Красавица и миллиардер (ЛП)

Она посмотрела на него, а затем задумалась. — Я не знаю.
— Ты перенервничала и несчастна. Мне не нравится видеть тебя в таком состоянии. — Хантер прижал ее к себе, целуя в губы. — Отдохни сегодня. Я тоже отменил все свои встречи. Мы сможем побыть вместе и расслабиться.
— Но мои проекты…
— Денек подождут. — Он улыбнулся при виде ее изумленного взгляда. — Позвонишь завтра своему агенту и скажешь о случившимся, попросишь отсрочку по срокам.
— Ей это не понравится.
Хантер мысленно пометил себе позвонить поговорить с нанятым им издателем. Они должны дать Гретхен еще месяц или два. Это может помочь стереть с ее лица выражение беспокойства, и тогда они оба смогут расслабиться. Ему уже не хватало ее широкой улыбки и игривого настроения.
Хантер был повинен в ее плохом настроении, и это его угнетало. Он повел себя, как эгоистичный ублюдок. Хантер положил руку Гретхен на шею, притягивая к себе для неожиданного, страстного поцелуя. Он даже боялся представить, что с ним будет, если он ее потеряет.
Гретхен сперва опешила, но затем расслабилась, отвечая на его поцелуй, лаская его языком. Она издала слабый стон, стоило ему начать посасывать ее язык.
В этот момент раздалось урчание живота. Они отстранились друг от друга, Гретхен тихонько хихикнула, прикрывая живот рукой. — Похоже это у меня. Голова была занята другим, и я забыла поесть.
— Попросить Элдона приготовить завтрак?
Она сморщилась. — Я готовлю намного лучше него. Ты же еще не пробовал мой фирменный омлет с сыром? Уверена, ты пальчики оближешь, — ее глаза засияли от вызова.
— Я бы попробовал, — ответил он, довольный вернувшемуся блеску в ее глазах. — Но я не большой любитель яиц.
— После этого ты их полюбишь, — гордо заявила она, взяв его за руку. — Пойдем, я приготовлю нам поесть.
Хантер не сдвинулся с места. — Гретхен, тебе полагалось сегодня отдыхать, а не готовить для меня.
Гретхен закатила глаза, как делала раньше. — Глупенький, готовка — это не работа, а удовольствие. А теперь, пошли на кухню.
***
Гретхен оказалась права, она готовила восхитительный омлет, и он — тот, кто почти никогда не завтракает, съел все до последней крошки. Но она не ограничилась омлетом. Хантер не успел и слова сказать, а Гретхен уже делала фруктовый смузи и нарезала картофель соломкой для домашнего фри.
По ее словам, это грех не пользоваться такой кухней. Поэтому она без остановки рассказывала ему обо всем, что им готовила мама в детстве. Она была так расслабленна и увлечена готовкой, что машинально взяла бананы и начала их нарезать. — Я тебе клянусь, Элдон просто зря переводит продукты. Я собираюсь приготовить маффины для горничных. Холодильник до отвала забит продуктами, которые испортятся, если их не готовить. — Она на секунду замолчала, затем подняла голову. — Я веду себя глупо, да?
Хантер был удивлен неожиданной робостью в ее голосе. — О чем ты говоришь?
Она указала на все продукты, разложенные на мраморной столешнице. — Я, готовка. Ты наверно считаешь все это глупостью и сидишь скучаешь.
— Вовсе нет. — И это была чистая правда. Гретхен весело порхала по кухне. — Мне нравиться смотреть на тебя, пока ты работаешь.
Она громко фыркнула, продолжая разминать бананы в миске. — Забавно, но ты никогда не наблюдал за мной, пока я писала.
— В те моменты ты не выглядела счастливой, — просто объяснил он, взял с доски кусок банана и закинул его в рот. — А сейчас ты счастлива.
Гретхен смущенно улыбнулась, опустив глаза на миску с бананами. — Написание книг - это моя работа. И я делаю это не потому, что люблю. Так я оплачиваю свои счета. — Она сложила остатки бананов в миску и начала смешивать их с измельченной массой. — В самом начале, я считала писательство отличной работой. Целый день дома в пижаме, ни перед кем не отчитываешься.
— Полагаю, так, — годы в мире бизнеса научили Хантера, что всегда есть человек, перед которым ты отвечаешь. Он не стал ее поправлять, потому что ему нравилось, как она делилась с ним своими мыслями и мнением.
