10 секунд… и она исчезла
Рядом с ней сидел Фил Дурли – успешный местный бизнесмен и совладелец “ФД: Быстрая доставка”. До этого она встречала его пару раз: после проникновения на склад его компании и когда он принес пакеты к ней домой – то было на северной стороне моста Хадли. Попивая третий коктейль, она со смехом слушала его истории о том, как он доставлял покупателям товары и становился свидетелем весьма компрометирующих ситуаций. Она внимательно слушала рассказы о том, как сложно найти надежных водителей. Когда он предложил заглянуть в итальянский ресторан и взять пиццу, ее первым желанием было извиниться и побежать домой. Но стоило ему взять ее руку и переплести пальцы, она вдруг сказала, что очень любит пепперони, чему даже сама удивилась.
Выпив по бокалу белого вина, они закусили чесночным хлебом, разрезали две пиццы и стали есть их руками. За чашечкой кофе она с удовольствием слушала о его прежней жизни: лет десять назад он работал учителем географии в школе, а потом все бросил и открыл свой бизнес. Через два года его школьный друг Доминик Тэйлор стал его деловым партнером. Фил говорил, что ни на секунду не пожалел об этом решении, и улыбался еще так искренне. Лесли поймала себя на мысли, что завидует его беззаботности.
Они вышли из ресторана, он дошел с ней до моста и, остановившись под уличными фонарями в викторианском стиле, наклонился к ней, чтобы поцеловать. Она машинально отвернулась, он отошел.
– Извини, я думал…
– Нет, не извиняйся, – сказала она, краснея.
Она не сводила взгляда с увешанного огоньками катера для вечеринок, что проплывал под мостом. Она смотрела ему вслед и думала о своих планах на воскресенье – возможно, мама из Дарема позвонит, поздравит с днем рождения. Потом она, возможно, прогуляется по Уимблдон-коммон. Потом жареная курочка из “Эм-энд-эс”. Она медленно повернулась к Филу и мягко коснулась его лица. А потом закрыла глаза и поцеловала.
Дверь в ванную комнату открылась, вырывая ее из размышлений. В проеме появилась голова Фила. Его осветленные волосы были насквозь мокрые. Он убрал их с загоревшего лица и сказал:
– Водичка горячая, не хочешь искупаться?
Глава 16
– Мистер Дурли, объясните мне, пожалуйста, как вы стали учителем и почему вы отвечали за моральное благополучие подростков Хадли?
Лесли лежала на постели, обернутая в полотенце, а Фил лежал рядом с ней совсем обнаженный. Он смеялся.
– Не уверен, что меня можно было назвать идеальным блюстителем моральных устоев школы! Но я очень старался. Я же вырос в Хадли. Думаю, я смог себя убедить, что хочу что‐то отдать этому месту.
– Ты только здесь преподавал? – спросила Лесли, отодвигаясь на свою половину кровати и подпирая голову рукой.
– Я год поработал в Хаддерсфилде как молодой преподаватель. После этого мне страшно захотелось вернуться в Хадли.
– А почему ты выбрал географию?
– Это был единственный предмет, в котором я разбирался. Может, это и объясняет, почему я создал фирму, которая занимается доставкой, – ответил он, улыбаясь. – Но вообще я преподавал географию и физкультуру. Правда, когда ты на это подписываешься, никто тебе не говорит, что одним морозным субботним утром в середине января тебе придется быть судьей матчей команды дублеров.
– А что насчет миссис Дурли?
– Да ты и впрямь полицейский.
Лесли улыбнулась.
– Ты упомянул ее вечером.
– И что я сказал?
– Что лучший момент твоей жизни – это когда ты начал свой бизнес и ушел от жены.
– Грубовато с моей стороны, – сказал Фил. – Я три или четыре года проработал в гимназии Хадли. И я совру, если скажу, что мне это действительно нравилось. Я выбрал неправильные причины для преподавания. Пошел туда только потому, что просто не знал: а что мне еще делать‐то? Джейн очень ценила образование – и все еще обожает! Мы начали работать в одно время, а познакомились на вечере для новеньких. Поженились летом. Спустя два года поняли, что совершили ошибку. Четырнадцать лет с тех пор прошло.
– А дети?
Фил покачал головой.
