Жених Цесаревны (СИ)

Взыграло во мне любопытство, что поделать. Да и вроде как именно с моей подачи девушка начала своё перевоплощение. Поэтому было бы логично доведи я до конца начатое. Это, конечно, при условии, что рыжая сможет продержаться до самого конца. А то ведь может и смалодушничать в определённый момент, в этом не будет ничего удивительного.
Поэтому Марина не только присутствовала на этом допросе, но и принимала в нём активное участие. Она уже показала, что способна убивать людей в бою. Теперь надо доказать, что у неё хватит духу применить силу к пленному. На подобное не каждый решится, так что для мотивации я рассказал Романовой про отрезанную руку семилетнего мальчика. Ну чтобы у неё не было сомнений в том поступает ли она правильно.
И видимо замотивировал я её достаточно хорошо — она щёлкнула пальцами и прямо под ступнями у пленника образовался огненный шар. Даже я, находясь примерно в метре от нашего гостя ощущал жар, исходящий от огня. Неудивительно, что пленный командир тут же начал извиваться и пытаться убрать ноги от огня. Да только куда там — мы его крепко зафиксировали.
— Ты пока тут, погрейся, а мы с дамой пойдём выпьем кофейку и…
— Я не знаю где прячется князь! — Заорал мужчина. — Об его местонахождении знают лишь те, кого он взял с собой и ещё может быть начальник службы безопасность рода Глухарёв!
— Тогда ты вообще для нас бесполезен, — подвёл я итог сказанному. — Где князь не знаешь. Делиться ценной информацией не хочешь. Да и знаешь ли ты вообще что-то ценное? Так что сиди и прожаривайся до хрустящей корочки. В иное время убили бы тебя менее мучительным способом, но Разумовский решил поиграть в маньяка и надо бы на твоём примере показать, что пока мы его не поймаем, за него будут страдать его люди.
Пленный уже чуть ли не подскакивал вместе со стулом, к которому мы его привязали. А на ступнях начали появляться первые ожоги и появился специфический запах. Изуверская, однако, пытка. Я специально выбрал именно её, чтобы поглядеть на реакцию Марины. Та уже отвернулась от не совсем приятного зрелища и прикрыла нос рукой. Но опустошать желудок не спешила, как и выбегать из помещения. Учитывая, что от распространяющего запаха меня самого малость подташнивало, моё испытание она проходило вполне достойно.
Несколько секунд и пленный начал кричать от боли. На ступнях уже были серьёзные ожоги, которые становились больше с каждой секундой. Такими темпами совсем скоро эти самые ступни будут сожжены до такой степени, что командир останется инвалидом до конца дней. Пока же, если всё это остановить и оказать ему медицинскую помощь, может и отделается лишь следами от жутких ожогов. В ином случае одними ступнями дело не закончится.
— Я знаю о местонахождении двух убежищ наших людей! — Сдался наконец-то пленный. — Уберите огонь я всё скажу!
Я жестом показал Марине, чтобы та развеяла заклинание и сразу же огненный шар пропал. Пленник перестал дёргаться, но продолжал стонать от боли. И да, запах никуда не делся. Но проветривать некогда, нужно получить информацию.
— Хорошо, я готов тебя выслушать. И надеюсь, что твоя информация меня не разочарует…
…- Бойся! — Крикнул боец и швырнул гранату в коридор.
Оттуда послышались ругательства и крики, но вместо взрыва прозвучал громкий хлопок и на секунду в коридоре стало слишком светло. И сразу же отряд моих бойцов рванул вперёд. При этом прозвучало всего пара выстрелов, остальных оглушённых противников они брали живьём: оглушали ударами прикладов по голове, связывали руки и ноги, обезоруживали.
Я вместе с Мариной и Виталием тут же перебрались на новые позиции. Вот так, зачищая один коридор за другим, помещение за помещением, мы и продвигались по подземному убежищу.
— Неужели не понимают, что мы стараемся взять их живьём? — Задал вопрос мой телохранитель. — Это же идеальный шанс для них спастись и не словить шальную пулю! Всё равно им некуда бежать, мы их обложили тут.
— В том-то вся и проблема, что им без разницы помирать тут или идти к нам в плен, — сказал я. А затем начал пояснять свою мысль. — После допросов мы передадим их властям, а те их всё равно казнят в большинстве своём. Это для рядовых бойцов и тех, кто связан с клятвами, наказанием может быть тюремный срок. Но собравшийся в этом убежище контингент явно заработал себе на смертную казнь.
 
