Эвис: Повелитель Ненастья (СИ)

Не знаю, как другие, а я их пение не слушал, а ощущал. Душой. И когда голоса вдруг оборвались, почувствовал, что вместе с ними остановилось и мое сердце. Поэтому торопливо открыл глаза, вскочил на ноги и поклонился. В пояс. Так как говорить был не в состоянии. Через вечность, когда ко мне начала возвращаться способность связно мыслить, я краем сознания отметил, что моему примеру последовали и остальные мужчины. А еще через какое-то время разом ощутил и все остальное: заметил, что по щекам Ивицы катятся слезы счастья, почувствовал восхищение Селии и Аники, стоящих в коридоре, и увидел воистину безумную благодарность во взгляде Магнуса.
  
— Аресса Ивица, это лучшее исполнение «Восхваления», которое я когда-либо слышал! — честно сказал я. — Огромное вам спасибо!
Женщина улыбнулась. По-настоящему. И я понял, что мои первые оценки были неправильными: она была Личностью, просто прятала ее в себе очень глубоко…
После такой песни исполнять что-то простенькое казалось кощунством. Поэтому я распорядился подавать горячее и вспомнил о потеряшках. А когда начал их искать, переключаясь на камеры в доме, привлек внимание Амси:
— Они в бане. Вэйлька и Алька развлекаются, а бедная Ирлана вот-вот повесится! В хорошем смысле этого слова…
Как можно повеситься в хорошем смысле, я не понял, поэтому повернулся к камере под потолком и вопросительно изогнул бровь.
— Твои меньшицы дали ей примерить домашнее платьице. То самое, подол которого заканчивается там, где ноги еще не начинаются! — хохотнула хозяйка пляжного домика. — А потом сообщили, что по дому они обычно ходят в чем-то подобном. Когда девушка более-менее оклемалась, ей показали шортики и топик, а затем некоторое белье. В общем, сейчас она сушит волосы, смотрит на тот наряд, в котором приехала, и с ужасом думает о том, что придется надевать это убожество. Кстати, девочка далеко не дура и очень быстро принимает новое. Кому ее хоть присмотрели, знаешь?
Я скосил взгляд на Конгера.
— А что, было бы неплохо! — согласилась Амси, а через какое-то время хихикнула: — Все, оделись, причесались и идут к вам.
Судя по тому, что в обеденный зал троица ворвалась уже через пару десятков ударов сердца, девушки не шли, а бежали. На мгновение замерев на пороге, они присели в реверансе, заинтересованно огляделись, а затем рванули, кто куда: Вэйлька — ко мне, чтобы занять свободное место по левую руку. Мелкая, чуть-чуть запоздавшая с принятием решения — к Майре, благо свободное место нашлось и рядом с ней. А Ирлана — к брату, сияя так, что опять напомнила мне «Восхваление Ати».
В этот момент Магнус поднял руку, требуя тишины. Потом долил себе в кубок взвара, оглядел всех нас и заговорил:
— Сегодня случилось сразу три удивительных события. Во-первых, мы с Нейлом скрепили рукопожатием самое начало нашей дружбы, во-вторых, я сделал очень важный шаг к пониманию того Пути, по которому иду всю жизнь, и, в-третьих, наконец, почувствовал, что моя любимая жена нашла тех, кто разделяет порывы ее души. Я счастлив! И хочу поделиться этим счастьем с вами: ар Эвис, все те, кто называет ваш род Странным, слепцы в мире зрячих! Ибо не видят, что за стенами этого дома теплее и уютнее, чем где-либо еще; что именно здесь можно быть самим собой, не опасаясь быть высмеянным или униженным; что после пары страж под этой крышей мир за стенами кажется серым и убогим! В общем, я поднимаю этот кубок за главу рода Эвис и всех тех, кто вложил нити своих судеб в его десницу…
…Ар Койрены уехали далеко за полночь, получив приглашение заезжать почаще и потребовав, чтобы и мы заглядывали к ним при любом удобном случае. Магнус пребывал в прекраснейшем настроении, причем, как мне показалось, радовался за жену намного сильнее, чем за себя. И, в общем, его можно было понять: за каких-то несколько страж Ивица не только перестала ревновать мужа к моим женщинам и видеть в них воплощение Бездны, но и начала прирастать к ним душой. Мало того, перед тем как усесться в карету, она договаривалась с Майрой и Найтой о следующем визите и выясняла, кто на чем играет. А когда узнала, что Найта когда-то училась игре на винарре[2], расстроено сообщила, что ее у них нет даже в родовом замке.
