Развод. Я это зря (СИ)

Катя опускает глаза. Она как никто другой знает о чём я говорю. В этих спартанских условиях нам приходилось выживать вдвоём. Уж это я отнять не могу.
- И можно было бы сказать, что мы бедны... но нет. Для маминых бесконечных платьев, костюмов, обуви за сто пятьдесят евро по две штуки за раз.. Из её любимой фирмы «Анна Соуза» у тебя денег всегда хватало. А дочки должны были выглядеть рядом ущербными... да мама? - говорю и поворачиваюсь к этой хитрой женщине.
  
Такую легкую истину я тоже только недавно осознала. Она специально меня и Катю делала хуже, чтобы выделяться среди нас. выглядеть красивее... Ну что за бред?!
А ведь у неё это получалось, я неоднократно слышала в её адрес комплементы, и именно когда мы с Катей были рядом. От принятия этой правды стало крайне противно на душе.
- Да как ты смеешь свою мать попрекать? - огрызается отец, пока мама прячет глаза.
- ОЙ смешные вы! До невозможности. - произношу улыбаясь. - Да кому она нужна, такая поганая мать, что уходила из комнаты, когда ты меня избивал.
- Я тебя воспитывал! - уже кричит не стесняясь, тыча в меня пальцем. - Да кем бы ты была если бы не я? Только я тебя сделал такой какая ты есть. Только из-за меня ты смогла вырасти в человека, неблагодарная тварь. Если бы ни я, была бы ты сейчас на панели!
- Куда скоро отправиться Катя? - специально подстегиваю его.
И мой замысел удаётся с лихвой, рука летит в мою сторону, и вот он, момент ради которого мы все здесь собрались:
Мои долгие и кропотливые занятие всё же дали плоды. Я с легкостью уворачиваюсь, выпрямляюсь, со всей накопленной за годы злостью замахиваюсь.
И не бью.
Не трогаю его кадык.
Просто беру и понимаю, что не буду опускаться до его уровня и быть такой же гнилью. Он даже не заслуживает чтобы я об него руки вытирала.
Вместо этого я нагло смотрю ему в глаза, улыбаюсь и... хлопаю его легонько пару раз по щеке.
Глава 14.3 Аня
Ошарашенный от подобной наглости отец аж теряет рад речи. Этот момент неподражаем! Я вижу, как стремительно от злости багровеет его лицо и это самое настоящее счастье для меня, видеть его таким униженным. А он именно таким себя сейчас и чувствует, униженным, уязвимым, слабым.
Ну просто рай для моих очей.
По жизни мне часто приходилось слышать, что нужно уметь прощать, не конфликтовать или просто не обращать внимание. Такое любили повторять и мои родители. И их понять можно, им как раз и нужны были удобные дети, что не будут способны им противостоять. А вот во что превратится подобное воспитание они не хотели знать. Всё равно что это «смирение» в результате будет транслироваться по жизни не только рядом с ними. Понимание, что дети имеют больше вероятности стать удобными в обществе и для других людей для них ничего не значило. Главное, чтобы отцу с матерью было спокойно и легко. Дети - идеальные «игрушки для битья».
А вот то, что я не прогнулась, сугубо моя заслуга. Только благодаря моим мозгам и характеру. Я отказалась сдаваться, и смогла стать независимой в жизни своей. И только мне известно сколько всего мне пришлось пройти, чтобы добиться таких высот.
- Да как ты посмела, мелюзга? Да у тебя на губах…
- Все у меня уже давно засохло на губах, папа... Так, что-то мы затянули, - Говорю, хлопая ладонями, - Ушли совершенно не в то русло. Давайте ка подытожим. -улыбаюсь рассматривая каждого из присутствующих. - Катя сама …
- Ты нас так и не пригласила домой. - перебивает меня красный как помидор отец.
- Ты поздновато спохватился. Говорить будем здесь. Домой я вас не приглашу.
Больше никогда.
Сухо отвечаю на неуместные замечания отца. Ну зачем он об этом сейчас заговорил? Думает, что дома я буду не такой резкой? Да я его больше даже на порог не пущу.
