Шаг из тьмы 2 (СИ)

— Интересно, кто-нибудь купился?
— Владимир Сергеевич, истину говорю, большинство монахов живее интересуются мирскими делами нежели ты. Да весь город на ушах, уже с воскресенья бурлит. В лавки, этим купцом арендованные, до рассвета очередь занимают.
— Любомирович, помню, ты рассказывал, как твои предки хотели попасть в число золотых поясов. Если присутствует желание довести это дело до конца, готов помочь. Нарисовалась отличная возможность.
— Поясни, как связано одно с другим? — не смог скрыть удивления Волк.
— Очень просто, всё написанное здесь, — Рябушев потряс газетой, — мошенничество чистой воды, — видя недоумённые глаза собеседника поспешил пояснить, — особый вид татьбы. Поверившие им люди приносят свои куны, пару раз им действительно выплачивают обещанные доли, подогревая народный интерес, а потом купец исчезает. В месте с серебром, разумеется. У нас это дело известное, называют такой обман пирамидой. Периодически возникают то в одном месте, то в другом. Одни, которые поумнее, успевают кунами разжиться, других стража успевает поймать. Для нас ничего необычного.
Связь же здесь самая прямая, сейчас мы с тобой посидим и состряпаем беседу, где наш писарь Василий, тебя будут расспрашивать про всякое. За одно, спросит твоё мнение по поводу инициативы этого киевлянина. Ты расскажешь, сколь далеко лежат эти земли, как долог и опасен туда путь. Под конец, выразишь определённые сомнения в осуществимости данного мероприятия. Кстати, большой вопрос, а киевлянин ли он? Есть серьёзное подозрение, сложившаяся ситуация отнюдь не частная инициатива какого-то купца, — хозяин дома в задумчивости плюхнулся на лавку, потёр лицо ладонями.
— С купцом как раз вопросов нет. Он именно тот, за кого себя выдаёт. Несколько моих людей, ведущих дела с Русью опознали его, пара даже лично знакомы. Всю жизнь он торг ведёт, дело от отца перенял. Обычный купец средней руки, звёзд с неба не хватал, но и не бедствовал. Не пойму, какой ему толк имя своё опоганить? Скажу больше, как обман раскроется, не жилец он. Ни где ему не спрятаться.
— А я тебе о чём говорю. Если быть честным до конца, есть вариант, что купец вовсе ни при чём и искренне верит в возможность путешествия к киданям. Может быть уже отправил туда караван.
— Имя. Кому-то нужно его имя, не вызывающее подозрение, — боярин в возбуждении подскочил с лавки и принялся мерить шагами комнату, — по слухам, он действительно отправил караван в Индию и ожидает его через четыре месяца. Если так, значит, все его люди уже мертвы и ему самому жить осталось… рюинь, самое большее. Как раз народ расторгуется, а тут он сделает первую выплату… А дальше он и не нужен. Да, весело у вас в Индии живётся.
— Ага, обхохочешься. Давай думать, как мы сможем этим воспользоваться.
— Нечего тут думать, предложение твоё интересное, но для меня его слишком много. Всяк сверчок знай свой шесток. Пошли к посаднику.
У Посадника диалог повторился почти слово в слово. Однако реакция последовала совершенно другая.
— Владимир Сергеевич, ты сам эту пакость написал, а теперь пришёл ко мне и говоришь как не хорошо получилось, — прорычал посадник медленно багровея — и что ты от меня хочешь? Приказать схватить купчишку? А ведомо ли тебе, сколько народу успело ему куны принести? А ведомо, сколько каждый день мечтают это сделать?
— Что я написал, за то сам отвечу. Чего хочу, с этим сложнее. Хочу заставить одного посадника воспользоваться головой по прямому назначению! Ты не видишь, что всё происходящее связано между собой. Нечто странное происходит с моим племянником в Великих Луках и тут же возникает некто, использующий неизвестный у вас способ обмана, который в свою очередь прекрасно известен у нас. И самое интересное, ни кого из наших мужей сейчас нет в городе. Кроме меня, а мне, по большому счёту, происходящее в городе не интересно.
Думай посадник. Сейчас тебе открыто будущее, грех не воспользоваться. Мы знаем следующий шаг противника, можем не отвечать на удар, а нанести его первыми.
