Не истинная - нейтрал (СИ)

Присев за стол напротив Амелии, мы приступили к трапезе. После того как закончили с основной едой и слуги принесли закуски, отец начал разговор, точнее, допрос без отягощающих.
— Агелия, ты решила поменять слуг?
— Да, не все из них выполняли свои обязанности должным образом, — уклончиво ответила я.
— Раньше ты не обращала внимания на такие мелочи, — заметил мужчина с насмешкой.
  
— Нужно же когда-то начинать?
— Возможно, — задумчиво проговорил он, — но ты выбрала слишком мягкое наказание. В будущем это могут расценить как за слабость.
— Мне нужно было их убить? — безразлично поинтересовалась.
— Зачем же? Не обязательно, но подпорченная репутация — это лишь малая часть. Почему ты не решила продать их в рабство? — не унимался Кристиан.
— Им и так дорога в благородные дома теперь закрыта.
— Хорошо, пусть так, — согласился он и продолжил: — Я очень горжусь вашими успехами в учебе. Хочу сделать вам небольшой подарок, — взмахнув рукой, личные слуги отца тотчас принесли нам с Амелией по небольшой коробочке.
Открыв свою, я увидела маленький полукруглый медальон с драгоценными камнями, спаянный в цепочку. Без особого восторга я рассматривала бижутерию, у меня и так целая комната таких украшений. Сомневаюсь, что смогу все хоть раз надеть, хотя, его можно как браслет носить, если цепочку дважды обкрутить вокруг запястья.
Я посмотрела на Амелию, она тоже достала свое украшение. Немного отличается, но смысл, в принципе, тот же. Перевела взгляд на отца, он понял мой немой вопрос: «Ну и?»
— Это не просто украшение. У него есть защитная способность и водная целительная стихия. Если вы посмотрите повнимательнее, то заметите несколько камней разного оттенка. Каждый камень — это дополнительный артефакт. Конечно, ничто не сравнится с природными способностями, но он может сыграть хорошую службу, — объяснил мужчина.
Хм. Артефакт, значит. Теперь мне интересно, какие еще украшения в комнате могут обладать дополнительными функциями. Не поспоришь, хорошая вещь, но…
— Нам есть чего опасаться?
Мужчина немного задумался, а потом ответил:
— Замок хорошо защищен, но у меня много врагов. Это факт. Я бы предпочел, чтобы вы были дополнительно защищены хотя бы от внешних воздействий.
Амелия засияла от радости и, не сдержавшись, проговорила:
— Благодарю, отец, за столь ценный дар, я буду его беречь.
— Амелия, его не нужно беречь. Пользуйся им и пусть он оберегает тебя, как и Агелию, — серьезно проговорил мужчина, покосившись на меня.
— Благодарю, — учтиво склонила голову я.
— Благодарю, отец, — вслед за мной еще раз проговорила девочка.
— Дети, скоро мне также необходимо будет отправиться в соседнее герцогство, но оно не так нейтрально к нам. Оттуда я планирую привезти еще по одной вещи для вас. Я надеюсь, что вы оправдаете мои ожидания, — улыбнулся мужчина, отсалютовав бокалом вина.
— Обычно вы не упоминаете о подарках заранее, — заметила я.
— Да, — кивнул он, — но этот подарок будет отличаться от всех, что у вас есть.
— Это опасно?
— Вам не о чем переживать.
Отставив все приборы, отец дал понять, что трапеза окончена. Амелия начала собираться уходить, но я решила окликнуть мужчину:
— Отец, я хотела бы с вами поговорить, — начала я, но он взмахнул рукой, прерывая.
— Переместимся в мой кабинет.
Я лишь слегка склонила голову в знак согласия.
Кабинет отца встретил нас довольно минималистичным убранством. Самым примечательным был лишь огромный стол из красного дерева и по всей стене из того же массива его личная библиотека. Слева в помещении находился диван с несколькими креслами и столиком.
Указав на гостевую зону, мы присели на места. Он разместился в кресле, а я решила присесть на диван.
— Чай будешь? — спросил отец.
— Нет, благодарю.
— Так, о чем ты хотела поговорить?
Немного помолчав, я закидала его своими вопросами о рабах. Мне было важно узнать, как отец может отнестись к моему решению о судьбе моих подопечных. Мужчина только посмеялся, когда я задала вопрос: «Нормально вообще?»
