Беспокойные звезды (ЛП)

— Это не делает эфир лучше, — утверждает она.
— Я знаю. Но я хочу в полной мере использовать все доступное нам оружие, и я не собираюсь игнорировать то единственное, на что звезды не могут повлиять. Без эфира Дариус все равно был бы мертв.
— Я понимаю, но не доверяю этому. Я не думаю, что нам следует играть с чем-то, о чем мы так мало знаем, — сказала Дарси, закусив губу.
— Я изучала его несколько месяцев, — возразила я. — И учитывая все то, на что способна Лавиния, я знаю, что это нам понадобится до того, как война закончится. Мы не можем просто игнорировать такое мощное оружие, как эфир, и рисковать их победой.
— Я вижу, ты не поддашься влиянию, — признала Дарси. — Но нужно быть осторожными. Больше никаких безумных рисков и шагов навстречу смерти. Ты нужна мне рядом, когда мы выиграем это дело. Я бы не выжила, потеряв тебя.
— Когда я не бываю осторожна? — поддразнила я, напряжение спало, когда она издала преувеличенный стон.
— Боже, помоги нам, — сказала она, и я рассмеялась, прежде чем потянуться к ее руке.
— Я люблю тебя, Дарси. За последние несколько месяцев многое изменилось для нас обоих, и мы уже не те люди, которыми были, но этого никогда не изменить. Раньше я слишком многое на тебя возлагала, ожидая, что ты поставишь меня на первое место только потому, что я всегда ставлю тебя на первое место в своем списке, но это не мой выбор за тебя. Было больно, когда ты не выбрала меня, даже если я понимаю, причину. Я бы убежала с тобой на край свет и забыла обо всем остальном, о Теневом Звере и обо всем, что бы ни потребовалось для твоей безопасности, но я понимаю, почему ты решила остаться. Однако ты была мне нужна, и твоё отсутствие заставило меня разбираться в собственном дерьме самой, так как никогда раньше, потому что у меня не было тебя рядом, чтобы помочь мне.
— Это заставило меня осознать, что я использовала тебя, как поддержку, когда я не чувствовала себя достаточно сильной, чтобы сражаться в одиночку, но мне нужно было найти способ сделать это, пока тебя не было. И я сделала. Теперь я знаю, как обращаться с эфиром, мой муж вернулся, чтобы сражаться рядом с нами, и я больше никогда не отступлю. В следующий раз, когда я встречусь лицом к лицу с Лайонелом Акрукс, я увижу его мертвым, после всего того, что он сделал. И если цена его уничтожения — проклятие моей души, то пусть будет так. Отрицать смерть — значит стать смертью. Я знала это, когда прошла через Завесу, и надеюсь, это означает то, что мы наконец сможем выиграть эту войну и сделать Солярию такой, какой ее хотели видеть наши родители.
— Слава тебе, — сказала Дарси, и я обняла ее, напряжение между нами, наконец, полностью спало.
Мы всегда будем как одно целое, но последние несколько месяцев помогли нам найти способ побыть порознь. Это было тяжело и больно, и было миллион вещей, которые мне бы хотелось, чтобы никому из нас не пришлось пережить, но это сформировало наши личности. Я знала, что из нас сделали воинов, которыми как я знала, на суждено было стать, если мы планировали выиграть эту войну. И если мы когда-нибудь выберемся из этой проклятой пещеры, я обещаю, мир задрожит перед нами, когда мы начнем свое правление.
ГЛАВА 3
Я вошел в Юпитер Холл, с потрескивающей магией на кончиках пальцев, и местью, будоражащей тьму в моей душе. В моих жилах осталось достаточно сил для еще одного боя, и этот бой должен был свести счеты с жизнью. На моих глазах, Хайспелл прогнала группу студентов, чтобы спрятаться, и пока мои ботинки стучали по коридорам моих владений, у меня возникло ощущение, что я точно знаю, куда она побежала.
Я двинулся по лестнице в сторону своего класса, знакомая дорога приносила мне странное чувство комфорта. Я скучал по Академии Зодиак; именно здесь я правил как король Питбола, обнаружил необъятность своей власти и, самое главное, именно здесь я так безнадежно влюбился в девушку, которая вытащила меня из тьмы. И хотя между этими стенами так же царила печаль, когда я взвесил все хорошее и плохое, хорошее оказалось на первом месте.
