Хозяйка постоялого двора «Рыжая лисица»
Устроив ноющую спину на лавке, попробовала немного подремать, и если первое время меня одолевали всякие сомнения – я ведь доверилась неизвестному мне человеку, то усталость вкупе с напряжением целого дня и первой половины ночи взяли верх над измученным телом и разумом, и я вырубилась под звуки тихо поскрипывающих деревянных, обитых лоскутами кожи, колёс. Ни шум ночного леса и его обитателей, ни опасения касательно Харви, не смогли её (усталость) перебороть.
А проснулась от гомона птиц и странного ощущения – тряска и покачивание прекратились. Приняв сидячее положение, тихо охая и ахая при каждом микродвижении, потёрла ноющие конечности и чуток погладила саднящие рёбра под тугой повязкой.
– Хозяйка, – в дверь стукнули костяшками пальцев, – выходите. Небольшая остановка, дабы вы могли размять ноги и сбегать по нужде, – голос Харви звучал глухо, словно неимоверно устал. Но это-то и понятно! Человек спал всю ночь, и наверняка неважно себя чувствовал.
– Утро доброе! – открыв дверцу, первым делом поздоровалась я, – ты пока передохни немного, – посмотрев на тёмное лицо возницы, выдала я, одновременно вылезая из кареты, – тебе это нужно гораздо больше, чем мне.
– Как скажете, госпожа, – кивнул мужчина. – Там ручеёк течёт, освежиться вполне подойдёт.
– Благодарю, – признательно выдохнула я. – Вон там корзина, – ткнула пальцем на пол экипажа, – сыр и хлеб, варёное мясо и яйца, кувшин воды, немного разбавленной вином и что-то ещё по мелочи, угощайся, – махнула рукой, удаляясь от удивлённого мужика в сторону ближайших густых кустов. А он, что думал, что я, как куркуль, буду втихую в одиночестве давиться всем тем, чем меня снабдила заботливая Шелька? П-фе!
Обойдя тонкие деревца, спряталась подальше от любопытных глаз Харви, хотя вроде как он и не стремился за мной следить, и как могла быстро справила все свои дела. А после умыла лицо, шею и руки в холодной воде тонкого ручейка, резво бегущего совсем неподалёку от нашей импровизированной стоянки.
Вернувшись к карете, сразу же увидела Харви: мужчина, прислонившись широкой спиной к заднему колесу экипажа и натянув шляпу ниже глаз, сладко дремал, чуть посапывая.
Корзинка со снедью лежала там же, куда её поставила Шелька. Еда была прикрыта холщовой тканью, убрав её в сторону, заметила разломленную пополам буханку, и отсутствие части сыра и немного варёного мяса. Ну Харви, молодец, не постеснялся, угостился, а то я думала, не полезет в хозяйские "закрома".
Сев на лавку, принялась за завтрак. Было так вкусно, что я, медленно прожёвывая каждый кусочек, жмурилась от гастрономического удовольствия. Эх, вот вроде ничего особенного: хлеб из муки грубого помола, варёное яйцо, кусок мяса и сыра, а настолько насыщенный вкус! В повседневности моего прошлого существования на этакие мелочи перестаёшь обращать какое-либо внимание, перехватываешь что-то, неважно что, на ходу, и мчишься дальше, чтобы успеть… Вот только успеть за чем?
Утолив голод, запила всё это дело кисленькой водой с тонким ароматом какого-то явно не самого плохого вина. И также, как мой возница решила передохнуть. Вытянувшись на лавке, задумалась. Дверь экипажа оставила открытой, чтобы можно было любоваться синим небом и острыми макушками сизых елей, стремившихся пронзить сапфировое полотно. Пели птицы, солнце было ласковым и ярким-ярким, освещая всё вокруг мягким светом, немного другим, нежели мне помнилось из той жизни, хотя я могла, конечно, сильно преувеличь. В новом теле было отменное зрение, нюх и даже вроде как тактильные ощущения острее. Странные выверты сознания.
– Затемно прибудем в Дальний, – прогудел Харви через час отдыха, – могли бы и раньше, ежели двигаться нам пришлось по основному тракту.
– Лучше медленнее, но спокойнее, – равнодушно заметила я, подкладывая под спину одну из подушек. – Поехали.
