Красавица и миллиардер (ЛП)

— Может две?
— Неделя, — твердо заявила Кэт. — Ты сама знаешь, как они не любят менять графики печати.
— Я знаю, — устало выдохнула Гретхен. Она уже просрочила сроки оплаты аренды, и сейчас не самое удачное время для творческого кризиса. — Я ее закончу, даю слово.
— Гретхен, ты же знаешь, я тебя обожаю. Ты моя любимая клиентка. И я говорю это тебе со всей любовью — соберись и возьмись за дело.
— Считай, книга уже закончена.
Кэт довольно кивнула. — А теперь хочешь услышать еще об одном проекте? Заказчики желали именно тебя.
— Меня? — Гретхен выпрямилась, удивившись словам Кэт. — Ты серьезно?
— Да. Скажи, у тебя есть связи с издательствами, о которых я не знаю? Особенно с совершенно новыми?
— С новыми издательствами?
— Да, кто-то создал новое издательство, они набирают команду. Насколько я знаю, с ними будут работать одни из лучших редакторов, и они хотят видеть тебя в числе их авторов.
Это было… странно, очень странно. — Не понимаю.
— Я тоже, девочка. Но они совершенно точно обозначили, именно ты должна заняться их новым проектом. Сказали, у тебя отличная репутация, и они хотят с тобой поработать.
Гретхен запихнула в рот салат, обдумывая слова Кэт. Да, у нее была определенная репутация, но ее сложно назвать отличной. Она набирала несколько проектов сразу, и задерживала большинство из них. В последнее время она потеряла вдохновение, а без этого написание романов становится работой, которую ты не хочешь делать.
В последнее время так и было. Но деньги есть деньги, ей нужно было кушать и оплачивать счета. Ее сестра Одри предложила ей занять денег у другой их сестры - Дафны, которая была богатой звездой, но Гретхен отказалась. Связываться с Дафной — себе дороже. Гретхен дожевала кусок латука. — Что за проект, и сколько платят?
— Триста штук.
Рука Гретхен зависла в воздухе. — Триста… триста тысяч? Серьезно?
— Да, так мне сказали.
— Это совершенно новое издательство, и они готовы потратить столько денег?
— Да, странно, правда? Предоплата десять процентов, остальное после сдачи книги. Но это не самое странное.
Обычно издательства платили половину. Однако, аванс в тридцать тысяч — это намного больше того, что она получила за книги целиком. — И в чем странность?
Кэт немного смутилась,
 и потянулась к своему бокалу с вином. — Ну, у них особые условия работы.
— Но они могут мне понравятся?
— Не знаю, именно поэтому я не сразу рассказала тебе об этом. Гретхен, это странно, действительно странно. Очевидно, книга будет представлять из себя роман из нескольких частей. В одном из известнейших особняков были найдены старые письма. Издатели сказали, письма эти весьма романтичные, и книга будет похожа на «Дневник Анны Франк». Они уверены в его успехе, но есть одна загвоздка: эти письма не должны покидать особняк.
— Ладно, немного причудливо, но не страшно. — Гретхен уже понравился этот проект. Работать на новое издательство, с огромный гонораром, да еще и над произведением похожим на «Дневник Анны Франк»? — И под каким псевдонимом я пишу на этот раз?
— Я не знаю. Они не хотят говорить, пока не будут точно уверены в выходе книги.
— И где находится этот дом?
— Особняк, — поправила Кэт. — И он в Гайд Парке.
У Гретхен пересохло во рту. — Похожий на… на дом Вандербилтов?
— Близко. Ты знаешь тот, что с белыми колоннами и огромными садами роз?
— Твою мать, конечно, я его знаю. Это же особняк Бьюканена.
— Да, и именно там находятся письма.
— Как клево, — Гретхен была заинтригована. — Я точно возьмусь за эту работу.
— Мне кажется, тебе нужно хорошо все обдумать.
— Зачем? Отличный гонорар, потрясающий дом… Подожди, есть еще условия, о которых ты мне не сказала?
— Помнишь условие, что письма не должны покидать дом?
— Да, но в чем проблема? Я могу заехать на выходных, сделать копии. Мне не сложно приехать в дом, тем более они платят такие деньги.