 
Это было то место, где я провел больше времени, чем где-либо еще, и стал свидетелем всего, чем я становился на каждом этапе своей взрослой жизни. Я больше не был потерянным человеком, полным горечи, обиды и ненависти, а стал человеком с возрожденной надеждой в сердце, который нашел свое место.
Блу была моим приоритетом во многих отношениях, но не только она. Я нашел для себя цель, сражаясь на стороне добра в войне, пытаясь восстановить Гильдию и приняв эстафету, оставленную моим отцом. Я знал, кем являюсь и где хочу быть, и это был непревзойденный дар после столь долгого пути страданий. Я, наконец, делал шаги к новой жизни, частью которой я гордился и которая была построена на фундаменте связей, которые я создал с группой Фейри, которые, честно говоря, стали для меня семьей. Эти узы я был готов защищать в ущерб своей безопасности. Любой, кто угрожает посмеет угрожать их жизни, встретит мой гнев на этой хаотичной земле, и звезды станут свидетелями моей мести.
Я провел пальцами по старой двери моего кабинета, чувствуя, как магия гудит под моими пальцами. Заклинание сокрытия заставило меня на мгновение отвернуться, но оно было недостаточно сильным, чтобы заставить меня это сделать. На эту дверь были наложены более глубокие заклинания, несомненно, мины-ловушки, поэтому я пошел дальше, вместо этого проведя пальцами по стене, и медленная улыбка тронула мои губы, когда я понял, что никакой магии там не было. Глупый маленький мышонок. Надо было бежать, пока у тебя была возможность.
Я сделал шаг назад, подняв руки и призывая силу воздуха, мои волосы растрепались от буйного ветра, созданного мной.
— Первое правило Кардинальной магии, — пробормотал я. — Не будь чертовым идиотом.
Я взорвал стену своей силой, уничтожив кирпичи и образовав дыру, достаточно большую, чтобы я мог пройти, когда обломки врезались в столы и отправили их в полет.
Мой удар был заглушен криком страха, и я вошел в класс, обогнув Хани Хайспелл, когда она бросилась за мой стол, создавая между нами ледяную стену.
Я разбил ее порывом воздуха, заставив сильный порыв ветра закружиться вокруг меня, так что столы врезались в стены и открыли мне путь, по которому я мог идти прямо к ней.
— Полагаю, мне следует поблагодарить тебя за то, что замещала меня во время моего отсутствия, Хани, — позвал я ее.
— Л-Лэнс? — выдохнула она, высунув голову из-под стола.
Я бросил в ее сторону ледяной шарик, заставив ее вскрикнуть и пригнуться, чтобы избежать удара, прежде чем он врезался в доску позади нее.
— Но до меня доходили слухи о твоем стиле преподавания, — продолжил я, посылая поток воздуха в сторону стола, так что он отлетел в сторону, а ножки заскрипели по полу. — И я не могу сказать, что являюсь фанатом.
Она дрожала на полу, стоя на коленях, ее юбка-карандаш разорвалась до бедра, а красная блузка была расстегнута, для того чтобы продемонстрировать как можно больше зоны декольте, а между сиськами мерцал аквамариновый камень на ее ожерелье.
— Студентам нужна твердая рука, — настаивала она, поднимая ладони в знак поражения.
Я замедлил шаг и остановился перед ней, отбрасывая на нее свою тень и позволяя буре утихнуть за моей спиной.
— Да, так и есть, — согласился я. — Но знаешь, что им не нужно, Хани?
Она судорожно сглотнула, покачав головой, ее лицо было настолько неземно красивым, что казалось жутким.
— Им не нужна маленькая злая ведьма, говорящая им, достойны ли они своего Ордена или нет. Им не нужна изоляция и преследования. В этом мире есть только одна вещь, которая делает Фейри хуже, чем кого либо другого. И это тяжесть их души. Так скажи мне, Хани… — я наклонился и с усмешкой посмотрел на нее. — Если бы звезды взвесили твою душу на чаше Весов, то сочли бы ее отягощенной грехом? Увидели бы они как предрассудки и жестокость омрачают всю суть того, кем ты являешься на самом деле? Потому что я родился под звездным знаком справедливости и вижу это достаточно ясно. Под фальшивой красивой маской, которую ты носишь, скрывается не что иное, как монстр.