Красавица и миллиардер (ЛП)

Он приказал ей держаться от него подальше. Зачем он это сказал. Мог ли он все исправить? Приказать Элдону приготовить ужин, накрыть стол со свечами и затем заставить ее прийти? Сделать вид, что никогда ей не грубил? Или лучше – притвориться, что это их первая встреча?
Она посчитает его сумасшедшим. Хотя она наверняка уже так думает. Он не знал, как поступить. Продолжая осмысливать сложившуюся ситуацию, он прикоснулся к бутону Блю Гёл. Эти розы были чудесными, цветом средним между серебряным и нежно-голубым. Интересно, а ее глаза такого же цвета? Они были не слишком яркими, от чего ее лицо казалось бледным и круглым. Но ему это нравилось. Так она выглядела менее… идеальной.
Очень аккуратно взяв бутон, Хантер срезал цветок и убрал с него шипы. Ему нужно было извиниться. У него это плохо получалось, но, может быть, роза будет красноречивее слов.
***
После того, как Гретхен приняла душ и переоделась, она направилась в библиотеку. Нет смысла откладывать работу над проектом. После утреннего события энтузиазма у нее поубавилось, но она должна хотя бы попробовать. Теперь, когда они будут избегать друг друга, и она будет знать наверняка, он делает это специально, а не потому что смущается.
Жаль, теперь этот месяц будет не таким захватывающим, как ей хотелось.
Зайдя в тихую библиотеку, она заметила на своем столе серебряный поднос, а на нем записка и свежесрезанная бледно-голубая роза.
Она взяла записку и пробежалась по ней глазами.
 Я был груб и прошу за это прощения. В семь вечера будет подан ужин в красной столовой, на случай, если вы захотите присоединиться. Пижамы допускаются. 
А в коне простая подпись из двух букв. ХБ.
Гретхен улыбнулась.
 Глава 5 
Гретхен заявилась на ужин на пять минут раньше слегка на взводе. Конечно, у нее не было причин нервничать. Это же просто ужин с мужчиной, которому она по непонятным причинам не нравится. Возможно, это связано с инцидентом с обнаженкой. Но это была полностью ее вина. А раз, он единственная компания, которая будет у нее весь следующий месяц, ей бы хотелось все уладить и забыть о произошедшем.
Сегодня она собрала волосы в высокий хвост, а не в неаккуратный пучок, как делала всегда. На лице не было ни грамма макияжа, а из одежды: штаны от спортивного костюма и футболка с длинным рукавом. Это же просто ужин с мужчиной, с которым она хотела подружиться, не было смысла наряжаться.
Однако, когда она постучала в дверь (Элдон ранее дал указания сделать именно так), перед тем как войти в красную столовую, она была удивлена, что мистер Бьюканен открыл ей дверь. Он был в пиджаке, с волосами, зачесанными назад.
— Мне полагалось нарядиться? — она улыбнулась ему, входя в столовую. — Признаюсь, я считала эту поездку чисто деловой, поэтому взяла одежду привычную и удобную для работы. Простите, если я неподобающе выгляжу.
— Все нормально, — прохрипел он. — Вы соответствуете.
Гретхен рассмеялась, желая сгладить ситуацию. — Соответствую? Спорю, вы говорите это всем женщинам.
Он засмущался от ее слов, отвернулся и захлопнул дверь чуть сильнее, чем нужно было. Боже правый. Она всего лишь пошутила, а он ведет себя, будто у него муравьи в трусах, хотя сам пригласил ее на ужин. — Спасибо за розу, — сказала она, скрестив руки на груди, рассматривая мебель. Это было безопасней, чем смотреть на хозяина дома, который того и рассыплется на мелкие кусочки если поймает ее взгляд.
И если честно, она сгорала от необходимости посмотреть на него. Утром ее отвлекал сад, холодный ветер и их разговор. Сейчас же ей хотелось внимательно его рассмотреть и понять, что же произошло, от чего он стал таким. Правая часть его лица была покрыта шрамами: глубокими, старыми, хранящими в себе историю. Ей было очень любопытно узнать эту историю.