Отец растерян от моего необычного поведения, он не привык чтобы ему поперёк что-либо говорили. Особенно его домашние услужливые рабыни. Но подчинять силой он теперь меня не может, и Дмитрий Иванович это наконец осознал. Я вижу, как начинают бегать его глаза, он явно раздумывает над тем, как вернуть себе власть и это меня ещё сильнее разочаровывает.
- Дочка, ты что себе позволяешь? - произносит он меняя свой тон.
А вот и смена стратегии. Авторитетом взять не получилось, а значит меняем кнут на пряник. Да он действительно ходячее пособие по социопатии. Мечта психиатра.
Я улыбаюсь его поверхностным методам манипуляции. Такое только на детях и загнанной в угол женах и работает. Поэтому он мне и казался самым страшным монстром в детстве. И поэтому сейчас я его вижу настолько жалким и смешным.
Просто клоуном во плоти.
- И так мои недорогие родственники, - я вижу, как отец хочет что-то сказать, но я цыкаю в ответ, сейчас буду говорить я. - Вы будете слушать меня, или прямо сейчас идёте отсюда на все четыре стороны... Нет? Тогда приступим. Во-первых - Катя…
Мне нет дела до её беременности, я не собираюсь клеветать Сашу и говорить, что он якобы её изнасиловал, - говорю, понимающе смотря в сторону мерзкой девчонки. - Нет так ли, Ка-атюша? И предугадывая вашу последующую речь, скажу сразу: то как ты яро припёрлась той ночью в мой дом и нагло говорила о том как ты его любишь и он должен быть с тобой... Всё это записано, и в суде, если до этого конечно дойдёт, я дам против тебя показания. Ведь он тебя не заставлял, ты сама под него прыгнула. И по тупости своей во всём созналась.
Никаких доказательств у меня конечно же нет, но это мне и не нужно, ведь отец сам в своей голове уже додумал всё что мне надо. Вот он, минус боязни того "что скажут люди". А ему это всегда было особенно важно.
- Что? - рычит отец уже в сторону Кати, - Что такое говорит Аня, а Кать? Ты серьезно это сделала? - спрашивает с расширенными до предела глазами.
В том, что он действительно верил в невиновность дочери я не сомневаюсь, он и правда почему-то именно Кате всегда верил на слово. В отличие от меня. Хотя должно было быть ровно наоборот. Но какая уж теперь разница.
Я вижу, как растеряна Катя, она не придумала что ответить и пока способна лишь бросаться одними «это всё ложь». А мама, как всегда, стоит в стороне. Ей всё море по колено.
- Такт - я повышаю голос, - Отстрелялись? А теперь насчёт вас всех, - Перебиваю спор этих двоих, переключая всеобщее внимания снова на себя, - С этого момента, то что случилось с Катей, произойдёт и вами. Я перестану присылать вам деньги и прекращу с вами какие-либо контакты. Мы больше не увидимся. Я официально от вас отрекаюсь и не желаю больше знать. С этой минуты я буду вас всех игнорировать. У вас нет больше дочери, а у меня нет родителей. Да и сестры тоже нет. Живите, как хотите. Ариведерчи. - бросаю я весело, и с абсолютно спокойной душой выхожу на улицу под открытые рты родителей.
Ночь встречает меня освежающим ночным ветерком. А в дали мне мигает Михаил.
Я машу ему в ответ и улыбаюсь. Чувствую себя... Обновлённой?
Да, выговорится иногда тоже надо. И хоть я знаю, что родня не оставит меня так просто в покое, старт был дан.
И я искренне улыбаюсь и иду к Мишу навстречу, чувствуя себя наконец свободной.
Глава 15.1 Аня
Я подхожу уверенной походкой к машине Ильина и чувствую себя, как будто обновленной. Ощущение полёта и всепоглощающей эйфории. Мне хочется петь и прыгать одновременно. И я совершенно не могу вспомнить, когда в последний раз нечто подобное была способна ощущать. Если полагаться на мою память... Хм… кажется, никогда.
  
Да это и не важно.
Главное то что я совершенно горда собой. Не струсила, не подалась. Хоть и не смогла сказать всё что хотела, но зато донесла основной посыл - мы больше не семья. И этим всё сказано.
Михаил выходит из машины, уверенным шагов обходит её и галантно открывает мне дверь.