Хозяйка постоялого двора «Рыжая лисица»
– Мы бы и без помощи справились, – фыркнул Харви.
– Ну и тропу эту найти оказалось непросто, – продолжал гундеть невидимый для меня человек.
Выдохнув облегчённо, медленно разжала пальцы, которыми намертво вцепилась в края подушки. Вроде как сразу убивать никто не станет. Уже неплохо.
– Ты не ори так, хозяйка почивать изволит, – проворчал Харви.
– Всё-всё, понял-понял! Ты поезжай тогда дальше, мы следом, возьмём вас в полукольцо. С наступлением весны лес наполнился лихими людьми, поостережёмся!
Ага-ага, ехидца, отчётливо различимая в голосе говорившего, приводила к мысли, что те самые лихие – никто иные как они сами. И остерегаться надо только их одних.
Я не стала отодвигать тонкую дощечку, прикрывавшую оконный проём, решив лишний раз не светиться. Вместо этого у меня есть время подумать.
Итак, Джек уже в курсе, ну этого и стоило ожидать. Вот только его люди не помчались в Дальний, а караулили нас тут. Мой взор сам собой метнулся к корзине, внутри которой лежали документы. Поверенный мистер Ник Олдредж оказался очень интересной, даже несколько эпатажной личностью. Старик расположил меня к себе с первого взгляда. Прикольный дедуля. И клиентов у него, несмотря на весьма кусачие цены, хватало.
– Добрый день, юная мисс Бейл, рад, необычайно рад нашему знакомству. – вдруг назвал он моё имя, что удивительно, после чего встал из-за стола и подошёл поближе, дабы галантно подать руку и сопроводить меня к мягкому удобному креслу.
– Долго же я вас ждал! – огорошил он меня снова. – А вообще не удивляйтесь, о вас говорят много, городок маленький, а единственная дочь графа да ещё и владелица столь обширных земель всегда будет под прицелом общественности.
– Добрый день, – кивнула я, внимательно изучая богатую, но не вычурную обстановку его кабинета. – Я даже и не подозревала, что являюсь настолько известной личностью. И что меня кто-то с нетерпением ждёт.
– О да, так оно и есть! – воздвигнув указательный палец вверх, авторитетно закивал нотариус, а его белая тонкая бородка забавно заколыхалась в такт.
– Мне нужно переписать завещание, – не стала ходить вокруг да около я, не пожелав дослушать разглагольствования собеседника. Выложив на стол заветный документ, продолжила: – Это всего лишь копия, оригинал найти мне не удалось. Он, скорее всего, хранится у мистера Жока Пурльица.
– Да, по закону всё так: оригинал всегда находится у поверенного. Но вы не волнуйтесь. Как только составим новое завещание, старое аннулируется. Я лично направлю запрос к мистеру Пульрицу, и он обязан вернуть недействительный документ в канцелярию. Это в идеале.
– Замечательно, – кивнула я, – что же, приступим.
– Как только текст будет составлен, отправимся в королевскую канцелярию, где перепишем всё на гербовую бумагу и зафиксируем в их учётных книгах, – ого, как тут всё серьёзно! Мне нравился такой основательный подход к делу! Не совсем тут дремучий народ оказался.
Через час мы составили приемлемое для меня завещание, а ещё полчаса спустя вышли из королевской конторы с полностью готовым, с нужными печатями, документом. А после вернулись домой к Нику, и он тут же отправил гонца к Жоку. Посыльный к моему глубочайшему удивлению выглядел непривычно – не тощий юркий пацанёнок, а крупный мужчина поперёк себя шире, с внушительным пузом и большими ручищами.
– Ллойд, если потребуется, примени силу, ну, ты и сам всё прекрасно знаешь, – небрежно махнул ему рукой Олдредж, а этот Ллойд плотоядно усмехнулся, продемонстрировав шокированной мне отсутствие передних зубов. – Это я так на всякий случай, вдруг Жок отложит столь важное дело на неопределённый срок. А вот с помощью Ллойда есть шанс, что всё утрясётся сегодня же, хе-хе.
Ждать долго не пришлось, через четверть часа оригинал моего завещания лежал на столе Ника. Деловито проверив документ, старик положил лист в конверт и отдал Ллойду:
– Снеси в канцелярию.
– А теперь перейдём к вопросу оплаты ваших услуг, – стоило двери закрыться, вздохнула я, мысленно готовясь расстаться со своими кровными.