Лесли пропустила свои черные волосы через пальцы.
– И после этого ты больше не женился?
– Нет!
Фил навис над Лесли и стянул с нее полотенце.
Она потянулась к телефону и взглянула на время.
– Я уже опоздала на работу на целый час, – сказала она, но, когда Фил к ней прикоснулся, ей уже стало все равно.
Когда Лесли убирала волосы в хвост, с первого этажа потянулся аромат свежезаваренного кофе. Она зашла в идеальную кухню Фила, блистающую чистотой, он дал ей чашечку капучино. Она снова его поцеловала.
– У тебя дома ни соринки, – сказала она, облокотившись на белоснежную столешницу.
– Только я могу все испоганить.
– Надеюсь, когда‐нибудь ты и у меня приберешься.
– Это не моя заслуга, – сказал Фил. – Ко мне два раза в неделю приходит одна леди. Могу дать тебе ее номер.
– Моей зарплаты не хватит, чтобы оплатить уборщицу. Думаю, служба доставки – это дело чуть более прибыльное, – сказала она.
Окинув еще раз взглядом дом Фила, она поняла, что так и есть.
– Ну, разве что немного. Мы в пандемию неплохо заработали. Сейчас все тяжелее. Здорово было, когда из‐за ковида все сидели по домам и всё покупали онлайн.
– Моя жизнь, кстати, благодаря этому стала чуточку проще, – сказала Лесли, улыбаясь. – А я, кстати, все еще вижу твои грузовики. Почти каждый день!
– Выживаем как можем. Найти водителей – та еще головная боль… Я в эти выходные сам на доставку выхожу.
– Серьезно?
– Мне нравится. Напоминает о временах, когда я только начинал бизнес. Чем больше вкладываешь, тем больше получаешь. А тяжелый труд рано или поздно окупится.
Лесли задумалась о своей работе и поняла, что вообще‐то это не совсем так. Но она решила, что спорить тут ни к чему, вышла в коридор и стала искать свою куртку.
– Куртку ищешь? Я ее повесил на вешалку под лестницей.
Одеваясь, она улыбнулась: прошлой ночью она швырнула ее на пол.
– Я могу подбросить тебя на станцию, – сказал Фил. – Если тебе туда.
– Немного обнаглею и скажу, что это было бы просто здорово!
– Тогда подожди меня пару минут.
Фил умчался в гостиную, где скинул свои тимберленды.
– Какого хрена!
– Что случилось? – крикнула ему Лесли, прогуливаясь по коридору.
– Какой‐то ублюдок угнал мой грузовик!
Глава 17
Солнце отражается на циферблате Биг-Бена, когда я иду вдоль набережной Виктории прямиком к Скотленд-Ярду. В десять часов мы с Мадлен встречаемся с новым заместителем комиссара, дамой Элизабет Джонс. Задержки у станции Ватерлоо означают, что я уже опоздал на встречу. Поэтому я ускоряюсь и бегу к зданию столичной полиции, что находится на берегу реки.
Я жду под знаменитым крутящимся знаком Скотленд-Ярда, смотрю на двух вооруженных до зубов офицеров, которые буднично о чем‐то разговаривают, пока другие два офицера стоят на карауле возле укрепленных ворот для транспорта. Странно, но Мадлен все нет. Достаю телефон, ожидая увидеть череду сообщений с объяснениями, но ничего нет. Пишу боссу, спрашиваю, где она. Ответа нет. Потом пробегаю взглядом по новостным заголовкам. На нашем сайте только и пишут, что об отставке правительства. Перехожу к статье, которую я написал в начале года, – о полиции Хадли.
Здесь я затрагиваю тему коррупции в полиции. Я не упоминаю Бакстеров – рассказываю историю о наркосиндикате, промышляющем в Хадли вот уже больше двадцати лет, и бесконечных провалах местной полиции как‐то с ним справиться. Такая долгая “борьба” свидетельствует о том, что полиция их поддерживает. Когда я только готовил эту статью, я и понятия не имел, насколько Дэни боится, что уровень преступности наших местных правоохранительных органов взлетит до небес. А ее беспокойство по поводу честности инспектора Бриджет Фримен лишь укрепило во мне желание докопаться до правды. Именно поэтому новый заместитель согласилась с нами побеседовать.