Звезды примут нас (СИ)

После Кащея с его астрономией и космонавигацией разговор сам собой перескочил на других членов нашей группы. Из шестерых трое были вне досягаемости: китаянка Лань по-прежнему состоит помощницей Нины на «Джемини-Хилтон» — похоже, она нашла себя в роли космического кулинара, и ВУЗу предпочитает «обучение на рабочем месте». Лида-«Юлька» осталась на Луне, работает вместе с Гарнье и, похоже, намерена следовать по его стопам — в сугубо научном смысле, то есть пойти учиться на планетолога. Что же касается нашего блудного шевалье д'Иври, то он не вылезает из Французской Гвианы — пока его отец пачками на орбиту «крабы», «орбитальные фиакры» и прочие рабочие лошадки ближнего Внеземелья, Шарль учится пилотировать «Миражи» и, кажется, всерьёз готовится к тому, чтобы стать пилотом.
Примерно тем же занят сейчас и Андрюшка Поляков — он вместе с первым набором Монинского лётно-космического училища надел курсантские погоны. До меня доходили слухи, что Андрюшка на «внеземной» практике проявил себя так, что в это супер-престижное училище его зачислили без разговоров. И это при конкурсе в три десятка человек на место, причём половина претендентов — офицеры, пилоты с солидным налётом на сверхзвуковых машинах, многие с наградами…
Витя Середа и Оля Молодых подали документы в МАИ, на созданный год назад «Внеземельный» факультет (официально он называется «Орбитальные и космические станции» — наши выпускные им зачли вместо вступительных экзаменов. Китаянка Лань по-прежнему состоит помощницей Нины на «Джемини-Хилтон» — похоже, она нашла себя в роли космического кулинара, и ВУЗу предпочитает «обучение на рабочем месте».
Собственно, в этом и состоит задание, полученному от И.О.О. — встретиться с каждым из нашей «юниорской» группы «3-А» и поговорить за планы на жизнь. «У руководства Проекта, — сказал И.О.О. — есть, что им предложить, и эта почётная миссия возложена на вас. Рассматривайте это как первое задание, полученное в новом качестве, и отнеситесь к нему соответственно…»
А что, и отнесусь, мне нетрудно. С планами, о которых упомянул И.О.О. всё более или менее ясно: они ожидают, что каждый из нас, притеревшись друг к другу на Земле и пройдя обкатку реальным делом за её пределами, приобретёт полезную для работе в Космосе специальность. После чего мы, все шестеро (семеро, если брать в расчёт Шарля, который тоже состоит в переданном мне списке) снова составим единую группу — только уже в совсем другом, новом качестве.
Вечер за окном, светится в углу голубой экран — программа «Время», 21.00 по Москве! И сразу — новость, словно подушкой с размаху по голове, как мы совсем недавно (два гола, назад, ерунда!) веселились в Артеке: СССР и Штаты договорились об одновременном и полном роспуске НАТО и противостоящего ему военного блока стран победившего социализма! Причём, судя по комментариям, новости этой уже сутки — и как это я ухитрился пропустить мимо такое? А ведь событие действительно эпохальное во всех смыслах: ничего даже близко похожего на него в «той, другой» реальности не было, и даже случившееся вгоду упразднение Варшавского Договора с ним не сравнится. Там, по сути, была добровольная капитуляция перед Западом, тогда как здесь — взаимный акт, принятый не под действием сиюминутных эмоций, а наоборот, судя по всему, давно готовившийся и тщательно продуманный обеими сторонами. Говоря о сторонах, я имею в виду СССР и США — Франция, как вышла из военной организации НАТО в шестьдесят шестом году, так больше тудане возвращалась. Конечно, кроме нас и американцев в обеих организациях хватает и других членов, но кто будет спрашивать их мнения, когда речь идёт о настолько серьёзных решениях? Мировые СМИ бурлят от восторгов, жизнерадостных прогнозов и прочих вангований — и в кои-то веки я целиком и полностью с ними согласен…
Точит, конечно, и червячок сомнений, куда ж без него? Если НАТО и Варшавский Договор распускают, значит, сотни тысяч военных из разных стран остаются не у дел, верно? Вряд ли здесь станут повторять идиотские ошибки девяностых, когда целые дивизии выводили из Восточной Европы в чистое поле, когда выкидывали на улицу с нищенскими пенсиями грамотных офицеров, квалифицированных специалистов, когда кормили работающий, как часы, ВПК сказочками о конверсии и стиралках вместо танков…. А значит — куда это всё теперь? Яснее ясного: двигать космическую программу, которая развивается сумасшедшими темпами, и далеко не только в рамках Проекта «Великое Кольцо». Счёт орбитальных заводов и производственных лабораторий на орбите Земли идёт уже на десятки, половина из них имеют кольцевую структуру, обеспечивающую искусственное тяготение, а некоторые оборудованы и своими «космическими батутами». Скоро подобная структура появится и на окололунной орбите, да и на самом спутнике нашей планеты — программа по добыче гелия-3 лишь первый шаг к построению «лунной» экономики.
