Лебединая песня (СИ)

– О чем это ты? – враждебно сощурился альфа.
Он прекрасно понимал, что характер у маленького не сахар. Со стороны он мог показаться бесчувственным деспотом, но все это было наносное. Маска. И уж кто-кто, а Йонг об этом прекрасно знала.
– Твой омега внушил тебе чувство вины. Всегда и за все. За свои мысли, за мечты, за душевные порывы ты извиняешься перед этим поганцем! Но самое ужасное, ты считаешь, что он прав.
Блэйк нахмурился. Он не знал, что ответить. Йонг говорила гадости об Арди, но с таким видом, будто у нее накипело. Альфа не знал, что ей возразить в ответ! Потому что, по большому счету, Йонг была права.
Блэйк положил к ногам Арди свою самую большую страсть – горы! Он пожертвовал ими ради любви! Пожертвовал друзьями и их альпинистским братством, пожертвовал тем шоу, которое их большая команда делала на протяжении многих лет. Все это так. Но он сделал это добровольно! Потому что именно так поступают настоящие альфы. А Йонг этого не понять, она – бета.
Черт! Глядя в темные глаза подруги, Блэйк устыдился этой мысли. Все-то она понимает! Йонг, удивительным образом в 48 выглядевшую на 30, выдавал взгляд. Она читала их всех – его, Ли, Чета – как раскрытые книги.
– Не сердись, – улыбнулась Йонг, – я просто хочу быть уверенной, что ты в порядке.
– В абсолютном, – кивнул Блэйк, ощущая прилив сил и хорошего настроения.
– Тогда ладно, – она шагнула и обняла его за плечи.
Блэйк тоже обнял Йонг. Ему показалось, что она слишком сильно сбросила вес за время акклиматизации. Йонг, единственная из четверки «Адреналина», уже много лет не поднималась в горы.
– Как ты сама?
– Все отлично. Рвусь в бой.
Йонг обвела взглядом горы. Над темной пирамидой Эвереста сияло бесконечное ярко-синее небо.
– Не верю, что мы снова здесь! Это безумно! Волшебно! Спасибо, что снова собрал нас, Джордан.
Блэйк испытывал похожие чувства: азарт, трепет, возбуждение. Они провели здесь месяц, взошли на Ама-Даблан, совершили несколько подготовительных восхождений на Эверест, но он так и не утолил свою тоску по горам. Для этого нужно было дойти до вершины и снова, вместе, как в прежние времена, осипшими от ледяного бескислородного воздуха голосами выкрикнуть: «Это наша вершина!»
========== Глава 2 ==========
Ли не чувствовал ни малейшего волнения. Вообще, ни капли. Наверное, от Рэми он заразился феноменальным спокойствием, а может быть, сказывались годы работы в спасотряде, потому что ребята здорово нервничали. И Йонг с Четом, и Блэйк в этот последний вечер перед подъемом были на взводе, хоть и старались этого не показывать.
Джордан поругался с руководителем японской экспедиции, который заявил, что они собираются подниматься на вершину одновременно с командой «Адреналин». Спор не стоил выеденного яйца, потому что съемочная группа выкупила завтрашний день целиком и имела соответствующее разрешение от непальского правительства. Следовало просто вызвать Эрни, но Блэйк самозабвенно орал на Нобу Мацуо, причудливо мешая японские слова с английскими. Ли пришлось вмешаться и развести их, пока те не полезли в драку.
Йонг сидела в чате, общаясь с поклонниками и дочерью, хмурилась и попадала пальцами мимо букв. Завтра, в кадре, она снова станет лощеной светской львицей, ослепительно красивой даже в условиях суровых гор, но сейчас ее хотелось обнять и спрятать в своих объятьях. Что Лионель и сделал, невзирая на презрительное фырканье кошечки.
Чет провел вечер с русской экспедицией, играя в карты и обмениваясь анекдотами. Юмор русских повергал Марэ в растерянность, поэтому, определив местонахождение товарища по команде, Ли вернулся в палатку и снова набрал мужа.
Он недоумевал, почему Рэми не сообщил ему о своем положении. Ведь не могло быть так, чтобы он, доктор, и не заметил беременности. Кеннеди не взял трубку, снова встревожив Ли. После нескольких неудачных попыток, связь все-таки восстановилась, но в динамике раздался бодрый голос Диего Джордана:
– Рэйм спит, дядя Ли, – сообщил сын Блэйка, – разбудить его?
