Красавица и миллиардер (ЛП)

— Похоже, это будет очень захватывающая книга, — сказал он. — Не терпится почитать рукопись. Кстати, как думаете, когда вы ее закончите?
Гретхен продолжала натянуто улыбаться. — Я как раз хотела поговорить с вами об этом. Возникли некоторые обстоятельства, и я хотела попросить отсрочку на пару недель. Или с этим могут быть проблемы?
Он слегка нахмурился, но потом пожал плечами. — Я обсужу это с нашим боссом и дам вам знать о его решении.
Гретхен остановилась, удивленная его странным выбором слов. — Нашим? Что вы имеете в виду?
Редактор улыбнулся. — Я уверен, вы сами сможете выпросить у него отсрочку, — он ей подмигнул, — просто продолжайте делать то, что делали раньше.
Гретхен отступила на шаг. — О чем вы говорите?
— Хантер? Вы же явно с ним спите.
— А какое это имеет отношение к делу?
Ее редактор впервые выглядел озадаченным. — Хантер владелец «Беллафлер Паблишин». Этот проект был его идеей, и именно он настоял на вашем участии.
Гретхен открыла рот. — Я… — она замолчала, не зная, что сказать.
Новое издательство, которое пожелало ее участия… принадлежало Хантеру? Беллафлер? Она должна была сразу догадаться по цветочному названию, ведь Хантер так сильно любил розы. Контракт с баснословным гонораром лично для нее…
Но она не понимала почему? Ей нужно было срочно поговорить с Хантером. Улыбнувшись редактору, она извинилась, пожелала ему приятного вечера и поспешила вернуться в столовую, именно там она видела Хантера в последний раз.
Но его там не было.
С тяжелым сердцем Гретхен, не торопясь, пошла в северное крыло в комнаты Хантера. Первым делом она зашла в его кабинет и повернула дверную ручку. Дверь оказалось запертой.
Он не хотел, чтобы она зашла. Плевать, ей нужно было с ним поговорить. Гретхен постучала в дверь, сгорая со стыда и унижения, что ей пришлось ждать, когда он решит впустить ее. Она также продолжала прокручивать в голове слова редактора.
 Вы сами сможете выпросить у него отсрочку. 
Она чувствовала себя грязной от такого предположения. Она еще раз постучала в дверь, не обращая внимания на ком в горле.
Прошло довольно много времени, прежде чем дверь открылась. Хантер с презрением взглянул на нее, отвернулся и пошел обратно к своему большому столу в центре комнаты. Он не произнес ни слова.
Гретхен шла за ним, не зная, как начать разговор. Стоит ли ей начать с извинения за поведение Дафны? Или объяснить выставлявшее ее в дурном свете саркастичное заявление при разговоре с Кэт?
Но вместо этого, она начала разговор с другого. — Почему редактор считает, что если я попрошу тебя об отсрочке, то я ее получу?
Хантер оторвался от монитора компьютера, затем отвернулся в другую сторону, словно она была пустым местом, и потом вновь начал печатать. — Он слишком много болтает. Очевидно, это присуще всем нашим сегодняшним гостям.
— Дафна не в себе. — Гретхен пошла к его столу в надежде, что он перестанет печатать и посмотрит на нее. — Она живет под надзором, потому что страдает от алкогольной и наркотической зависимости. Одри полжизни исправляет ее ошибки.
— Мне плевать на твою сестру, — холодно ответил он. — Ты об этом пришла поговорить? Я занят.
Она вздрогнула. — Ты слышал мой разговор с Кэт, да? Ты не можешь считать это правдой.
— Что из сказанного было ложью? Я не слышал, чтобы ты опровергала ее заявления.
— Я бы никогда не стала спать с тобой ради денег. И меня обижает, что ты считаешь меня способной на такое.
— Гретхен, а что я должен думать? Твоя сестра во всеуслышание заявила, что ты наслаждалась обществом мужчин. И как я понял, их было не мало.
— Да, в юности я была немного неразборчивой, и что?
— А еще, что ты спишь с уродом за деньги. И ты этого не отрицала. — Он перестал печатать и удостоил ее ледяного взгляда. — А чуть позже я слышу точно такой же разговор с агентом, и ты снова ничего не отрицала. Так скажи мне, что еще я должен думать?
— Ты серьезно думаешь, что я сплю с тобой, только потому, что ты богатый?
