Давайте разведемся, Ваша Светлость! (СИ)

Я поняла, чего она требовала от меня, почувствовав, как Клара давит на мое плечо, вынуждая наклоняться ниже. Свекровь ждала, что я окончательно паду и буду на коленях вымаливать прощения. За все пять лет моего супружества в прошлой жизни, таких крайностей было лишь несколько раз. Именно поэтому я знаю, что данный вид моего унижения доставлял свекрови наибольшее удовольствие, которое она берегла на особые случаи. Этот случай в ее понимании был особенным, и сейчас она жаждала растоптать меня окончательно.
В мыслях пронеслись последние дни, начиная с моего возращения в прошлое и то, что я успела добиться всего за несколько дней. Я смогла постоять за себя все эти дни. Но сейчас… перед этой женщиной, я совершенно беспомощна. Вся моя воля и гордость превращаются в ничто, и я ничего не могла с этим сделать. Все мои мысли заняты лишь тем, чтобы поскорее закончить все и оказаться в одиночестве, лелея свое несчастье и израненную душу.
Потому и сейчас я даже не допустила мысль о собственной защите или сопротивлении, и покорно опустила голову к самому полу, тяжело дыша и набираясь сил, чтобы произнести слова, которые вновь втопчут меня в грязь.
Но как только я набрала в легкие воздуха, в дверь внезапно вошли без стука, а я услышала гневное:
– Я сказала не мешать мне. Как вы смеете вмешиваться в наш разговор и врываться без разрешения?
Сил не хватало даже на то, чтобы перевести взгляд и посмотреть, кто ворвался в комнату, и я была сосредоточена на том, чтобы дышать, смотря стеклянным взглядом в пол прямо перед своим лицом.
– Мне очень жаль, мадам, что помешал, но я забираю Ее Светлость! Сэр рыцарь, позаботьтесь о герцогине, – услышала я смутно знакомый голос, который сейчас даже не могла распознать среди остальных. Ко мне кто-то подошел, а затем сильные руки аккуратно подняли меня с пола и прижали к своей груди, к которой я прильнула словно маленький ребенок, дрожа всем телом. Грудь, на которой я спрятала свое тихо рыдающее лицо, была широкой и твердой, облаченная в легкий доспех. Я не понимала, кто меня спасал, кто держал меня на руках и кто осмелился спорить с великой герцогиней. Кажется, в тот момент я даже не осознавала, что все это делают разные люди, а не один человек. Меня занимала лишь мысль о том, что, кажется, скоро меня заберут из этой страшной комнаты.
Поскорее бы... Пожалуйста, молю... Поскорее...
– Жак! – рявкнула Клара, но даже после этого мои мысли были настолько запутаны, что я не осознала, о ком конкретно она говорит. – Немедленно прекратите это!
– Я что, не имею права говорить со своей же невесткой? – очень тихо и вкрадчиво спросила свекровь, а я задрожала сильнее, понимая, что если неведомые спасители сейчас передумают, я стану той, на ком свекровь сорвет свою злость. Появилась мысль, что лучше бы самой спуститься с рук, чтобы не злить свекровь сильнее. – Мы просто общались, верно, дорогая? – все же обратилась она ко мне. поймала себя на том, что рефлекторно собиралась кивнуть, как делала всегда. Если соглашусь и промолчу, наказание будет не таким сильным и больным...
Но как только я собиралась это сделать, ощутила, что меня прижимают к себе крепче, а над ухом раздался едва слышимый голос:
– Вам больше не чего бояться, леди Ария. Я не позволю причинить вам боль.
Я пораженно замерла, боясь даже вздохнуть, а затем очень опасливо подняла взгляд и несмело улыбнулась, боясь поверить в свою удачу и реальность происходящего. Никто и никогда еще не приходил на помощь. Никто и никогда еще не обещал, что защитит. смею ли я поверить в подобное? Но сейчас мне этого очень хотелось. Даже если после я сильно пожалею...
– Ее Светлость была на коленях, когда мы вошли. Очевидно, что ей стало нехорошо, в таком состоянии она не сможет продолжить разговор, мадам. Вы ведь не станете спорить с этим?– очень тактично заметил мужчина, в котором я начинала нехотя узнавать секретаря своего мужа. На руках же меня держал сэр Гаспар, который незадолго до внезапного приезда свекрови отпросился у меня посетить рыцарский орден. – Его Светлось приказал нам в его отсутствие оберегать Ее Светлость герцогиню от любой опасности или потрясений. Потому, если желаете, продолжите свой разговор после возвращения герцога. До тех пор леди Арию должен осмотреть врач.