Первые два убежища боевиков Разумовского представляли из себя землянки. Да, большие, сделанные на совесть с прицелом на то, чтобы люди смогли жить в ней несколько недель к ряду. Но всё же землянки. Минимум удобств, необходимость постоянно внутри, чтобы не спалить убежище… По нужде и то по расписанию приходилось бойцам ходить. А главное преимущество было в том, что сами по себе мы бы ни в жизнь не нашли эти убежища.
Первую такую землянку я отдал на растерзание Гродевым и их людям. Полагаю мало кого удивит тот факт, что пленных они не брали и убили всех, кто был внутри. А вот второе убежище брали по всем правилам: взяли под контроль оба выхода, забросали лежанку дымовыми гранатами и выкурили всех бойцов. Пленных было полно, лишь один придурок в дыму не нашёл выхода и задохнулся. Ну и земля ему пухом! Один чёрт тут были сплошь одни рядовые бойцы, которые не знали ничего ценного. От смерти одного из них от нас не убудет.
А вот третья нычка людей Разумовского представляла из себя полноценное убежище. Двухуровневое подземное убежище из бетона и стали. Тут уже имелись определённые удобства, да и просто ни в какое сравнение не шло с какой-то землянкой.
Как нам уже стало известно позже, данное убежище было построено для людей из числа рода Разумовских, которые играли в этой семье определённую значительную роль. В теории, находящиеся тут люди руководили отдельными спрятанными ячейками и после получения сигнала должны были выдвинутся на встречу с князем и его приближёнными, чтобы потом слинять из страны.
Я был очень рад, что мы наткнулись на это убежище. С ходу было понятно, что мы сможем найти тут парочку доверенных лиц Разумовского, которые должны обладать ценной информацией. Как минимум мы сможем продолжить нападения на убежища бойцов князя и лишим его возможности терроризировать город. В идеале выйдем на самого Разумовского.
Поэтому достаточно сложный штурм убежища осложнялся тем, что действовали мы наверняка и стараясь брать спрятавшихся тут людей живьём. Но на что не пойдёшь ради окончательно победы.
— Меня пустите! — Сказала Марина. — Я быстро с ними разберусь!
— Окстись, окаянная! — Сказал я. — Тут даже я боюсь магию использовать, не дай бог всё обвалится к херам собачьим! А чисто на магии усиления тела и своих защитных артефактах ты далеко не уйдёшь. Там в каждом коридоре с десяток бойцов с автоматическим оружием. Заряд магии в твоих артефактах кончится на десятой секундой и мне потом перед твоим отцом объясняйся почему его дочку нашпиговали пулями.
И ведь послушалась, не стала со мною спорить! Удивительные, однако, метаморфозы происходят с Мариной. Уже вон, подчиняется мне в боевых условиях. Может быть ей чего-то подобного сразу не хватало? Строгой руки и практически военные порядки? Видать разбаловал её Константин, разбаловал.
Но забудем пока про рыжую, всё же мы тут активно штурмуем чужое убежище.
Первый подземный этаж нам удалось взять практически нахрапом благодаря эффекту неожиданности. А вот дальше продвижение резко застопорилось и мы были вынуждены буквально выгрызать каждый метр этих коридоров и зачищать отдельные помещения. И ведь нельзя использовать магию или взрывчатку из-за опасений всё тут обрушить. Убежище хоть и было сделано хорошо, но почва в этой местности осталось дерьмовой. Чуть что и завалит с головой.
 
Но потихоньку мы двигались и вскоре осталось всего пара помещений с оставшимися там бойцами. Мы постреляли ещё пару минут, а затем услышали крик:
— Не стреляйте! — Послышался из-за угла чей-то голос. — Мы сдаёмся!
— Выкидывайте оружие в коридор, а сами с поднятыми руками выходите по одному! — Крикнул я. — Любое лишнее телодвижение и стреляем на поражение!