 
И всё же — в освоении Дальнего Космоса ставки на бывших военных делать не стоит. В этом случае неизбежна милитаризация Проекта, превращение его в большую казарму, что вряд ли обрадует наших иностранных партнёров. Переделать отставников на новый лад не получится, для какого-нибудь бывшего майора ВДВ любой из нас, невзирая на подготовку, не более, чем сопляк и шпак, от которого ничего путнего ждать не приходится. А ведь работа «по специальности» для бывших вояк найдётся: я уж не говорю про пилотов, но что вы скажете окосмодесантниках, для которых дисциплина и субординация, как и готовность рисковать собой, будут играть далеко не последние роли?
Стоило бы удивиться, как военные — неважно, наши или американские — вообще выпустили из рук такую «вкусную» тему, как «космический батут, но здесь хотя бы имеется внятное объяснение. Проект изначально создавался, как международный, и носителей погон старались держать от него подальше, прекрасно осознавая, что любой намёк на военное использование способно угробить всё начинание. И удержали-таки, а поскольку разрядка и разоружение стартовали здесь гораздо раньше, чем в «той, другой» реальности, шли куда интенсивнее, да и сами страны готовились к окончательному решению вопроса не один год — то, пожалуй, можно надеяться, что ликвидация военных блоков, вместо того, чтобы стать помехой на пути движения в Космос, наоборот, даст ему новый толчок.
Однако, стоп, сбавим обороты. Не стоит забивать себе голову раньше времени проблемами, которых, может статься, и не будет вовсе. И вряд ли И.О.О. и его коллеги оставят все эти соображения без внимания, не за то их держат в Проекте…
С этой оптимистической мыслью я и уснул — прямо перед работающим телевизором, благо в половину двенадцатого картинка на экране сменилась настроечной таблицей, на которую мой перегруженный событиями этого долгого дня рассудок уже не реагировал. Спать, спать, спать — утро вечера мудренее…
Я развернул тяжёлую бархатную ткань и положил содержимое свёртка на стол. Металл глухо брякнул. По комнате пронёсся многоголосый вздох.
— Ух ты… — мой сосед, мальчишка лет четырнадцати, в ковбойке, выпущенной поверх джинсов восторженно охнул. — Это настоящие?
— Самые, что ни на есть. — заверил я. — Из оружейки замка д'Иври. Наследник гасконского рода, владеющего замком уже без малого шесть сотен лет, просит передать свой привет и вот это — в память о том, как он имел удовольствие скрестить с некоторыми из вас кликни.
— Тот француз, Шарль? — Владислав Петрович вздёрнул в изумлении брови. — А я-то думал, что он просто хвастается насчёт предков-рыцарей…
— Никоим образом. Мы, признаться, тоже так думали, когда только познакомились с ним — ещё летом семьдесят пятого, в Артеке. Но потом узнали, что его предки — самые настоящие аристократы, а какой-то из его пра-пра… и ещё сколько-то там раз прадедов даже состоял в чине лейтенанта мушкетёров в гвардии короля Людовика Тринадцатого.
— Это что же, он, значит, был вместе с Д'Артаньяном? — спросил кто-то?
— Увы. — Я развёл руками. — Настоящий, не книжный шевалье Д'Артаньян в роте графа де Тревиля не служил, а в гвардию попал только при кардинале Мазарини. Но встретиться с ним он мог, и даже наверняка — рота «гасконских кадетов», где числился Шарль Ожье́ де Батс шевалье д’Артанья́н, была при осаде Ля-Рошели как и королевские мушкетёры, и даже отличилась там.