 
– Не смешите меня! – взвилась свекровь. – Ария, скажи им, что все в порядке.
И вновь появилась потребность подчиниться, и лишь болезненным усилием воли я сидела на руках рыцаря, даже не шевелясь и не дыша.
– Ария! – требовательнее позвала мадам Фелиция, а я зажмурилась.
– Мои глубочайшие извинения, мадам, – раскланялся Жак, что я заметила краем сознания. – Но я подчиняюсь лишь приказам Его Светлости и не могу ослушаться его воли. Если я ошибся, позже, непременно приму свое наказание, если таковое будет!
– Да ты в своем уме, идти против меня? – прошипела свекровь.
– Как уже сказал, я подчиняюсь своему господину. При всем уважении, мадам, но это – не вы, а ваш сын. Если он решит меня уволить за подобную дерзость, я приму это решение с благодарностью. На этом прошу простить, но меня сильно беспокоит бледность леди Арии. Думаю, ей срочно нужно показаться врачу.
– Жак! – позвала Клара, в чьем голосе послышался такой шок от предательства сына, что мне на мгновение стало ее жаль.
Но лишь на мгновение…
*** 
– Я еще не вступил в должность, но уже жалею, – вышел герцог из кабинета императора, что вызвал Сиэля по незначительным вопросам, которые могли подождать. Тем более в такой день, как этот. Сегодня Сиэль собирался встретить мать и серьезно поговорить с ней. 
В телеграмме говорилось, что великая герцогиня вернется лишь вечером, но странная нервозность и тревога захватила его значительно раньше, еще по дороге в императорский дворец. Покидать поместье герцогу категорически не хотелось, но и пойти против приказа императора не мог, потому приложил все силы, чтобы решить вопросы в самые короткие сроки. По расчетам у Сиэля было еще несколько часов в запасе на дорогу домой и остальную подготовку, но вновь и вновь ловил себя на мысли, что торопится и буквально загоняет лошадь, отказавшись от экипажа, что вместо полутора часов на дорогу, заняло всего полчаса. 
И тревога эта только возросла, когда, войдя в дом, он увидел Жака, что провожал хорошо знакомого мужчину. 
– … я выпишу успокоительный сбор для Ее Светлости. Нужно создать для нее спокойную обстановку. Я приеду завтра утром, чтобы контролировать процесс, – услышал герцог обрывок диалога между врачом и своим секретарем. 
– Доктор? Что вы здесь делаете? – стремительно подошел Сиэль к мужчинам, которые удивились неожиданному появлению герцога. – Что-то случилось с герцогиней? Ей стало плохо? – занервничал Сиэль и посмотрел на своего помощника, на чьем лице заметил странное выражение сдерживаемого волнения. – Я задал вопрос! – поторопил Сиэль, и слово взял доктор: 
– Физическое здоровье герцогини в норме, Ваша Светлость. Я прописал лекарство, которое поможет быстро заживить ушибы и воспаления. По этому поводу беспокойств нет. 
– Ушибы? Воспаления? – нахмурился его Светлость. – Она что, упала и поранилась? – вновь посмотрел Сиэль на секретаря, чей взгляд мужчине совсем не понравился. 
– Куда больше меня беспокоит душевное состояние Ее Светлости, – меж тем продолжил доктор. – Не знаю, что стало причиной приступа, но мне с большим трудом удалось заставить леди Арию принять лекарство, благодаря которому она уснула. Она отказывалась говорить, даже слова за все время осмотра от нее не услышал, настолько она была потрясена. Как только отдохнет, ей должно стать лучше. Но если не оградить ее от потрясений, состояние может ухудшиться, – бубнил пожилой мужчина, пока герцог не мог взять в толк, что случилось в его отсутствие. – Вот мое заключение, ознакомьтесь и следуйте указаниям, – всунул в руки герцога бумагу доктор. – Как сказал недавно господину Жаку, завтра утром я вновь навещу Ее Светлость, но если состояние герцогини ухудшиться, тут же посылайте за мной. Кстати, вы сами выглядите очень уставшим, Ваша Светлость, – подметил доктор. – Вы все еще принимаете то снотворное? Я же предупреждал, что это – временная мера, Ваша Светлость. Нужно пройти соответствующее лечение! Пока я здесь, хотел бы провести осмотр…