— Прости боярин, — уже примирительно начал посадник, — огорошил ты меня. Сейчас пошлю за Всемилом, будем вместе совет держать, как новое знание использовать.
 
После прихода тысяцкого обсуждение вспыхнуло с новой силой. Решили взять купца со свитой под плотное наблюдение, с сегодняшнего дня фиксировать каждый шаг этой компании. Для уменьшения ажиотажа выдать несколько статей по поводу сомнительного мероприятия, за одно сам Рябушев напишет статью по географии, где подробно опишет местоположение Индии с Киданьским царством, дабы отбить у народа всякую охоту к получению халявных денег. Однако в глобальном плане, как использовать ситуацию с мошенниками в своих целях решение принято не было.
Вернувшись домой уже поздно вечером Рябушев первым делом отправил одного из слуг на производство с наказом доставить к утру на правёж начальника типографии и по совместительству первого новгородского журналиста.
Утром, предупредил Наташку, что сегодня задержится и пусть в клинику идёт без него, засел разбираться с делами. Как и говорил Олег, всё нормально работало и без него. Производство вовремя присылало деньги на содержание городского дома и его обитателей. Саня раз в неделю извещал о делах на Псковском объекте. Величкин ничего не слал, значит и у него всё шло по плану. Деньги от продажи газеты поступали регулярно в воскресенье вечером. Всё штатно.
Кроме одного, сейчас у него в комнате стояло пять опечатанных туесов с деньгами. Последнее время дела у новгородских обитателей шли неплохо и они обеспечивали себя самостоятельно, не зависимо от производства. По этому, доход с мастерских и газеты или вкладывался в очередной проект, или перемещался в подвальный сейф, пополняя стратегический резерв. Рябушев две недели не уделял внимания делам, сосредоточившись на монастырской клинике, значит туесов должно быть четыре.
Так, два от Василия, опечатанные пятирублёвкой. Два от купца занимающегося распространением газеты с печатью в виде какого-то орнамента, здорово напоминающего свастику. Пятый самый большой и тяжёлый, оклеенный крест накрест полосками бумаги, на которых типографским шрифтом красовалось «спаси и сохрани». Рябушев вскрыл коробку, в которой оказалось три слитка серебра с мелочью. Однако? К серебру прилагалась пояснительная записка, в которой девочка журналист, красивым почерком объясняла их появление. Очень своевременно, но ничего интересного. Пришёл некий киевский купец, предложил напечатать его рекламу, после торга сошлись на трёх гривнах за размещение рекламы на первой странице.
Интересно, сколь много успела наворотить оставленная без присмотра девочка? Как ни странно, ничего. На последней странице того злополучного номера оказалась статейка, информирующая граждан о начале приёма заявок на размещение рекламных объявлений, по договорной цене. В которой, она крупным шрифтом выделила, что всю ответственность за достоверность объявления несёт лицо разместившее заказ. Молодец, нечего сказать, подстраховалась грамотно. Сама додумалась или подсказал кто? А вот кстати и она.
В дверь робко постучали и после одобряющего «заходи» на пороге нарисовалась акула пера, поклонилась в пояс и застыла, пожирая глазами начальство, всем своим видом излучая служебное рвение. Да, а в летней одежде маскировка у неё оставляет желать лучшего, отметил про себя Рябушев. Скоро не сможет обмануть даже местных, слишком симпотная девка.
— Не на плацу, расслабься, — усмехнулся хирург, кивнул на кресло, — и садись, разговор будет долгим. Для начала меня интересует история вот с этим, — развернул к ней газету и ткнул пальцем в рекламу, — хорошо вспомни, что тогда произошло, о чём говорили, что показалось тебе странным или неправильным.
Девушка надолго задумалась, потом, собравшись с мыслями, принялась бодро докладывать. Ничего особенного в её истории не было. На прошлой неделе, заявился некий купец со свитой. Купец по виду совершенно обычный, не богат, но и не беден, производил впечатление уверенного в себе мужа крепко стоящего на ногах. Предложил за плату напечатать его текст. Девочке его предложение показалось интересным, но сомневаясь в том, нужно ли им заниматься таким делом, пошла к Василию за советом. Тот естественно одобрил, сказав, что у них подобное называется рекламой, всячески приветствуется и стоит дорого. Причём чем больше размер этой рекламы и чем ближе к началу, тем она дороже.