— Твои рабы, только ты и можешь принимать решение об их судьбе. Первая дочь начала считать, что неправильно держать рабов? Да, возможно, с некоторой высокоморальной точки зрения светлых — это непростительно, — саркастично проговорил Кристиан.
«Получается, только я ими могу распоряжаться, уже неплохо. Значит, никакой бюрократии не возникнет, когда придет время их отпустить, так даже лучше», — подумала я и внутренне обрадовалась.
— Высокоморальной точки зрения светлых? — переспросила я.
— Верно, — кивнул он, коротко усмехнувшись, и продолжил: — Подумай вот о чем: им нет места нигде, они родились рабами. Некоторые же преступники высокорангового класса, изгои. Всех не спасти, некоторые не желают спасения сами. Такова жизнь.
— Но… как же право выбора? Те, кто родился рабами, в чем виноваты? За то, что просто родились?
— Думаешь, рабы совсем беспомощны и ничего не могут? — ответил он и наклонил голову на бок.
— Да? — почему-то вопросительно посмотрела я на мужчину.
— Нет, дорогая, они также могут убить своего хозяина. Дело в том, что подпитка рабской печати происходит в незначительных количествах, но постоянно. Поэтому хозяин должен разумно подходить к этим вопросам.
Я была немного озадачена его словами. Как это убить? Сразу захотелось уйти в себя и почувствовать те или иные изменения, но все было спокойно.
— Это как?
— Рабскую печать необходимо постоянно подпитывать. Это происходит неосознанно и не так опасно в обычном случае, но если хозяин ослаблен, некоторые рабы могут извернуться и перетянуть на себя остатки сил хозяина, что впоследствии может убить или опустошить источник безвозвратно, — терпеливо пояснил он. — Некоторые добровольно идут на такой шаг, потому что существо переходит под покровительство хозяина, это становится его ответственностью. Если существо погибнет, хозяина осудят. Если рабы погибают постоянно, то начнется разбирательство.
— Зачем тогда? Почему нельзя нанять как обычных слуг?
— Рабы нужны, хотя бы потому что благодаря им можно выбрасывать излишки энергии молодым. Они лучше подходят под сопряжение, так как связаны на прямую с хозяином, не все конечно, но вероятность возрастает в разы. Тем более, что некоторые так и норовят показать свою значимость. Это статус, понимаешь? — немного поморщился он, не одобряя — Во-вторых, это защита. Хозяин абсолютен, и другие не посягнут на его собственность. Если с хозяином можно договориться, то почему бы и нет? В-третьих, преступники, не забыла? Ну и последнее, думаю, некоторые просто не знают, как иначе.
Я задумалась и поморщилась в ответ. Конечно, складирование живой клади — это статус, оказывается. Я уже не говорю о перепродаже в бордели, но если жизнь ставит в такую позицию, из которой так просто не выбраться, то лучше принадлежать одному, нежели каждому мимо проходящему.
— А как же те, кто не может принимать такие решения в силу возраста? — с сомнением спросила я, а мужчина устало прикрыл глаза.
— Мы не можем нести ответственность за чужие решения, — выждав паузу продолжил: — Конечно, это не одобряется, но такое случается. Например, когда семья теряет кормильца, а у женщины остаются дети без возможности их прокормить. Как тогда? — задал он риторический вопрос.
— Они принимают сложное решение от безысходности продать одного, чтобы прокормить остальных. Как правило, это уже подросшие дети. Естественно, младенцы никому не нужны. Могу лишь сказать, что рабы нужны не только для постельных утех, таких детей зачастую покупают для более трудной работы. Молодняку выброс излишков энергии при запечатывании дара помогают в основном именно рабы.
  
Я все больше мрачнела по мере того, как мужчина говорил. Какой-то дурдом. С высоты прожитых лет он объяснял все довольно спокойно и лишь голыми фактами. Возможно, я могу понять, что сотни прожитых лет заставляют смотреть на вещи с философской точки зрения, но… Неужели контрацепцию еще не придумали? Это же мир магии или где? Почему нельзя придумать какие-то устройства для таких нюансов? Конечно, стопроцентные гарантии никто не может дать. В жизни может случиться многое, и порой не все так радужно. Но это как-то… Я не знаю.