Но раз он был таким пугливым, она притворилась, что рассматривает картины на стенах. Ей стало понятно, почему эту столовую называли красной. Стены были темного, почти бордового цвета, а картины на стенах напоминали замершие сцены из жизни и, в основном, красные. На одной картине был изображен букет роз, на другой гора яблок. И все такое… красное. Если бы в комнате было больше света, то, возможно, они бы раздражали глаза, но, к счастью, сейчас горели свечи в двух канделябрах, расставленных в центре длинного деревянного стола.
 
Если бы поведение мистера Бьюканена не было таким странным, то роза и зажженные свечи намекали бы, что у них своего рода свидание, однако его поведение говорило об обратном.
— Блю гёрл, — заговорил он, подходя к дальнему концу стола, выдвигая стул.
— Что? — она повернулась и взглянула на него.
Он опустил глаза, словно не хотел встречаться с ней взглядом, и кивком указал на стул, приглашая ее сесть. — Роза, которую я вам отправил. Она называется Блю гёрл.
Гретхен шагнула вперед, замечая, что он повернулся боком, позволяя ей видеть только здоровую часть его лица. Интересно. — Понятно. Чудесная роза. Мне казалось, она больше фиолетовая, чем голубая.
— Так и есть. Очень тяжело добиться истинного голубого цвета лепестков. В большинстве случаев почва недостаточно кислая, — его тон был резок, словно он объяснял элементарные вещи дурочке.
— Аааа, — она села за стол, он пододвинул ее стул и отошел вправо. Она заметила, он не сел во главе стола в самом дальнем конце, а сел через несколько стульев от нее под углом в 90 градусов. Чтобы скрыть свое лицо? На этом месте она не могла видеть правую сторону его лица, только аккуратный, красивый профиль.
Его можно было назвать симпатичным. Подбородок волевой и сильный, с правильными чертами лица. Нос был немного больше, чем положено считать красивым, и других мужчин он, возможно, бы портил, но не его. Ему он идеально подходил. Глаза темные и пронзительные, губы тонкие, будто он никогда не улыбался.
Конечно, стоило ему немного повернуться, и она видела причину его суровости. Шрамы, покрывающие правую сторону его лица, выглядели устрашающе. Они полностью покрывали его щеку, подбородок и горло. Он аккуратно прятал поврежденную сторону, тем самым еще больше разжигая ее любопытство и желание рассмотреть его лицо полностью. Даже его бровь была пересечена шрамом, который уходил на висок к линии роста волос.
Ей стало интересно, как он получил эти шрамы. Он поднял глаза и поймал на себе ее взгляд. Он выронил из рук серебряный прибор, который с громким стуком ударился о стол.
— Прошу прощения, — сказал он.
— Ничего страшного, — ответила она, ее позабавило его поведение. Он что… нервничал? — Простите, я не нарядилась. Я подумала, раз это не свидание, то мне можно… — Она замолчала на полуслове. А вдруг он расценивал этот ужин как свидание?
— Конечно, нет, — ответил он. И в подтверждение своих слов взял со стола салфетку и положил ее колени. — Я всегда ношу костюм, мне нравится хорошо выглядеть.
Понятно. Она не могла понять, хотел ли он пошутить или же упрекнуть ее в неподобающем виде. Если честно, она пока с трудом его понимала.
Мистер Бьюканен потянулся к открытой бутылке вина. — Не хотите выпить?
— Пытаетесь меня напоить, да? — пошутила она.
Он напрягся.
— Я пошутила, — быстро добавила она. Ого, он совсем не понимал ее шуток? — Я с удовольствием выпью. — Гретхен поставила перед ним пустой бокал, следя за его движениями. Его пальцы были длинными, сильными, и он со всей грациозностью держал бутылку. Если бы ранее он не выронил из рук нож, она бы не подумала, что он на такое способен. Налив достаточно вина, он прокрутил бутылку, не пролив ни капли.
У него были прекрасные манеры, но вот общался он с трудом. Пламя свечи немного замерцало, играя в ее бокале с вином. Гретхен наблюдала, как он наливал вино в свой бокал. Она гадала, полагалось ли свечам скрывать его шрамы или нет? Если да, то это было плохой идеей, в отбрасываемой свечой тени его шрамы выглядели более устрашающе. И все же она никак не могла перестать о них думать.