К моему великому изумлению, озвученная старичком сумма, была гораздо меньше предполагаемой.
– Н-но… – нахмурилась я, ничего не понимая.
– Вы ведь не дали мне договорить, – хитро прищурился мужичок-старичок: – Я знавал вашего отца, и граф Леман лично просил помочь вам, ежели возникнет такая необходимость, вот только отчего-то за помощью вы обратились не ко мне, а к Жоку. И мне сие обстоятельство несколько ошеломило. Пульриц ведь, мхм… М-да. О коллегах говорят либо никак, либо только хорошее, но вы сами всё разумеете, – развёл руками старичок.
"Если честно, слабо понимаю. Я упала и ушибла голову, и все воспоминания меня покинули", – хотелось сказать вслух, но сумела вовремя прикусить язычок. Не стоит болтать на каждом углу, что есть проблемы со здоровьем. Бережёного, как говорится.
– А заставлять вас пользоваться именно моими услугами как-то неправильно, не буду же я бегать за вами с просьбой обратить на меня внимание, – криво улыбнулся Олдредж.
Расставались мы вполне довольные друг другом. Я была уверена, ушлый поверенный получил от моего биологического отца внушительную сумму за возможные услуги для меня в будущем. Скорее всего, граф даже сказал об этом Эйле, но я-то ничего не помню! Вот только девушка не послушалась советов отца…
Отогнав воспоминания о странном старике-поверенном, выдохнула: я почти дома, правда, прибуду в окружении людей Джека. Даже любопытно, какой он, этот блахародный разбойник с большой дороги.
К постоялому двору подъехали через полчаса неспешного хода. Ныли рёбра и чуток тянуло в пояснице, но в целом я чувствовала, что стремительно иду на поправку. Ещё бы немного воспоминаний прежней хозяйки тела вернулось, но тут уж ничего не поделать – их как не было, так и нет.
Въехав во двор, не стала больше притворяться спящей, резко дёрнула задвижку и выглянула наружу: вокруг копошился народ, занимаясь повседневными рутинными делами. Но что-то в их облике и в том, какие резкие движения они совершают, меня напрягло. Тут и там вразвалочку, словно хозяева, бродили странные неухоженные бородатые мужики.
Та-а-ак…
Карета толком не успела остановиться, а я уже выпрыгнула наружу и опрометью кинулась в дом, крепко прижимая к груди заветную корзину.
– Госпожа! – неслось мне вослед, но я даже не приостановилась – сердце тревожно стучало. Маленьким вихрем ворвавшись в обеденную залу, чуть притормозила, осмотрелась: те же подростки и старики, все что-то делают, кто-то моет полы, кто-то натирает столы, а кто-то стены.
– Где Шелька? – воскликнула я, вглядываясь в лица людей. Те попрятали взоры, лишь бы не смотреть мне в глаза, – я спрашиваю: где моя Шель?!
– В конюшне, – прозвучал ответ со стороны лестницы. По ступенькам медленно, даже величественно спускалась Донела. Шикарная коса была перекинута через плечо и колыхалась на внушительной груди в такт шагам.
Я прищурилась:
– Что она там делает?
– Страдает. Поскольку солгала, скрыв твоё отсутствие. Джек строго-настрого наказал нам не выпускать тебя за пределы постоялого двора. Ты очень важна для него, он о тебе заботится.
Стараясь не дать гневу прорваться наружу, подозревая худшее, я, чеканя каждый шаг, буквально вбивая пятки в пол, вышла во двор. И так же промаршировала до сарая. Никто не чинил препятствий, а наоборот, завидя выражение на моём лице, стремился освободить дорогу.
Скрипнула деревянная дверь, и вот я внутри.
– Шелька! – громко позвала я, в ответ тишина.
– Она тама, – из бокового денника выглянул один из конюхов, вроде его имя Олав, грязный палец ткнул в самый конец большого строения, и я поспешила в указанную сторону. Олав пристроился позади, негромко докладывая о случившемся.
Женщина нашлась на ворохе сухой травы, она лежала на боку, глаза её были плотно закрыты. Старушку укрыли старым, но чистым пледом. Подойдя к помощнице, осторожно коснулась её хрупкого плеча. Тихий стон раздался в ответ, а меня, даже через ткань опалил жар её кожи.