Проклятие Теней и Льда (ЛП)

Я киваю, не зная, что сказать. Меня никогда не обслуживал дворцовый маг. Поскольку магия строго запрещена в Альтее, у меня нет опыта в этом деле. Я никогда не пользовалась ничем, кроме мазей, которые были в Альтее.
— Делайте, как считаете нужным, — говорю я ей. — Я доверяю вашему мнению.
Из ее губ вырывается тихий писк, как будто она едва сдерживает свое волнение, и я с трудом сдерживаю смешок. Молли необычайно милая, и она напоминает мне Серену.
  
— Я вас не подведу, Ваше Превосходительство, — обещает она мне. Понятно, что она очень гордится своей работой, и я не могу не улыбнуться.
— Для меня большая честь находиться в одной комнате с вами, — говорит она, и из ее пальцев струится мерцающая магия. Она проводит ими по моим бровям, прося меня закрыть глаза. — Элдирия ждала вас целые поколения. Его превосходительство предупредил нас, чтобы мы не давили на вас, но я просто хотела, чтобы вы знали, что мы все благодарны вам за то, что вы здесь. Я до сих пор помню, как моя бабушка впервые рассказала мне о пророчестве, что наша императрица сломает проклятие, и вот вы здесь. Некоторые верили, что император выдумал это и рассказал нам о ложном пророчестве, чтобы дать нам надежду, но я всегда знала, что это не так.
Я чувствую, как ее магия наполняет мою кожу, это странное ощущение.
— Знаете, Ваше Превосходительство... Я думала, что всякая надежда на то, что у меня когда-нибудь будет ребенок, исчезла. Я сдалась, но потом появились вы. Я просто знаю, что вы спасете нас всех. Я чувствую это.
Я рада, что она велела мне держать глаза закрытыми, потому что я не думаю, что смогу смотреть на нее. Я боюсь, что я не та спасительница, которой все меня считают, и я боюсь ее разочаровать.
— В день вашего прибытия я впервые увидела ее во сне. Мне приснилось, что я беременна, что мой ребенок лежит у меня на груди. Потом я видела, как я убаюкиваю ее и целую в лоб. С тех пор, как вы прибыли, эти сны повторяются каждый день. Все так реально. Иногда мне кажется, что я чувствую ее запах. Я не думаю, что это сны, Ваше Превосходительство. Я думаю, что это видения... видения будущего, которое вы нам дарите.
Мое сердце сжимается от боли, и по спине бежит дрожь. Я больше всего на свете хочу, чтобы она получила все, о чем только что рассказала, но у меня нет силы, чтобы исполнить ее желание. Я боюсь, что не смогу сломать проклятие. Феликс и я даже не уверены, что сможем нагреть землю.
— Все готово, — говорит Молли, и я открываю глаза.
Она поворачивает меня к зеркалу, и я задыхаюсь. Я все еще выгляжу как я, только... нет. Я выгляжу в тысячу раз красивее, чем в день своей свадьбы. Я подношу руку к лицу, не веря своим глазам.
— Магия, — шепчу я. Даже мои волосы уложены идеально, хотя это невозможно за такое короткое время.
Молли хмурится и кивает.
— Конечно. А что еще это может быть?
Я с опозданием понимаю, что слово «магия» здесь не используется в качестве экспрессии, и вопросительный взгляд Молли заставляет меня чувствовать себя настороженно. Вероятно, она ожидает, что я сама опытная волшебница, и я не знаю, что Феликс рассказывал своим людям. Ясно, что он использовал меня как символ надежды, и я не могу его винить.
— Это просто выражение, которое мы используем в Альтее, — говорю я ей, улыбаясь спокойно, пытаясь скрыть свое внутреннее волнение.
Молли кивает в знак понимания и делает шаг назад.
— О! Конечно, — говорит она, улыбаясь. — А теперь, какое платье мы вам подберем?
Мой гардероб распахивается, и из него выплывает золотое платье. Я улыбаюсь про себя. Я привыкла к причудам дворца и стала доверять его чувству моды.
— Оно прекрасно, — шепчет Молли, хватая платье из воздуха. Через несколько минут я надеваю потрясающее золотое платье, которое дворец выбрал для меня. Я наблюдаю, как оно мерцает в свете при каждом моем движении, и беспокоюсь, что это слишком для простого ужина, но Молли выглядит так взволнованной, что я не могу ничего сказать.