— Ты не поняла. Если ты согласишься на эту работу, ты должна будешь уйти в нее с головой. Хозяину особняка не нравится идея, что ты будешь постоянно приходить и уходить, поэтому они хотят, чтобы на время работы ты переехала туда.
 
— Куда?
— В особняк. Ты будешь жить с ним, именно он против выноса писем из дома.
— А вот это уже…
— Жутко, согласись? Именно поэтому я прошу тебя хорошенько подумать над этим предложением.
Гретхен думала целую минуту. Большой гонорар, интересный дом, но ей придется жить с незнакомцем. От этого по спине пробежал холодок. — А сколько там писем?
— Несколько сотен. Ты намерена согласиться?
— Пока не знаю, — призналась она. — Было бы интересно посетить этот дом, узнать, каков он изнутри, да и деньги хорошие, но…
— Да, это «но». Мне им отказать?
Гретхен водила вилкой по тарелке с дорогим салатом, за который она была не в состоянии заплатить. — Нет.
Кэт пожала плечами. — Сообщишь, когда примешь решение.
Гретхен продолжала гонять сухарик по тарелке. Триста тысяч обеспечат ей спокойную жизнь в дорогом Нью-Йорке. — И они просили именно меня, да?
— Да, может быть, заказчик большой фанат Астронавта Билла, кто знает.
Да, конечно. А может быть, просто она единственная идиотка, которая согласится на эту работу. Гретхен выдохнула и посмотрела на пшеничную булочку Кэт. — Ты будешь это доедать?
***
 — Не переживай, Урания, я остановлю их своим надежным световым мечом. — Астронавт Билл положил руку на ножны. 
 Урания ахнула, прикрыла рот ладошкой и задрожала. — Будь осторожен, Астронавт Билл! 
 — Они не успеют понять, кто на них напал, — Билл улыбнулся, вытаскивая клинок из ножен. Урания снова ахнула, пораженная размером клинка. — А теперь я превращу их всех в космическую пыль… 
Гретхен закатила глаза, перечитав страницу. Настоящий кошмар. Никому не нужный мусор. Если бы Урания появилась сейчас в «Кружечке от Купера», Гретхен бы набросилась на нее с кулаками. Хммм, пометка на будущее: в следующей главе нужно изуродовать Уранию.
Глупый Астронавт Билл, глупая Урания. Она в тайне мечтала, чтобы их затянула черная дыра, и ей больше никогда не пришлось бы про них писать. Но, увы.
Гретхен проверила таймер на духовке. Еще десять минут, и можно будет доставать порцию печенья. У нее есть еще время написать несколько абзацев. Она начала печатать текст о ненавистном дуэте. Прозвенел колокольчик, и она оторвалась от монитора ноутбука, пока писала текст в перерывах между посетителями.
Купер прошел до того, как она успела подняться. Он был в белой рубашке и красном фартуке. — Гретхен, я обслужу клиента, не отвлекайся.
Не отвлекаться? Она не верила своим ушам. Она занималась посторонними делами на работе, и Купер не был против? Он был или самым лучшим боссом на свете или … черт. Бронте была права, Купер был по уши в нее влюблен. И Гретхен было от этого не по себе.
Купер был ее старым другом, они вместе учились в колледже. Они оба переехали в Нью-Йорк: он решил открыть свою кофейню, а она заниматься журналистикой. Они постоянно общались, стали близкими друзьями, и Купер разрешил ей подрабатывать в его кофейне.
Но с чего вдруг он спокойно разрешил ей писать роман, пока она была на смене? Бронте еще несколько недель назад заявила, что Купер любит Гретхен. Но Гретхен все отрицала. Они были друзьями, просто общались, а иногда выручали друг друга. И ничего большего. Но в последние дни она стала замечать изменения в его поведении, и была уже не так уверена в его чувствах относительно нее. Она пристально следила за тем, как он сделал латте и подал его клиентке. Когда посетители ушли, он повернулся к Гретхен и улыбнулся, и эта улыбка была намного шире привычной.
— Как продвигается книга? — поинтересовался он. — Все еще сводит тебя с ума?
Был лишь один способ выяснить, намеревался ли Купер сделать шаг или нет. — Ой, я просто описываю любовную сцену, — ответила она. — Ты же сам знаешь, как это бывает.