– Нет, – с облегчением улыбнулся Лионель, представляя мирно спящего омегу, – не буди, пусть отдыхает. А ты что делаешь в его номере?
 
– Играю в World of Tanks на планшете и…
– И?
– И охраняю, естественно.
– Молодец! – одобрил Лионель, смеясь про себя. – Доверяю его тебе!
– Я не подведу, – серьезно уверил его ДиДжей.
Восхождение начали практически сразу после полуночи, чтобы к обеду, когда начнется особенно активное движение ледника, быть уже в первом высотном лагере. Погода стояла отличная, ясная и почти безветренная. Над Эверестом раскинулось звездное небо. Луна светила так, что операторы разрешили не использовать прожекторы – высокочувствительные камеры давали отличное изображение и при таком свете. Лед под ногами серебрился и мерцал, кошки скрипели, царапая наст, когда адреналинщики цепочкой передвигались по леднику.
– Первое, что увидит начавший здесь восхождение альпинист, будет ледопад Кхумбу, который называют «дорогой жизни», – как всегда, начал репортаж Джордан. – Хотя иногда он не оправдывает этого имени. Через него ведет одна-единственная дорога в Западный цирк (Долину Безмолвия), где и берет начало этот мощный ледник. Ледопад находится на высоте 5486 метров (17999 футов) от уровня моря на непальском, южном склоне Эвереста. Его длина составляет почти 22 км. Несколько километров он спокойно течет, затем вдруг резко обрывается 600-метровым уступом, поворачивает на 90 градусов, и продолжает свое спокойное течение еще несколько десятков километров. Этот самый уступ и являет собой ледопад Кхумбу. Долгое время он считался неприступным. Недобрую славу ему создали многочисленные трагедии, разыгравшиеся здесь: экспедиции, не сумевшие преодолеть нагромождение льда; альпинисты, проваливавшиеся в бесконечные расщелины, пересекающие ледник во всех направлениях.
– Адское местечко, – сказала Йонг.
– Но мы отлично подготовились, – добавил Чет, – и как раз добрались до первого моста, перекинутого через трещину ледника.
– Я чувствую какое-то дрожание под ногами, – сообщила Йонг, – можно, я пойду первой?
– Конечно, детка, – ответил Блэйк, – мы тебя страхуем.
Ночь выдалась холодной, но могло быть и хуже. Блэйк был спокоен, перед самым началом съемок они с Арди проговорили почти три часа. Маленький немного смягчился, был ласковым и покладистым, расспрашивал о подробностях восхождения. Блэйк, конечно, умолчал о сложностях. Не стоило его слишком пугать. Беспокойство Арди грело душу. Его гордый омега всегда стеснялся говорить о чувствах, но поступки были красноречивее слов. Арди прилетел в Непал, чтобы быть к нему поближе, подбодрить и успокоить перед восхождением. После разговора с мужем Блэйк почувствовал уверенность в своих силах и в том, что они смогут дойти до вершины и спуститься назад живыми и невредимыми. Арди, как ангел-хранитель, будет приглядывать за ним с помощью камер. Они будут общаться через переговорник, как тогда, в Патагонии, и Блэйк будет постоянно чувствовать его присутствие рядом. Арди был необходим, как воздух. Да нет, больше, чем воздух! Блэйк планировал идти к вершине без кислорода, но без голоса маленького в наушнике – ни за что.
Йонг без колебаний двинулась по перекинутому трапу. Кошки звенели, сталкиваясь с алюминием перекладин, и было слышно негромкое потрескивание ледника. Когда Йонг достигла противоположного края трещины, настал черед Чета.
– За ним иди ты, – велел Блэйк Лионелю. Марэ сощурился, словно хотел поспорить, но все же согласился и ступил на шаткий мостик.
Когда он был почти на середине, лед под ногами сильно завибрировал. Где-то слева раздался сухой треск. Полетели мелкие обломки льда, а следом за ними откололся и провалился в пропасть огромный серак. Блэйк замер, сердце колотилось в груди. Но ледяная глыба размером с небольшой дом, пролетела мимо, не зацепив, ни мост, ни Бродягу.
– Я в порядке, – крикнул Ли.
Блэйк с некоторым трудом выровнял дыхание и кивнул.