Близняшки тоже сияли, радуясь, что старший брат не мешает им постреливать глазками на моих вассалов. И, даже усевшись в карету, старались выглянуть наружу, чтобы еще разок увидеть лица понравившихся им мужчин. Единственным человеком, пребывавшим в бездне отчаяния, была Ирлана — прикоснувшись к вожделенным чудесам и распробовав некоторые из них, она страшно не хотела уезжать. Даже несмотря на то, что втихаря увозила с собой подарок Альки — комплект белья «от мэтра Колина», за которым мелкая не поленилась сбегать на остров.
Когда карета ар Койренов выехала со двора и Оден закрыл за ней ворота, мы вернулись в дом. Майра, посмотрев вслед Селии, помогавшей Анике убираться в обеденном зале, задумчиво куснула себя за нижнюю губу, затем повернулась ко мне и вздохнула:
— Слуг начинает не хватать. Может, доберем еще несколько человек?
Я согласился.
— Кроме того, завтра я бы хотела поискать эту самую винарру. На пару с Найтой — а то в звучании этого инструмента я не понимаю ровным счетом ничего.
— Возьмете пару ребят Конгера и прокатитесь! — разрешил я. — Только, желательно, в первой половине дня, так как вечером мы опять едем на бал.
— Простите, что прерываю, но отпускать девочек всего с двумя воинами сопровождения может быть небезопасно! — вмешалась в разговор Амси. В общем канале, чтобы слышали все. — Давай, я озвучу последние новости, а ты их обдумаешь, ладно?
Само собой, я согласился. Поэтому, подумав, попросил перенести начало рассказа на четверть кольца и свернул в сторону бани. Затем вместе со своей семьей перешел на остров, разделся и забрался в джакузи с теплой водой.
— Новость первая, ожидаемая, но пока нейтральная… — дождавшись, пока к нам присоединится слегка замешкавшаяся Тина, заговорила призрачная хозяйка. — Тобой заинтересовались послы Реймса и Гельда. И тот, и другой изложили свои мысли в письмах и отправили их почтовыми голубями своим сюзеренам. Содержание писем я не знаю, но почти уверена, что их общение с тобой начнется с предложения сменить подданство. То есть, до первого разговора с каждым из них каких-то неприятностей с этой стороны можно не ждать…
Я считал так же, поэтому кивнул, показывая, что принял к сведению.
— И новость вторая, неприятная: наш заклятый «друг» Ассаш ар Ремир не собирается дожидаться прибытия двух обещанных боевых пятерок. Сегодня вечером он приказал одному из своих людей походить по трущобам и найти «лихих людишек, знающих, с какой стороны браться за арбалет».
— Изображение помощника есть? — поинтересовался я.
Вместо ответа девушка превратилась в хейзеррца. Невысокого, куда более широкоплечего и мощного, чем посол, с перебитым носом и не раз ломаным левым ухом. Разглядывать одежду я поленился, ибо не видел в этом никакого смысла:
— Ты не поняла — есть возможность сделать рисунок? Простенький, но узнаваемый. Такой, который можно было бы показать и своим парням, и парням дяди Витта?
— Сделаю. На такой же бумаге, какой пользуетесь вы! — пообещала Амси. — Сколько штук тебе надо?
— Если можно, то десятка четыре… — подумав, ответил я. — Чтобы его искали не мы, а Тени.
— А когда найдут — пошлем своих? — с кровожадным блеском в глазах уточнила мелкая.
— Ага! И лишим Ассаша очередного помощника! — вместо меня ответила Тина.
— Если этот самый помощник в Лайвене не первый день, то «лихих людишек» он уже нашел. Значит, хвататься за арбалеты они могут начать уже завтра… — задумчиво глядя сквозь изображение призрачной хозяйки, буркнул я. — А раз мы начали чистить город от всякой швали, то имеет смысл разобраться и с этими. Значит, за винаррой поеду я и обе Дарующие. Без какого-либо сопровождения. А вот если стрелки не объявятся днем, то поездку на бал придется отменить…