– Предлагаю остановиться в таверне старика Галиуса, он проверенный человек, ему можно доверять. К тому же его заведение не посещают преступные личности, там вполне спокойно.
– Всецело доверяю твоему выбору, – кивнула я, подумав: "Жираф большой – ему видней!".
Сцепив зубы, приготовилась продолжить путешествие к заветному городку. Больше мы не делали остановок – карета катила и катила по едва заметной лесной колее, то ныряя в природные тоннели, когда верхушки деревьев плотно переплетались в причудливую арку и создавалось впечатление, что двигаешься по бесконечному тёмно-зелёному коридору с дырками в потолке, то преодолевая ухабы на цветущих живописных полянах, то аккуратно объезжая поваленные деревья, возникающие на пути.
До места назначения прибыли в густых сумерках, несколько раньше, чем предполагал мой "водитель".
Город Дальний представлял собой "живописное" местечко. И не потому, что оно сверкало чистотой, напротив, было весьма загажено. И именно поэтому невероятно меня впечатлило. Воняло на въезде знатно! Какими-то отходами и не только пищевыми. Зажав нос пальцами, отодвинула деревянную задвижку на окне, заменявшую тут стекло, и вгляделась в серость этого места. В спешащих по домам людей: женщины носили тяжёлые многословные платья длиной до щиколоток, мужчины щеголяли в широких штанах из грубой ткани, и рубахах из того же материала. Дети бегали в уменьшенных копиях нарядов взрослых. И практически все забавно стучали деревянными башмаками по неказистой с широкими трещинами каменной брусчатке, которая, кстати, появилась не сразу, а ближе к центру Дальнего. И запахи тут не были столь отвратительными, вполне терпимыми, или я просто чуток попривыкла.
Дома практически не отличались друг от друга, разве что чистотой стен и этажностью, чем дальше мы продвигались по вполне широким улицам, тем чаще я видела здания в два этажа.
Улочки освещались светом из окон и иногда факелами, вбитыми в каменные стены. Странно и сюрреалистично, и очень атмосферно.
– Тпру-у! – Харви натянул вожжи и наш транспорт плавно остановился прямо напротив двухэтажного, но всё равно какого-то низкого, здания, – Госпожа, приехали. Подождите внутри кареты, не выходите наружу без меня.
И ушёл в сторону дома. Отсутствовал недолго, через некоторое время вернулся.
Дверца кареты резко распахнулась и внутрь заглянул мой сопровождающий:
– Пойдёмте, хозяйка, я обо всём договорился, для вас нашлась свободная комнатка на втором этаже. Старайтесь по сторонам головой не вертеть, пусть заведение считается вполне приличным, но всё же не стоит испытывать судьбу… Госпожа, как войдём, сразу же направимся на второй этаж.
Благодарно улыбнувшись мужчине, не спеша, вылезла наружу. Было по-весеннему прохладно, но уже не зябко. Харви следовал за мной по пятам, и даже галантно открыл тяжёлую створку входной двери. Тут же на меня дохнуло ароматами свежеиспечённого хлеба, жареного мяса с овощами и кислым пивом. И гомоном множества мужских голосов.
А Харви, не оглядываясь технично свернул налево в сторону узкой лестницы, расположенной у самой стены. Мне пришлось ускориться, чтобы поспеть за его широкими шагами. На нас никто особо не обратил внимания, поскольку я была одета в мужскую одежду и выглядела, как обычный юноша. Тем не менее я изрядно нервничала, даже кончики пальцев кололо от переживаний и подскочившего адреналина.
– Вот ваша комната, – остановившись напротив второй двери слева по коридору, слабо освещённому одной масляной лампой, висевшей на специальном металлическом крюке, вбитом в стену, негромко заговорил мой сопровождающий. – Я вас покину ненадолго, надобно позаботиться о лошади и карете. Вот закончу с этим делом и лично принесу вам ужин. Запритесь изнутри, откроете только мне.
– Хорошо, я всё понял, – также тихо ответила я, чуть исказив голос, после чего прошмыгнула в комнату и задвинула засов.
Глава 10
Никогда не любила ночевать не в своей постели. В ситуациях, когда мне приходилось останавливаться у кого-то, и неважно родственники то, или друзья, я всегда не высыпалась. И весь следующий день чувствовала себя разбитой и несчастной.