Я задаюсь вопросом, что Феликс подумает обо мне в этом платье, когда я пройду по длинному коридору. Второй раз за сегодня я задумываюсь о любви. Если мы с ним влюбимся, действительно ли это сломает проклятие? Исполнится ли желание Молли?
Я кусаю губу и колеблюсь перед тронным залом. Я глубоко вдыхаю, пытаясь собраться с духом, но, не успев открыть двери, они открываются сами.
Феликс застывает, увидев меня, и мое сердце замирает. В этот момент все вокруг исчезает. Я могу сосредоточиться только на взгляде Феликса. Только когда кто-то обращается к нему, я понимаю, что он стоит рядом с несколькими мужчинами, которых я смутно узнаю как его советников. Я делаю шаг назад, боясь помешать, но затем Феликс передает документы, которые держит в руках, Элейн.
— Извините, — говорит он. — Я не могу заставлять свою любимую жену ждать ни минуты больше.
Он идет ко мне, капюшон его плаща спадает на лицо. Я понимаю, почему его называют Императором Теней. Возможно, это произошло из-за проклятия, но также и из-за того, как он двигается и одевается.
— Арабелла, — говорит он, предлагая мне руку. Я беру ее, и он ведет меня вперед. — Прошу прощения. Я потерял счет времени. Надеюсь, ты меня простишь.
— Я благодарна, что ты все-таки смог выкроить время в своем графике. Мне кажется, я почти не видела тебя с тех пор, как...
Феликс поворачивается ко мне и улыбается.
— С тех пор, как?
Я краснею, вспоминая ночь, которую мы провели вместе. Вскоре после этого нам доставили сталь, необходимую для нашего плана, и с тех пор мы оба были вынуждены сосредоточиться на своих индивидуальных ролях в плане, бесконечно отрабатывая и оттачивая нашу стратегию. Я провела бесчисленные часы, направляя огонь и подчиняя его своей воле, пока в конце концов это не стало требовать от меня почти никаких усилий, и я смогла поддерживать огонь во всех каминах дворца в течение нескольких дней.
Феликс, с другой стороны, провел все свое бодрствование, помогая своим людям создать трубы, которые нам нужны. Его алхимические способности гораздо быстрее, чем даже у его лучших мастеров, и хотя я знаю, что ему доставляет удовольствие помогать им, я также знаю, что это его изматывает. Я скучала по нему, но признаться в этом и просить уделить мне время казалось эгоистичным, когда у нас обоих так много дел.
— Я придумал одно особенное место, — говорит он. Его рука скользит к моей, и он переплетает наши пальцы, большим пальцем рисуя круги на моей ладони. Я смотрю на него, желая, чтобы он перестал постоянно носить капюшон. Это странно, но я скучаю по золотому блеску его глаз. Даже когда я мельком вижу его днем, я редко замечаю его.
— Вот и пришли, — говорит он мягким голосом. Он делает шаг вперед и держит для меня дверь. Я останавливаюсь в дверном проеме, широко раскрыв глаза, и впитываю яркий солнечный свет и зелень, окружающую нас.
— Это не может быть правдой, — шепчу я. Я не видела солнца с тех пор, как приехала сюда, и не осознавала, как сильно скучала по нему.
— Это не так, — говорит Феликс, и я поворачиваюсь к нему. Он снимает капюшон с лица и снимает плащ, обнажая костюм, которого я никогда раньше не видела. Даже в день нашей свадьбы он был одет в свою обычную форму. Костюм, который он носит сегодня, весь черный и похож на то, что носят члены королевской семьи. Обычно он скрывает свое телосложение, но этот костюм подчеркивает его сильное тело.
— Это заклинание, — добавляет он. — Проклятие мешает поддерживать такое заклинание. Даже когда оно не настоящее, кажется, что нам не позволено видеть солнечный свет. Оно продлится всего несколько часов.
  
— Это ты сделал? — спрашиваю я, сбитая с толку. — Ты создал это... для меня?
— Технически я умолял Элейн создать это, но я сам преобразовал все цветы для тебя. Они все настоящие. — Он берет меня за руку и ведет к столу посреди беседки. Вокруг него растут тысячи розовых пионов, создавая совершенно романтическую картину. Я оглядываюсь на него, с трудом веря, что тот же человек, который когда-то угрожал моей жизни и моим близким, сделал бы для меня такое.