 
— Ага, ну я, конечно, проводила дни в пижаме, но со временем у меня появилось множество начальников, указывающих мне на сроки сдачи книг. И мне перестала нравиться моя работа. Совсем. — Она сама удивилась своим словам и, взяв толкушку для пюре, начала с еще большей силой давить бананы. — По правде говоря, я ее ненавижу. Я по горло сыта астронавтами и их безмозглыми девицами.
— Ты сейчас о чем?
— Ты знаешь о книгах, которые я пишу.
Он понятия не имел, о чем именно были ее книги. Ему говорили, но он не обратил на это внимание. Очевидно, она писала об астронавтах и… девицах. Его мало волновала ее работа, только она сама. — Если бы у тебя появилась возможность все изменить, чем бы ты хотела заниматься?
Гретхен мельком взглянула на него. — Быть здесь с тобой.
Он улыбнулся. Боже, как же он ее любил.
Первую половину дня они провели на кухне, где Гретхен готовила и стряпала. Как оказалось нарезание продуктов действовало на нее успокаивающе. И пока она стряпала, она болтала без умолку. Она рассказала ему о своем детстве, о подростковых выходках. Что у нее есть сестры близняшки - Одри и Дафна, и их мама работала на двух работах, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Так как Гретхен была старшей, ей приходилось готовить для всей семья, и она все лето напролет смотрела кулинарные программы в поисках новых рецептов. Ей нравилось быть на кухне, да и, вообще, готовить для друзей. Иногда она делала десерты в кофейне.
К тому времени, как Гретхен полностью успокоилась и забыла об инциденте с ноутбуком, на столе стояли свежеиспеченные банановые маффины; что-то, что она назвала имбирным суфле; крошечные и идеально круглые булочки с белым шоколадом; и лимонные капкейки с лимонным кремом, которыми их украшал Хантер. Гретхен выглядела весьма довольной.
Она была красивой, невероятно сексуальной, и Хантер поймал себя на мысли, что мог часами наблюдать за ней. Вытащив последний противень из духовки и поставив его остывать, Гретхен взялась за белковый крем. Она посмотрела на Хантера, обмакнула палец в крем и протянула ему. — Хочешь попробовать?
Член Хантера дернулся от ее хриплого голоса и нежного взгляда. Ах, черт. Гретхен задумала поиграть, и, поняв это, он автоматически стал твердым. Хантер наклонился вперед, взял ее палец в рот и пососал.
Гретхен тихонько ахнула от возбуждения. Он с наслаждением облизывал ее палец, становясь при этом болезненно твердым. Когда он выпустил ее палец изо рта, взгляд Гретхен был направлен на его рот. Казалось, они оба думали об одном и том же. — Еще слишком рано повалить тебя на пол и затрахать до потери сознания?
Все ее тело затрепетало. — Боже, нет, для этого никогда не рано.
— Тогда иди ко мне, — прорычал он.
Она медленно подошла, забыв о стряпне. Ее руки машинально потянулись к нему, гладя его шею и шрамы на щеке. Он больше не уворачивался от ее прикосновений. Хантер видел в ее глазах неприкрытое желание, а не отвращение. Она видела его за всеми этими шрамами.
Рука Хантера обвилась вокруг ее талии, прижимая к себе. Ее глаза немного расширились, а на губах появилась довольная улыбка, когда она сжала его член через брюки. — Ты заводишься с пол оборота, да?
— Да, особенно, когда ты рядом, — ответил он, наматывая ее волосы на кулак, запрокидывая ее голову. Он наклонился ниже, впиваясь губами в ее нежную шею, легонько покусывая ее.
Гретхен задрожала, крепче стискивая его член. — О, Хантер, как приятно.
— Я хочу доставить тебе удовольствие, — говорил он, продолжая облизывать ее шею и ямочки на горле. — Скажи мне, чего ты хочешь.
— Секса, прямо здесь и сейчас. — Она ласкала его рукой через одежду, словно старалась как можно быстрее довести до оргазма.
Он в ответ застонал, стягивая ее штаны для йоги. — Да, господи, да.
Она замерла в его руках. — Подожди. А как же горничные? Что если они нас увидят? Может, нам лучше где-нибудь укрыться?