— Я пытаюсь найти другую причину, почему ты это делаешь. Красавцем меня не назовешь, и если вспомнить, ты сама ко мне пришла. Так что прости мне мои сомнения относительно твоей искренности.
 
— Я понимаю, ты сейчас обижен, поэтому вымещаешь свое зло на мне.
Он покачал головой. — Нет, я всего лишь понял, что ты не та, кем я тебя считал.
— И кем же ты меня считал? Я никогда не лгала тебе о своей семье или финансовом положении. Ты никогда не спрашивал. Почему я, по-твоему, сутки напролет занимаюсь делом, которое делает меня несчастной? — фыркнула она. — И дело не в моем трудолюбии.
Он ничего не сказал.
— И чтобы ты знал, я пришла к тебе, потому что хотела тебя. Ты мне понравился. Ты казался таким одиноким и жаждущим ласки. Но, похоже, я сглупила, решив, что если подарю тебе тепло и ласку, то смогу изменить твою жизнь.
— Похоже на то.
Она прикусила губу, обдумывая происходящее. Этот разговор ни к чему не приведет. Хуже того, он еще больше ее запутал. Она пришла извиниться за поведение сестры, но теперь нужно извиняться за свое? Тяжело любить мужчину, который тебе не доверяет. Но хуже всего — это еще и больно.
Гретхен скрестила руки на груди. — Прости, если мои друзья задели твои чувства…
— Ничего подобного. Они всего лишь показали твое истинное лицо. Я должен был сразу это понять, ты была слишком идеальной. И твои слова оказались просто словами.
Она снова вздрогнула. — Какие слова?
— Ты говорила, тебе не важна внешность мужчины, главное, чтобы он делал тебя счастливой. Как оказалось, тебе не важна его внешность, только если у него толстый кошелек.
— Это ложь, и ты это знаешь. И вообще, когда это я рассуждала о мужчинах и их внешности? — Откуда он это взял? Она не припоминала ни одного их разговора, где бы она рассуждала о качествах, которые ищет в мужчине. Странно.
— Спроси Бронте. Разве ты не помнишь? Ты говорила ей, что богатые мужчины считают себя героями из сказок, хотя, на самом деле, все они злодеи.
Что? Она смотрела на него, пытаясь понять, о чем он говорил. Ее последний разговор с Бронте был, когда они забирали книги по просьбе Одри. Они тогда обсуждали мужчин, но они были одни в пустом доме. Если только…
— Ты шпионил за мной, — медленно произнесла она. — В тот день в доме.
Он бросил на нее мимолетный взгляд и тут же отвернулся, но она успела увидеть румянец на его щеках.
— Я права, да? Ты видел меня в тот день? Но как? И какое это имеет отношение к происходящему?
Он продолжал молчать.
Гретхен продолжала анализировать. В том разговоре с Бронте, она хотела дать ей совет по поводу отношений. Не то, чтобы она была экспертом в любовных делах… — Я все равно не понимаю, как эти события связаны. Мы в тот момент еще не знали друг друга. Я познакомилась с тобой, только переехав в этот дом.
Этот дом. Внутри нее что-то щелкнуло. Условия контракта, обязывающие ее жить в особняке Бьюканена. Хантер, следивший за ней, когда она даже не знала о его существовании. Гретхен ахнула. — И ты владелец нового издательства, связавшегося с моим агентом и предложившего огромный гонорар, если я буду жить в этом доме. Так ты все это подстроил?
Он смотрел на нее молча, сжав зубы. Он ничего не отрицал.
И в этот момент все стало на свои места. Необычный контракт, странный комментарий редактора. Факт, что Хантер не знал, какие книги она пишет. Пренебрежительное отношение Элдона. И ее мистический успех.
Она снова ахнула. — Я же не становилась лидером продаж? Не по-настоящему? Ты скупил все эти книги?
— Я хотел сделать для тебя что-то приятное. Как оказалось, это была глупая идея.
Она испытала настоящий ужас. — Ты все подстроил, чтобы привезти сюда. Нет никакой новой книги. Письма… они тоже фальшивые? — Он продолжал молчать, и у нее свело все внутренности и затошнило. — Неудивительно, что многие детали не совпадают. Это не тот дом, правда? Это все не настоящее. Ты практически заплатил мне, чтобы я месяц жила в твоем доме, была рядом и влюбилась в тебя?