорта, ездил по соревнованиям, потом окончил курсы какого-то гуру R.N.B, и теперь он наша местная знаменитость, которую можно увидеть и по телеку. Красавчик, пацан! Оглядываю толпу в поисках своей ведьмы, сталкиваюсь с ее горячим взглядом. Она, значит, узрела меня первой. Улыбаюсь, иду прямо к ней. Рядом с Евкой стоит Мирон и что-то ей вещает на ухо, чтобы перекричать музыку. Она не обращает внимания на него, смотрит мне в глаза. От ее взгляда становится жарко, и я скидываю косуху, бросая ее на ближайший диванчик.
— Какие люди, — удивляется ведьма, приподнимая темную бровь. Волосы ее распущены и перекинуты на одно плечо. Оглядываю ее прикид. Ну, красотка, что тут скажешь… То ли комбез, то ли костюм, бархатная ткань блестит в огнях светомузыки. Аккуратные ступни упакованы в туфли на нереальной хромированной шпильке. На шее кольцами украшение. Как ошейник… Бля, я сейчас взорвусь!
— Давно не виделись, — подхожу ближе и, сдвигая Мирона в сторону, становлюсь рядом с девчонкой.
Все уже изрядно выпившие, поэтому не обращают на нас внимания. Включается новый трек, и толпа начинает бесноваться с новой силой. Ева тоже начинает танцевать. «SexyBack» Тимберлейка будоражит кровь, так же, как и танец моей паршивки. Как можно вообще двигаться на таких шпильках?! Смотрю на нее, не могу оторваться. Ее волосы разлетаются от движений, входя в кураж, втягивает в танец и меня. Даю волю рукам, притягиваю ее к себе. Не сопротивляется, разворачивается ко мне спиной и ведет бедрами. Сумасшествие какое-то. Сжимаю ее бока в порыве. Черт, хоть бы больно не сделать… Одной рукой зарываюсь в ее волосы, разворачивая к себе лицом. Хочу поцеловать ведьму! И не только поцеловать… Но она ухмыляется и, вывернувшись из моего захвата, уходит к бару. Довольно нетвердой походкой. Пьяна, как и все здесь. Хочу пойти за ней, но меня останавливает Даня. Давно не виделись с ним, вовлекает меня в разговор, и я на время теряю паршивку из поля зрения. Вокруг барной стойки толпятся зеваки, и идет бурное обсуждение чего-то.
— Что-то там назревает, — Даня тащит меня за плечо в сторону бара. На барном стуле сидит моя ведьма, томно закинув ногу на ногу и смотрит на стоящую перед ней девку. Оля провоцирует Евку. И не боится…
— Да тебе слабо просто… Так и скажи!
— Мне не слабо, я с любой прической красотка… А вот тебя как ни марафеть, так и останешься обезьянкой…
Оля выходит из себя, рвется в сторону Евы, которая уже не просто улыбается, она в открытую смеется над выскочкой. Вот что мне нравится в ведьме, так это то, с каким достоинством она может выйти из любой ситуации.
— О чем спор, бро? — спрашивает Даня у рядом стоящего парнишки.
— Рыжая начала стебать Евку, что та когда-то лысая ходила. А Евка сказала, что ей не в лом опять подстричься. Типа она и без волос красотка…
Прикрываю глаза. Какой была дурехой, такой и осталась.
— Ребят, Евка желает подстричься… Где наша парикмахерша Вика? Вииикааа!
— Я здесь, — выныривает Вика из толпы.
— Есть машинка для стрижки?
— В машине…
— Неси! — приказывает Ольга, но та не двигается с места. Переводит испуганный взгляд на Еву. Та улыбается и покровительственно прикрывает глаза, кивая. Вика через несколько минут возвращается с машинкой для стрижки. Руки ее трясутся. Пока ее не было, Оля не прекращала провоцировать мою ведьму, а та сидит, потягивает мартини из фужера и только снисходительно улыбается. Задерживаю Вику на подходе, но это не остается незамеченным.
— Ярик, отпусти моего парикмахера, — улыбаясь, смотрит мне в глаза ведьма.
— Да, Ярик, отпусти парикмахера, Ева изволит подстричься, — говорит Оля и сдергивает с ближайшего свободного стола белую скатерть. Ева многозначительно приподнимает бровь. Я отпускаю локоть Вики, и та подходит к Еве, которая садится верхом на стул, придвинутый кем-то из толпы.
— Начинай, Викуль. Сделай все по красоте, — дает указание Ева и находит взглядом мои глаза. Стою как раз напротив, и уже хочу сделать шаг, чтобы остановить это безумие, но Ева резко выдыхает. — Только посмей, Ярик…
Вика забирает у Ольги скатерть, накрывает ею плечи моей ведьмы и включает машинку. С болью в груди наблюдаю, как на пол валятся светлые пряди. Глаза у Евы спокойные, даже чересчур. Наверно, адреналин мешает мыслить здраво. Несколько минут, и на меня смотрит та же ведьма, но без волос, прямо как в моих снах. Толпа начинает гудеть шепотками после гробовой тишины. Музыку диджей вырубил еще в начале потасовки.
-Ну, Ольча, теперь твоя очередь. Я выполнила условия… — Ева с азартом в глазах смотрит на свою оппонентку, а та начинает отступать назад. Шаг за шагом, пока не натыкается на Даню, который с пути уходить не собирается.
— Что же ты, Оль, слово свое не держишь? — говорит вкратчиво Даня, подталкивая девчонку обратно.
Вика освобождает Еву от накидки. Моя Ева проводит пальцами по коротко стриженой голове, улыбается губами с фиолетовой помадой. Я сглатываю. Ну вот опять, истекаю слюной при виде ведьмы…
— Садись, дорогая, — приглашает Ева Олю, которую под локоть держит Даня. — Это не больно и быстро. А хочешь, я сама тебя подстригу?
— Нет, не хочу, — нервно Ольга пытается вырваться. — Отойди от меня, психованная! Даня, отпусти меня… Отпусти…
Ева включает машинку и заносит руку над головой Ольки. Наблюдаю как какой-то фильм. Ольга оседает на пол к ногам Евы, заливается слезами и умоляет:
— Не надо, Ева, пожалуйста… Не делай этого, прошу…
— Ой, так я теперь Ева… А весь вечер ты меня Сорокой называла. Что изменилось, Ольча?
— Прости меня, ладно? Но только не брей… Только не брей, — ревет Оля, не поднимая глаз.
— Вот видишь, Ольча, как бывает. Стоишь на коленях перед Сорокой и умоляешь не стричь тебя… А когда-то издевалась над тем, что я пришла в школу без волос… Жизнь — интересная штука, не так ли? — ведет бровью Ева. — Так и быть, живи… — отдает машинку онемевшей Вике. — Спасибо, Викуль, за стрижку. Когда буду приезжать в город, то только к тебе ходить буду, — с улыбкой достает из кармана тысячную купюру и засовывает в трясущиеся руки парикмахерши. — Ну чего зависли? Кислая какая-то вечеринка! Диджей, где музыка? Лешик, повтори мне двойной мартини, — это уже бармену. Тот наливает напиток и благоговейно улыбаясь, говорит:
— За мой счет.
— Спасибо, Лешик, ты такой милый…
Включается музыка, народ расходится кто куда, возле бара остается только Евка. Подхожу и падаю на барный стул рядом с ней. Смотрю на ее бритую голову. Черт, а ведь ее это действительно не портит… Яркие губы и густо накрашенные глаза смотрятся еще притягательнее, брови — это вообще отдельная история…